24 февраля - Неделя о блудном сыне

     Возлюбленные братия! Святая Церковь, эта чадолюбивая мать верующих, родившая их во спасение и принимающая на себя все заботы, чтоб чада ее не лишились своего наследия – Неба, приготовляя их к успешному совершению наступающего подвига святой Четыредесятницы, постановила сегодня читать на Божественной Литургии притчу Господа нашего Иисуса Христа о блудном сыне.

     В чем заключается подвиг святой Четыредесятницы? Это – подвиг покаяния. В настоящие дни мы стоим пред временем, преимущественно посвященном покаянию, как бы пред вратами его, и воспеваем исполненную умиления песнь: покаяния отверзи нам двери, Жизнодавче! Что наиболее обнаруживает ныне слышанная нами во Евангелии притча Господа нашего? Она обнаруживает непостижимое, бесконечное милосердие Отца Небесного к грешникам, приносящим покаяние. Радость бывает пред ангелы Божиими о едином грешнице кающемся(Лк. 15: 10), – возвестил Господь человекам, призывая их к покаянию, и, чтоб эти слова Его сильнее запечатлелись в сердцах слышателей, благоволил дополнить их притчею.

     «Некоторый богатый человек, – поведает евангельская притча, – имел двух сынов. Младший из них просил отца, чтоб он выделил следующую ему часть имения. Отец исполнил это. По прошествии немногих дней меньшой сын, забрав доставшееся ему имущество, ушел в дальнюю страну, где расточил имение, проводя жизнь распутную. Когда он прожил все, в стране той сделался голод. Сын богача не только начал нуждаться, но и пришел в бедственное состояние. В такой крайности он пристал к одному из местных жителей, а тот послал его на поля свои пасти свиней. Несчастный, томимый голодом, рад был бы наполнить чрево тем грубейшим кормом, которым питались свиньи! Но это оказалось невозможным. В таком положении он, наконец, очувствовался и, вспомнив обилие, которым преисполнен дом отцовский, решился возвратиться к отцу. В мыслях он приготовил, для умилостивления отца, сознание греха, сознание своего недостоинства и смиренное прошение о причислении уже не к семейству отцовскому – к сонму отцовских рабов и наемников. С таким сердечным залогом младший сын отправился в путь. Еще был он далеко от родительского дома, как отец увидел его, увидел и сжалился над ним: побежал навстречу к нему, кинулся на шею ему, стал целовать его. Когда сын произнес приготовленные исповедь и просьбу, отец повелел рабам: “Принесите лучшую одежду, облеките его ею, возложите перстень на руку его и наденьте сапоги на его ноги. Приведите и заколите тельца упитанного: мы вкусим и возвеселимся. Этот сын мой был мертв, но ожил, пропадал, но нашелся!” Старший сын, всегда покорный воле отца, и находившийся на поле, возвратился во время пира в дом. Он нашел странным поведение отца в отношении к младшему сыну. Но отец, воодушевляемый праведностию любви, пред которою всякая другая праведность скудна, ничтожна, возразил ему: “Сын мой! Ты всегда со мною, и все мое – твое. А тебе надлежало бы возрадоваться и возвеселиться о том, что этот брат твой был мертв и ожил, пропадал, и нашелся!”» (См. Лк. 15: 11-32).

     Меньшой сын, по изъяснению святых Отцов, может быть образом и всего падшего человеческого рода и каждого человека-грешника. Следующая часть имения меньшему сыну – дары Божии, которыми преисполнен каждый человек, преимущественно же христианин. Превосходнейшие из Божиих даров – ум и сердце, а в особенности благодать Святого Духа, даруемая каждому Христианину. Требование у отца следующей части имения для употребления ее по произволу – стремление человека свергнуть с себя покорность Богу и следовать своим собственным помыслам и пожеланиям. Согласием отца на выдачу имения изображается самовластие, которым Бог почтил человека в употреблении даров Божиих. Дальняя страна – жизнь греховная, удаляющая и отчуждающая нас от Бога. Растрата имения – истощение сил ума, сердца и тела, в особенности же оскорбление и отгнание от себя Святого Духа деяниями греховными. Нищета меньшего сына: это – пустота души, образующаяся от греховной жизни. Постоянные жители дальней страны – миродержители тьмы века сего, духи падшие, постоянные в падении своем, в отчуждении от Бога; их влиянию подчиняется грешник. Стадо нечистых животных – помышления и чувствования греховные, которые скитаются в душе грешника, пасутся на пажитях ее, они – неминуемое последствие греховной деятельности. Напрасно вздумал бы человек заглушать эти помышления и ощущения исполнением их: они наиболее невыполнимы! А и выполнение возможных человеку страстных помыслов и мечтаний не уничтожает их: возбуждает с удвоенною силою. Человек сотворен для Неба: одно истинное добро может служить для него удовлетворительною, жизнеподательною пищею. Зло, привлекая к себе и обольщая вкус сердца, поврежденный падением, способно только расстраивать человеческие свойства.

     Ужасна пустота души, которую производит греховная жизнь! Невыносима мука от страстных греховных помышлений и ощущений, когда они кипят, как черви, в душе, когда они терзают подчинившуюся им душу, насилуемую ими душу! Нередко грешник, томимый лютыми помышлениями, мечтаниями и пожеланиями несбыточными, приходит к отчаянию; нередко покушается он на самую жизнь свою, и временную и вечную. Блажен тот грешник, который в эту тяжкую годину придет в себя и вспомнит неограниченную любовь Отца Небесного, вспомнит безмерное духовное богатство, которым преизобилует дом Небесного Отца – святая Церковь. Блажен тот грешник, который, ужаснувшись греховности своей, захочет избавиться от гнетущей его тяжести покаянием.

     Из притчи Евангелия мы научаемся, что со стороны человека для успешного и плодовитого покаяния необходимы: зрение греха своего, сознание его, раскаяние в нем, исповедание его. Обращающегося к Богу с таким сердечным залогом, еще далече ему сущу, видит Бог: видит и уже поспешает к нему навстречу, объемлет, лобызает его Своею благодатию. Едва кающийся произнес исповедание греха, как милосердый Господь повелевает рабам – служителям алтаря и святым Ангелам – облечь его в светлую одежду непорочности, надеть на руку его перстень – свидетельство возобновленного единения с Церковью земною и небесною, обуть ноги его в сапоги, чтоб деятельность его была охраняема от духовного терния прочными постановлениями такое значение имеют сапоги – заповедями Христовыми. В довершение действий любви поставляется для возвратившегося сына трапеза любви, для которой закалается телец упитанный. Этою трапезою означается церковная трапеза, на которой предлагается грешнику, примирившемуся с Богом, духовная нетленная пища и питие: Христос, давно обетованный человечеству, приуготовляемый неизреченным милосердием Божиим для падшего человечества с самых минут его падения.

     Евангельская притча – Божественное учение! Оно глубоко и возвышенно, несмотря на необыкновенную простоту человеческого слова, в которую благоволило облечься Слово Божие! Премудро установила святая Церковь всенародное чтение этой притчи пред наступающею Четыредесятницею. Какая весть может быть более утешительною для грешника, стоящего в недоумении пред вратами покаяния, как не весть о бесконечном и неизреченном милосердии Небесного Отца к кающимся грешникам? Это милосердие так велико, что оно привело в удивление самих святых Ангелов – первородных сынов Небесного Отца, никогда не преступивших ни единой Его заповеди. Светлыми и высокими умами своими они не могли постичь непостижимого милосердия Божия к падшему человечеству. Они нуждались относительно этого предмета в откровении Свыше, и научились из откровения Свыше, что им подобает веселитися и радоватися, яко меньший брат их – род человеческий – мертв бе, и оживе: и изгибл бе, и обретеся при посредстве Искупителя. Радость бывает пред ангелами Божиими даже о едином грешнице кающемся.

     Возлюбленные братия! Употребим время, назначенное святою Церковию для приуготовления к подвигам святой Четыредесятницы, сообразно его назначению. Употребим его на созерцание великого милосердия Божия к человекам и к каждому человеку, желающему посредством истинного покаяния примириться и соединиться с Богом. Время земной жизни нашей бесценно: в это время мы решаем нашу вечную участь. Да даруется нам решить вечную участь нашу во спасение наше, в радование нам! Да будет радование наше бесконечно! Да совокупится оно с радостью святых Божиих Ангелов! Да исполнится и совершится радость Ангелов и человеков в совершении воли Небесного Отца! Яко несть воля пред Отцем Небесным, да погибнет един от малых сих (Мф. 18: 14) человеков, умаленных и уничиженных грехом. Аминь.

Святитель Игнатий (Брянчанинов)

     Информация взята с http://www.pravoslavie.ru/4030.html

23 февраля - день памяти священномученика Харалампия и с ним мучеников Порфирия, Ваптоса и трех мучениц

     Свя­щен­но­му­че­ник Ха­ра­лам­пий, епи­скоп Маг­не­зий­ский, му­че­ни­ки Пор­фи­рий и Вап­тос и три же­ны му­че­ни­цы по­стра­да­ли в 202 го­ду.

     Свя­той Ха­ра­лам­пий, епи­скоп фес­са­лий­ско­го го­ро­да Маг­не­зии (се­ве­ро-во­сточ­ная об­ласть Гре­ции), успеш­но рас­про­стра­нял ве­ру во Хри­ста Спа­си­те­ля. Весть о его про­по­ве­ди до­шла до пра­ви­те­ля об­ла­сти Лу­ки­а­на и во­е­на­чаль­ни­ка Лу­кия, по рас­по­ря­же­нию ко­то­ро­го свя­той был схва­чен и при­ве­ден на суд, где твер­до ис­по­ве­дал ве­ру во Хри­ста и от­ка­зал­ся при­не­сти жерт­ву идо­лам. Несмот­ря на пре­клон­ный воз­раст епи­ско­па (ему бы­ло уже 113 лет), его под­верг­ли чу­до­вищ­ным ис­тя­за­ни­ям: тер­за­ли те­ло же­лез­ны­ми крю­чья­ми, по­ка не со­дра­ли всю ко­жу с го­ло­вы до ног. Свя­той при этом об­ра­щал­ся к му­чи­те­лям: «Бла­го­да­рю вас, бра­тия, вы об­но­ви­ли дух мой!»

     Ви­дя тер­пе­ние стар­ца и пол­ное его незло­бие, два во­и­на – Пор­фи­рий и Вап­тос от­кры­то ис­по­ве­да­ли Хри­ста, за что тот­час же бы­ли усе­че­ны ме­чом. При­сут­ство­вав­шие при стра­да­ни­ях епи­ско­па Ха­ра­лам­пия три жен­щи­ны так­же ста­ли про­слав­лять Хри­ста и немед­лен­но бы­ли за­му­че­ны.

     Раз­гне­ван­ный Лу­кий сам схва­тил ору­дия пы­ток и стал тер­зать свя­щен­но­му­че­ни­ка, но вне­зап­но у него, как от­се­чен­ные ме­чом, от­ня­лись ру­ки. При­шед­ший к ме­сту каз­ни пра­ви­тель плю­нул в ли­цо свя­то­го, и тот­час го­ло­ва его ока­за­лась по­вер­ну­той на­зад. То­гда Лу­кий стал умо­лять свя­то­го о по­ща­де, и по его мо­лит­ве оба му­чи­те­ля тут же по­лу­чи­ли ис­це­ле­ние. При этом мно­же­ство сви­де­те­лей уве­ро­ва­ли во Хри­ста. Сре­ди них был и Лу­кий, ко­то­рый при­пал к но­гам свя­то­го стар­ца, про­ся про­ще­ния.

Лу­ки­ан до­нес о слу­чив­шем­ся им­пе­ра­то­ру Сеп­ти­мию Се­ве­ру (193–211), на­хо­див­ше­му­ся в это вре­мя в Ан­тио­хии Пи­си­дий­ской (за­пад­ная часть Ма­лой Азии), и тот рас­по­ря­дил­ся при­ве­сти свя­то­го Ха­ра­лам­пия к се­бе, что бы­ло ис­пол­не­но с неви­дан­ной же­сто­ко­стью: свя­щен­но­му­че­ни­ка вла­чи­ли, при­вя­зав ве­рев­ку к бо­ро­де.

     Им­пе­ра­тор при­ка­зал му­чить епи­ско­па еще силь­нее, и его ста­ли па­лить ог­нем. Но Си­ла Бо­жия по­мо­га­ла свя­то­му, и он остал­ся невре­дим. Кро­ме то­го, по его мо­лит­ве ста­ли со­вер­шать­ся чу­де­са: вос­крес умер­ший юно­ша, ис­це­лил­ся бес­но­ва­тый, му­чи­мый бе­сом 35 лет, так что на­род во мно­же­стве стал ис­по­ве­до­вать Хри­ста Спа­си­те­ля. Во Хри­ста уве­ро­ва­ла да­же дочь им­пе­ра­то­ра Га­ли­на, два­жды со­кру­шив­шая идо­лов в язы­че­ском хра­ме. По при­ка­зу им­пе­ра­то­ра свя­ти­те­ля би­ли кам­ня­ми по устам, хо­те­ли под­жечь бо­ро­ду, из ко­то­рой вы­шло пла­мя, опа­лив­шее му­чи­те­лей. Пол­ные зло­бы, Сеп­ти­мий Се­вер и его вель­мо­жа Кри­сп воз­двиг­ли ху­лу на Гос­по­да, глум­ли­во при­зы­вая Его сой­ти на зем­лю, по­хва­ля­ясь сво­ей си­лой и вла­стью. Во гне­ве Гос­подь по­ко­ле­бал зем­лю, ве­ли­кий страх на­пал на всех, оба же нече­стив­ца по­вис­ли в воз­ду­хе, свя­зан­ные неви­ди­мы­ми уза­ми, и лишь по мо­лит­ве свя­ти­те­ля бы­ли воз­вра­ще­ны вниз. Устра­шен­ный им­пе­ра­тор по­ко­ле­бал­ся бы­ло в сво­ем нече­стии, но вско­ре опять впал в за­блуж­де­ние и при­ка­зал му­чить свя­то­го, на­ко­нец, осу­дил его на усе­че­ние ме­чом. Во вре­мя сво­ей по­след­ней мо­лит­вы свя­той удо­сто­ил­ся ви­деть Са­мо­го Спа­си­те­ля и про­сил Его да­ро­вать то­му ме­сту, где бу­дут по­чи­вать его мо­щи, мир, пло­до­ро­дие, а лю­дям – про­ще­ние гре­хов и спа­се­ние. Гос­подь обе­щал ис­пол­нить про­ше­ние и вос­шел на небе­са, уно­ся с Со­бой ду­шу свя­щен­но­му­че­ни­ка Ха­ра­лам­пия, ко­то­рый при­нял, по ми­ло­сти Бо­жи­ей, мир­ную кон­чи­ну до каз­ни. Дочь им­пе­ра­то­ра – бла­жен­ная Га­ли­на по­греб­ла те­ло му­че­ни­ка с ве­ли­кой че­стью.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/saint/2659/784/1088/group

22 февраля - день памяти обретения мощей святого Иннокентия епископа Иркутского

     Про­слав­лен­ный во свя­тых, див­ный в чу­де­сах, чти­мый ближ­ни­ми и даль­ни­ми, чу­до­тво­рец Ин­но­кен­тий, пер­вый епи­скоп Ир­кут­ский, ро­дил­ся в кон­це XVII ве­ка в Ма­ло­рос­сии, в Чер­ни­гов­ской гу­бер­нии. По пре­да­нию, ро­дил­ся он в се­мье свя­щен­ни­ка Коль­чиц­ко­го (или Куль­чиц­ко­го), по­том­ка древ­не­го поль­ско­го ро­да. Фа­ми­лию эту вме­сте с дво­рян­ским до­сто­ин­ством пра­щу­ры бу­ду­ще­го свя­ти­те­ля по­лу­чи­ли от поль­ско­го ко­ро­ля Бо­ле­сла­ва Храб­ро­го. При Кре­ще­нии маль­чи­ка на­рек­ли Иоан­ном и вос­пи­ты­ва­ли его в ду­хе бла­го­че­стия.

     По­лу­чив на­чаль­ное об­ра­зо­ва­ние до­ма, он про­дол­жил обу­че­ние в Ки­ев­ской ду­хов­ной ака­де­мии. Учил­ся Иван очень хо­ро­шо, каж­дый пред­мет изу­чал ос­но­ва­тель­но, и не бы­ло ни од­ной дис­ци­пли­ны, ко­то­рую бы он не осво­ил с успе­хом. С осо­бен­ным при­ле­жа­ни­ем он за­ни­мал­ся сло­вес­но­стью, на­де­ясь впо­след­ствии под­ви­зать­ся в про­по­ве­ди Сло­ва Бо­жия. Ко вре­ме­ни окон­ча­ния ака­де­мии Иван был по­стри­жен в мо­на­хи с име­нем Ин­но­кен­тий. Из­бран­ник Бо­жий при­нял по­стриг в Ан­то­ни­е­вой пе­ще­ре, под Ки­е­вом.

     По окон­ча­нии ака­де­мии, при­мер­но в 1706–1708 го­дах, бла­го­че­сти­вый инок был за­тре­бо­ван в Моск­ву на долж­ность учи­те­ля и пре­фек­та в Сла­вя­но-Гре­ко-Ла­тин­скую ака­де­мию, а от­сю­да взят в Санкт-Пе­тер­бург, где в то вре­мя толь­ко ос­но­вы­вал­ся Нев­ский мо­на­стырь, бу­ду­щая Лав­ра, чтобы по­слу­жить здесь при­ме­ром доб­ро­го ино­че­ско­го жи­тия.

     По­яв­ле­ние об­ра­зо­ван­но­го бла­го­че­сти­во­го ино­ка ста­ло за­мет­но на об­щем фоне под­ви­зав­ших­ся, и мо­ло­дой мо­нах ско­ро об­ра­тил на се­бя вни­ма­ние им­пе­ра­то­ра Пет­ра I. Опи­ра­ясь на мне­ние Си­бир­ско­го мит­ро­по­ли­та Фило­фея (Ле­щин­ско­го), го­су­дарь утвер­дил­ся в сво­ем же­ла­нии об­ра­зо­вать в Пе­кине Рус­скую пра­во­слав­ную ду­хов­ную мис­сию, ко­то­рую по пла­ну ца­ря дол­жен был воз­гла­вить епи­скоп. Мит­ро­по­лит ре­ко­мен­до­вал на эту долж­ность иеро­мо­на­ха Ин­но­кен­тия, му­жа, вполне до­стой­но­го ца­ре­ва до­ве­рия.

     На тре­тьей сед­ми­це Ве­ли­ко­го по­ста, 5 мар­та 1721 го­да, в вос­кре­се­нье, в Алек­сан­дро-Нев­ском Тро­иц­ком со­бо­ре за ли­тур­ги­ей бы­ла со­вер­ше­на хи­ро­то­ния иеро­мо­на­ха Ин­но­кен­тия во епи­ско­па. Та­ин­ство в при­сут­ствии все­рос­сий­ско­го са­мо­держ­ца свер­ши­ли чле­ны Свя­тей­ше­го Си­но­да мит­ро­по­лит Ря­зан­ский Сте­фан (Явор­ский) и Нов­го­род­ский ар­хи­епи­скоп Фе­о­фан (Про­ко­по­вич).

     Сра­зу по Па­схе, на Свет­лой сед­ми­це, вла­ды­ка Ин­но­кен­тий, на­ре­чен­ный епи­ско­пом Бель­ским, вы­ехал из Санкт-Пе­тер­бур­га в стра­ну неве­до­мых хи­нов. Его со­про­вож­да­ли два иеро­мо­на­ха, иеро­ди­а­кон и пять пев­чих с тре­мя слу­жи­те­ля­ми. Год без ма­ло­го до­би­ра­лись они до Ир­кут­ска, от­ту­да дви­ну­лись даль­ше, за Бай­кал, и оста­но­ви­лись в по­гра­нич­ном с Ки­та­ем Се­лен­гин­ске. Здесь мис­сии пред­сто­я­ло до­жи­дать­ся ре­ше­ния пе­кин­ских чи­нов­ни­ков о пра­ве на въезд.

     В то вре­мя в Пе­кине неожи­дан­но боль­шое вли­я­ние при­об­ре­ли иезу­и­ты, ко­то­рые под раз­лич­ны­ми пред­ло­га­ми скло­ня­ли мест­ных чи­нов­ни­ков укло­нять­ся от при­ня­тия рус­ско­го епи­ско­па. И по­вод для от­ка­за был най­ден. В пись­ме с прось­бой о раз­ре­ше­нии на въезд вла­ды­ка Ин­но­кен­тий был на­зван «богдо» – то есть «ве­ли­кий», а у ки­тай­цев та­кое об­ра­ще­ние бы­ло при­ня­то толь­ко к им­пе­ра­то­ру, и по­то­му-де двум ве­ли­ким осо­бам быть од­новре­мен­но в Ки­тае невоз­мож­но.

     В ожи­да­нии но­вых ука­за­ний из Свя­тей­ше­го Си­но­да епи­скоп Ин­но­кен­тий оста­вал­ся в Се­лен­гин­ске без­вы­езд­но три го­да. Скорб­на бы­ла жизнь свя­ти­те­ля. Не по­лу­чая жа­ло­ва­ния, а на­зна­че­но ему бы­ло 1500 руб­лей в год, он со­дер­жал се­бя и сви­ту по­да­я­ни­я­ми доб­ро­хо­тов. Чтобы не уме­реть с го­ло­ду, мис­сия до­бы­ва­ла се­бе про­пи­та­ние ры­бо­лов­ством или на­ни­ма­лась на ра­бо­ты к мест­ным хо­зя­е­вам и тем кор­ми­лась. По­но­шен­ное пла­тье вла­ды­ка чи­нил се­бе сам. Уте­ше­ние на­хо­дил в мо­лит­вах и бо­го­слу­же­ни­ях, ко­то­рые со­вер­шал в ста­ром се­лен­гин­ском со­бо­ре.

     «Где мне гла­ву пре­кло­ни­ти и про­чее жи­тия мо­е­го вре­мя окон­ча­ти Свя­тей­ший Пра­ви­тель­ствен­ный Си­нод за­бла­го­рас­су­дит? – пи­сал он в Си­нод. – Про­шу по­кор­но о ми­ло­сти­вом ука­зе, что мне де­лать: си­деть ли в Се­лен­гин­ске и ждать то­го, че­го не ве­даю, или воз­вра­тить­ся на­зад... по­не­же и ли­сы яз­ви­ны имут на по­чи­нок, я же по сие вре­мя не имам, где гла­вы при­к­ло­ни­ти. Ски­та­юсь бо со дво­ра на двор и из до­му в дом пе­ре­хо­дя­щи».

     Кое-как при­стро­ил­ся вла­ды­ка со сви­той жить на да­че Тро­иц­ко­го Се­лен­гин­ско­го мо­на­сты­ря. А чтобы не да­ром есть мо­на­стыр­ский хлеб, он и его диа­кон пи­са­ли для хра­ма ико­ны.

     Не без Про­мыс­ла Бо­жия от­ка­за­ли ки­тай­цы во въез­де вла­ды­ке. Вы­нуж­ден­ное его «си­де­ние» в Се­лен­гин­ске ока­за­лось весь­ма важ­ным для про­по­ве­ди Сло­ва Бо­жия сре­ди мест­ных мон­голь­ских пле­мен. Ис­поль­зуя свое ар­хи­ерей­ское пра­во ру­ко­по­ла­гать в свя­щен­ный сан, свя­ти­тель тем са­мым вос­пол­нял недо­ста­ток ду­хо­вен­ства за Бай­ка­лом и из­бав­лял став­лен­ни­ков от да­ле­кой по­езд­ки для при­ня­тия са­на в сто­ли­цу Си­би­ри – То­больск.

     Лишь в мар­те 1725 го­да по­лу­чил вла­ды­ка Ин­но­кен­тий по­ве­ле­ние пе­ре­се­лить­ся в Ир­кут­ский Воз­не­сен­ский мо­на­стырь и оста­вать­ся там впредь до но­вых пред­пи­са­ний. Управ­лял мо­на­сты­рем в от­сут­ствие ар­хи­манд­ри­та Ан­то­ния Плат­ков­ско­го игу­мен Па­хо­мий. Он от­вел вы­со­ко­му го­стю и его сви­те по­ме­ще­ние на во­сточ­ной сто­роне оби­те­ли, на бе­ре­гу Ан­га­ры. Здесь же, на мо­на­стыр­ских зем­лях, им вы­де­ли­ли участ­ки под ого­род, и та­ким об­ра­зом жизнь об­ре­ла некую ста­биль­ность, осо­бен­но ле­том, ко­гда нуж­но бы­ло за­ни­мать­ся ого­род­ни­че­ством. Узнав о жи­тель­стве в мо­на­сты­ре епи­ско­па, в по­ис­ках ду­хов­но­го уте­ше­ния к нему ста­ли сте­кать­ся лю­ди. Осо­бен­но стре­ми­лись к вла­ды­ке де­ти и ино­род­цы.

     В тот же год скон­чал­ся им­пе­ра­тор Петр I. Вдо­ва и на­след­ни­ца пре­сто­ла Ека­те­ри­на I на­зна­чи­ла чрез­вы­чай­ным по­слом в Ки­тай гра­фа Сав­ву Вла­ди­сла­во­ви­ча Ра­гу­зин­ско­го и обя­за­ла его взять с со­бой в Пе­кин епи­ско­па Ин­но­кен­тия, ес­ли, ко­неч­но, ки­тай­цы со­гла­сят­ся.

     В Ир­кутск Ра­гу­зин­ский при­был 5 ап­ре­ля 1726 го­да. Встре­тив­шись с вла­ды­кой, он пред­ло­жил ему воз­вра­тить­ся в Се­лен­гинск и там ждать его, а сам за­дер­жал­ся в Ир­кут­ске для необ­хо­ди­мых до­рож­ных при­го­тов­ле­ний. В это вре­мя в Ир­кутск из Моск­вы вер­нул­ся ар­хи­манд­рит Ан­то­ний Плат­ков­ский, ра­нее уже бы­вав­ший в Пе­кине с по­слом Из­май­ло­вым. Очень ему хо­те­лось быть на­чаль­ни­ком та­мош­ней мис­сии, и он по­ста­рал­ся рас­по­ло­жить к се­бе гра­фа Ра­гу­зин­ско­го. Всю лов­кость, хит­рость, услуж­ли­вость и хле­бо­соль­ство, да­же на­ве­ты и ху­лу на епи­ско­па Ин­но­кен­тия, по­ста­рал­ся упо­тре­бить ар­хи­манд­рит Ан­то­ний. След­стви­ем этих ма­нев­ров ар­хи­манд­ри­та бы­ло пись­мо посла Ра­гу­зин­ско­го в Пе­тер­бург, в ко­то­ром го­во­ри­лось, что он не на­де­ет­ся на то, что ки­тай­цы при­мут вла­ды­ку, а по­то­му на­хо­дит спо­соб­ным к долж­но­сти на­чаль­ни­ка мис­сии ар­хи­манд­ри­та Ан­то­ния Плат­ков­ско­го. Пись­мо бы­ло от­прав­ле­но с на­роч­ным в Пе­тер­бург и там при­ня­то без про­вер­ки. В мар­те сле­ду­ю­ще­го го­да свя­ти­тель Ин­но­кен­тий по­лу­чил но­вый указ – опять пе­ре­се­лить­ся в Воз­не­сен­ский мо­на­стырь. На­чаль­ни­ком мис­сии в Пе­кине был на­зна­чен ар­хи­манд­рит Ан­то­ний Плат­ков­ский.

     Толь­ко вла­ды­ка успел устро­ить­ся в Воз­не­сен­ском мо­на­сты­ре, как из Пе­тер­бур­га при­шло но­вое вы­со­чай­шее по­ве­ле­ние: быть ему са­мо­сто­я­тель­ным епи­ско­пом Ир­кут­ским и Нер­чин­ским. Этим ре­ше­ни­ем бы­ла об­ра­зо­ва­на но­вая ка­фед­ра, и с прео­свя­щен­но­го Ин­но­кен­тия на­ча­лось са­мо­сто­я­тель­ное сто­ло­ва­ние ир­кут­ских епи­ско­пов.

     Во­дво­рив­шись на но­вом ме­сте, вла­ды­ка Ин­но­кен­тий столк­нул­ся с те­ми же про­бле­ма­ми, что и в Се­лен­гин­ске. По-преж­не­му не на что бы­ло жить, все так же не бы­ло кры­ши над го­ло­вой. Кон­си­сто­рия от­ка­за­лась пла­тить ему жа­ло­ва­ние на том ос­но­ва­нии, что на­зна­че­но оно бы­ло яко­бы для про­жи­ва­ния в Ки­тае, а не в Ир­кут­ске. В то вре­мя Ир­кутск еще не раз­рос­ся до пре­де­лов Воз­не­сен­ско­го мо­на­сты­ря, и вла­ды­ке при­хо­ди­лось ча­сто пу­те­ше­ство­вать по пло­хой до­ро­ге в го­род и об­рат­но. Бу­дучи не очень здо­ро­вым че­ло­ве­ком и тя­же­ло пе­ре­но­ся пе­ре­ез­ды, он про­сил граж­дан Ир­кут­ска дать ему на вре­мя по­ме­ще­ние. Не на­шлось сре­ди ир­ку­тян то­го, кто бы при­нял в свой дом бу­ду­ще­го мо­лит­вен­ни­ка и за­ступ­ни­ка пред пре­сто­лом Бо­жи­им за всю ир­кут­скую паст­ву. На­ко­нец, в 1828 го­ду про­вин­ци­аль­ная кан­це­ля­рия сжа­ли­лась над вла­ды­кой и от­ве­ла ему дом бо­яр­ско­го сы­на Ди­мит­рия Еле­зо­ва. Те­перь на этом ме­сте в па­мять жи­тель­ства здесь свя­ти­те­ля воз­двиг­ну­та ка­мен­ная ча­сов­ня.

     Немно­гим бо­лее че­ты­рех лет окорм­лял он ир­кут­скую паст­ву, но и это ко­рот­кое по че­ло­ве­че­ским мер­кам вре­мя упо­тре­бил он с ве­ли­кой поль­зой для спа­се­ния. Как бы­ло уже ска­за­но, вла­ды­ка Ин­но­кен­тий не от­ли­чал­ся кре­по­стью здо­ро­вья, осо­бен­но стра­дал го­лов­ны­ми бо­ля­ми, но по­дви­гов сво­их, ни мо­лит­вен­но­го, ни сми­ре­ния пло­ти, не остав­лял. На те­ле он но­сил вла­ся­ни­цу, по­верх ко­то­рой все­гда был под­ряс­ник из шку­ры ло­ся и ко­жа­ный с же­лез­ной пряж­кой по­яс. Мо­лить­ся свя­ти­тель лю­бил в пе­ще­ре за мо­на­стыр­ской огра­дой, ко­то­рую вы­ко­пал ос­но­ва­тель Воз­не­сен­ской оби­те­ли ста­рец Ге­ра­сим. Еще был у свя­ти­те­ля обы­чай об­хо­дить по но­чам Воз­не­сен­ский храм и мо­лить­ся на него с че­ты­рех сто­рон.

Очень лю­бил вла­ды­ка де­лать что-ли­бо сво­и­ми ру­ка­ми. Днем по­мо­гал тя­нуть се­ти тем, кто был на ры­бо­лов­ном по­слу­ша­нии, а по но­чам шил для уче­ни­ков обувь (чар­ки). Сво­и­ми ру­ка­ми по­са­дил в мо­на­сты­ре два кед­ра.

     Пас­тырь доб­рый не толь­ко ру­ка­ми тру­дил­ся, но и ни на мгно­ве­ние не остав­лял глав­но­го де­ла – про­по­ве­ди Сло­ва Бо­жия. Языч­ни­ков, во мно­же­стве про­жи­вав­ших во­круг Ир­кут­ска, он об­ра­щал к Свя­той Церк­ви не толь­ко се­мья­ми, но и це­лы­ми стой­би­ща­ми. Так, из но­во­кре­ще­ных бу­рят об­ра­зо­ва­лось це­лое по­се­ле­ние Ясач­ное.

     Физи­че­ские немо­щи не мог­ли оста­но­вить его неис­ся­ка­е­мой люб­ви к Бо­гу, ко­то­рой он спе­шил по­де­лить­ся со все­ми. Сле­до­ва­ние за Хри­стом бы­ло для него не про­сто при­зы­вом, но смыс­лом жиз­ни. Этим прин­ци­пом ру­ко­вод­ство­вал­ся он в каж­дом де­ле. Шил ли чар­ки, учил ли бу­рят, воз­во­дил ли храм, он все­гда пе­ред со­бой имел об­раз Спа­си­те­ля на­ше­го Иису­са Хри­ста.

     Над­ле­жа­ло ему по долж­но­сти тво­рить суд, и ни­ко­гда не пе­ре­кла­ды­вал он на дру­гих это непри­ят­ное де­ло. Все­гда ре­шал сам, вхо­дил во все об­сто­я­тель­ства де­ла, быст­ро при­ни­мал ре­ше­ния, по­кры­вая лю­бо­вью стро­гую прав­ду за­ко­на.

     При всех небла­го­при­ят­ных усло­ви­ях со­об­ще­ния с го­ро­дом в его прав­ле­ние по­чти пол­но­стью за­кон­чи­лось стро­и­тель­ство ка­фед­раль­но­го Бо­го­яв­лен­ско­го со­бо­ра. При Воз­не­сен­ском мо­на­сты­ре еще ар­хи­манд­ри­том Плат­ков­ским бы­ла устро­е­на мон­голь­ская шко­ла. Свя­ти­тель Ин­но­кен­тий не толь­ко под­дер­жал это по­лез­ное для края на­чи­на­ние, но от­крыл еще сла­вя­но-рус­скую шко­лу для всех со­сло­вий.

     Пер­вый Ир­кут­ский епи­скоп ис­хо­да­тай­ство­вал из го­су­да­ре­вой каз­ны со­дер­жа­ние для сво­их пре­ем­ни­ков и сред­ства на со­ору­же­ние ар­хи­ерей­ско­го до­ма. Им же бы­ли опре­де­ле­ны гра­ни­цы епар­хии.

     От тру­дов пра­вед­ных лю­бил вла­ды­ка от­дох­нуть в неболь­шом се­ле­нии Ма­лая Елан­ка в пят­на­дца­ти вер­стах от Воз­не­сен­ской оби­те­ли. Здесь жи­ли на­прав­лен­ные из мо­на­сты­ря на поле­вые ра­бо­ты по­слуш­ни­ки, мо­на­хи и кре­стьяне. По­мо­гая в буд­ние дни «труж­да­ю­щим­ся и обре­ме­нен­ным», он сле­дил за тем, чтобы в вос­крес­ные и празд­нич­ные дни ни­ка­кие за­бо­ты не от­вле­ка­ли бы их от служ­бы Бо­жи­ей. В са­мой Ма­лой Елан­ке бы­ла ор­га­ни­зо­ва­на ча­сов­ня, и вла­ды­ка не раз пред­ска­зы­вал, что со вре­ме­нем на ме­сте ее бу­дет воз­ве­ден храм. Про­ро­че­ство это ис­пол­ни­лось в кон­це XIX ве­ка. При жиз­ни вла­ды­ка не раз еще по­ра­жал совре­мен­ни­ков сво­ей ду­хов­ной про­зор­ли­во­стью.

     Как-то на день Ки­рил­ла, пат­ри­ар­ха Алек­сан­дрий­ско­го (9 июня), жи­те­ли се­ле­ния Фек­ско­го про­си­ли вла­ды­ку от­слу­жить у них Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию. «Хо­ро­шо, – от­ве­тил вла­ды­ка, – от­слу­жим. Но толь­ко впе­ред съез­дим по ле­ту, а на­зад по зи­ме». В тот мо­мент се­ляне не по­ня­ли смыс­ла его слов, но на сле­ду­ю­щий по­сле ли­тур­гии день вы­пал та­кой снег, что вла­ды­ке при­шлось воз­вра­щать­ся в са­нях.

     Был и дру­гой уди­ви­тель­ный слу­чай, утвер­див­ший всех в том, что вла­ды­ка был под­лин­но со­су­дом из­бран­ным, ис­пол­нен­ным Ду­ха Свя­та. Од­на­жды при со­вер­ше­нии крест­но­го хо­да во­круг го­ро­да на­чал­ся ли­вень, и все про­мок­ли до нит­ки. И толь­ко свя­ти­тель­ских одежд не кос­ну­лась ни од­на кап­ля!

     Та­кие про­яв­ле­ния на нем Бо­жи­ей бла­го­да­ти стя­жа­ли ему еще при жиз­ни лю­бовь и ува­же­ние паст­вы, а по кон­чине ста­ли ос­но­ва­ни­ем к бла­го­го­вей­но­му по­чи­та­нию его па­мя­ти.

     Очень лю­бил свя­ти­тель Ин­но­кен­тий слу­жить Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию. До по­след­них дней сво­ей жиз­ни ста­рал­ся он не упус­кать воз­мож­но­сти здесь, на зем­ле, со­еди­нить­ся со Хри­стом. В по­след­ний раз со­вер­шал он Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию в день По­кро­ва Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы и за­тем в вос­крес­ный день 3 ок­тяб­ря. По­сле это­го немо­щи че­ло­ве­че­ские при­ко­ва­ли вла­ды­ку к од­ру. Бо­лезнь то уси­ли­ва­лась, то от­пус­ка­ла. В ми­ну­ты ухуд­ше­ния здо­ро­вья вла­ды­ка со­зы­вал бра­тию, бла­го­да­рил слу­жив­ших ему за лю­бовь и по­пе­че­ние, раз­да­вал на па­мять кое-что из сво­их ве­щей, а тем, ко­му по­дар­ков не хва­ти­ло, обе­щал при пер­вом укреп­ле­нии сил обя­за­тель­но воз­на­гра­дить. Очень скор­бел вла­ды­ка, что остав­ля­ет Воз­не­сен­ский храм в неис­прав­ном со­сто­я­нии, и не раз вы­ска­зы­вал­ся, что ес­ли бы по­ло­жи­ли ему жа­ло­ва­нье, то первую ты­ся­чу руб­лей упо­тре­бил бы на по­стро­е­ние ка­мен­ной церк­ви.

     Жа­ло­ва­нья при жиз­ни он так и не до­ждал­ся. Ре­ше­ние о на­чис­ле­нии ему со­дер­жа­ния и удо­вле­тво­ре­ния неко­то­рых его нужд при­шло то­гда, ко­гда он уже ни в чем зем­ном не нуж­дал­ся.

     В чет­верг 25 но­яб­ря стра­да­ния свя­ти­те­ля ста­ли чрез­вы­чай­ны­ми. Бра­тию и всех го­род­ских свя­щен­ни­ков он про­сил мо­лить­ся о се­бе и от­слу­жить по­сле ли­тур­гии па­рак­лис. В суб­бо­ту 27 но­яб­ря 1731 го­ду в седь­мом ча­су утра Гос­подь на­ве­ки упо­ко­ил свя­ти­те­ля. Мо­на­стыр­ский ко­ло­кол воз­ве­стил о его кон­чине, по­сле­до­вав­шей в при­сут­ствии его ду­хов­ни­ка иеро­мо­на­ха Кор­ни­лия (Боб­ров­ни­ко­ва), бра­тии и ке­лей­ни­ков. По­чив­ше­го об­лек­ли в его вла­ся­ни­цу, по­верх ко­то­рой на­де­ли ки­тай­ско­го шел­ка под­ряс­ник и шел­ко­вую ман­тию. Го­ло­ву вла­ды­ки по­кры­ли кло­бу­ком, в ко­то­ром он хо­дил при жиз­ни.

     О кон­чине вла­ды­ки бы­ло до­ло­же­но ви­це-гу­бер­на­то­ру Жо­ло­бо­ву. Ви­це-гу­бер­на­тор, непо­мер­но ко­рыст­ный и алч­ный че­ло­век, ре­шил вос­поль­зо­вать­ся слу­ча­ем и ото­брал не толь­ко все иму­ще­ство вла­ды­ки, но и часть мо­на­стыр­ско­го до­сто­я­ния. Обо­брав та­ким об­ра­зом оби­тель, он ли­шил бра­тию не толь­ко воз­мож­но­сти по­хо­ро­нить свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия, но да­же и ли­тур­гию невоз­мож­но бы­ло со­вер­шать за неиме­ни­ем ви­на. И толь­ко по­сле на­стой­чи­вой прось­бы Жо­ло­бов вы­де­лил на по­гре­бе­ние свя­ти­те­ля три­ста руб­лей, за­пре­тив при этом впредь об­ра­щать­ся к нему.

По­гре­бе­ние свя­ти­те­ля бы­ло со­вер­ше­но 5 де­каб­ря. Гроб из сос­но­во­го де­ре­ва был обит чер­ным бар­ха­том. Пре­чи­стое те­ло вла­ды­ки во­дво­ри­ли в ка­мен­ном скле­пе под ал­та­рем де­ре­вян­ной церк­ви в честь Тих­вин­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри, воз­ве­ден­ной в 1688 го­ду стар­цем Ис­а­и­ей.

     Вско­ре по­сле кон­чи­ны свя­ти­те­ля Гос­подь явил суд над обид­чи­ка­ми вла­ды­ки. Ар­хи­манд­рит Ан­то­ний (Плат­ков­ский), до по­след­ней сте­пе­ни обес­че­щен­ный в Пе­кине ино­вер­цем Лан­гом, ко­то­рый пуб­лич­но и же­сто­ко из­бил его, в узах был про­ве­зен ми­мо Воз­не­сен­ской оби­те­ли в Пе­тер­бург. Там ожи­да­ло несчаст­но­го ли­ше­ние са­на и за­то­че­ние. Ви­це-гу­бер­на­то­ру Жо­ло­бо­ву по при­го­во­ру уго­лов­но­го су­да в Пе­тер­бур­ге бы­ла от­руб­ле­на го­ло­ва. Оба эти со­бы­тия по­ра­зи­ли про­мыс­ли­тель­но­стью всех, да­же са­мых за­кос­не­лых в неве­рии.

     Но ес­ли часть ма­ло­ве­ров еще нуж­да­лась во внеш­них убеж­де­ни­ях, вер­ная паства хра­ни­ла сер­деч­ное ча­я­ние, что Гос­подь не даст «пре­по­доб­но­му сво­е­му ви­де­ти ис­тле­ния». Через трид­цать три го­да по­сле кон­чи­ны свя­ти­те­ля во вре­мя ре­мон­та Тих­вин­ской церк­ви бы­ло об­на­ру­же­но, что те­ло его, оде­я­ние и да­же бар­хат на гро­бе не тро­ну­ло тле­ние, хо­тя са­мо ме­сто по­гре­бе­ния бы­ло сы­рым и затх­лым.

     Еще через два го­да на­сто­я­тель Воз­не­сен­ско­го мо­на­сты­ря ар­хи­манд­рит Си­не­сий, бу­ду­щий све­тиль­ник Си­бир­ской Церк­ви, про­слав­лен­ный Гос­по­дом в 1984 го­ду, в день хра­мо­во­го празд­ни­ка Воз­не­се­ния Гос­под­ня стал сви­де­те­лем сле­ду­ю­ще­го чу­да. За тра­пе­зой по­сле Бо­же­ствен­ной ли­тур­гии при­сут­ство­вал гу­бер­на­тор немец Фра­у­ен­дорф. О нетлен­ных остан­ках свя­ти­те­ля он был до­ста­точ­но на­слы­шан и очень хо­тел по­смот­реть их. Сколь­ко ни от­кло­нял это же­ла­ние ино­вер­ца при­сут­ство­вав­ший на празд­ни­ке епи­скоп Со­фро­ний, так­же бу­ду­щий угод­ник Бо­жий, из­ме­нить ре­ше­ние гу­бер­на­то­ра не уда­лось. Вла­ды­ка Со­фро­ний, пре­по­доб­ный Си­не­сий и Фра­у­ен­дорф по­до­шли к мо­гиль­но­му скле­пу свя­ти­те­ля, но ... не смог­ли уви­деть гро­ба – он был по­крыт гу­стым непро­ни­ца­е­мым сло­ем сне­га. По­сле отъ­ез­да гу­бер­на­то­ра да­же сле­дов сне­га не мог­ли об­на­ру­жить.

     Спу­стя сем­на­дцать лет по­сле это­го чу­да по­сле мно­го­чис­лен­ных за­яв­ле­ний част­ных лиц, пе­ре­жив­ших мо­лит­вен­ное за­ступ­ни­че­ство свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия по­сле мо­лит­вы у чест­ных его остан­ков, бы­ло еще од­но удо­сто­ве­ре­ние, что мо­щи свя­ти­те­ля на­хо­дят­ся под осо­бым по­кро­вом Бо­жи­им.

     11 июня 1783 го­да при силь­ном вет­ре за­го­ре­лась Воз­не­сен­ская оби­тель. Весь Ир­кутск от ма­ла до ве­ли­ка при­бе­жал на по­жар, но по­га­сить его не пред­став­ля­лось воз­мож­ным. Пла­мя охва­ти­ло все ка­мен­ные стро­е­ния оби­те­ли и, ко­неч­но, де­ре­вян­ную Тих­вин­скую цер­ковь, под ко­то­рой по­чи­ва­ли мо­щи свя­ти­те­ля. На­деж­ды на спа­се­ние нетлен­ных мо­щей угод­ни­ка Бо­жия не оста­ва­лось ни­ка­ких. То­гда го­ро­жане об­ра­ти­лись к при­быв­ше­му на по­жар пре­ем­ни­ку вла­ды­ки Со­фро­ния, прео­свя­щен­но­му Ми­ха­и­лу (Мит­ке­ви­чу), с прось­бой по­пы­тать­ся до­стать мо­щи из ог­ня. «Еже­ли по­кой­ный Ин­но­кен­тий уго­дил Бо­гу, – от­ве­тил тот, – то ра­ди его нетлен­ных мо­щей Все­мо­гу­щий Гос­подь спа­сет и цер­ковь». В ту же ми­ну­ту огонь по­те­рял си­лу над осе­нен­ной бла­го­да­тью цер­ко­вью. Ми­ло­стью Бо­жи­ей она про­сто­я­ла до на­ча­ла XX ве­ка сре­ди ка­мен­ных, вновь от­стро­ен­ных стен и зда­ний мо­на­сты­ря, в непре­ре­ка­е­мое сви­де­тель­ство свер­шив­ше­го­ся над ней чу­да. В ле­то­пи­си Ир­кут­ска сви­де­те­ли по­жа­ра за­пи­са­ли: «В неде­лю Всех Свя­тых (11 июня) 1783 го­да, по­по­лу­дни ча­су в чет­вер­том, мо­на­стырь Воз­не­сен­ский сго­рел, а имен­но кел­лии все, три церк­ви – две ка­мен­ные сна­ру­жи и внут­ри без остат­ку; при том два ко­ло­ко­ла раз­би­лись, а дру­гие ис­пор­ти­лись. Ве­лик страх был! К то­му бы­ла пре­ве­ли­кая по­го­да. А свя­тые об­ра­за и что бы­ло в церк­вах: кни­ги, ри­зы и про­чее, огра­да вся и два кед­ра ар­хи­ерей­ские сго­ре­ли без остат­ку. Оста­лась од­на де­ре­вян­ная цер­ковь Тих­вин­ской Бо­го­ро­ди­цы, где ар­хи­ерей по­гре­бен».

     Чу­де­са от мо­щей свя­ти­те­ля мно­жи­лись. Ве­ра в его за­ступ­ни­че­ство пе­ред Гос­по­дом пе­ре­да­ва­лась из ро­да в род. Мно­гие слу­жи­ли па­ни­хи­ды у него на мо­ги­ле и по­лу­ча­ли про­си­мое! Сла­ва о но­вом за­ступ­ни­ке мно­жи­лась сре­ди пра­во­слав­ных. Угод­ник Бо­жий не от­вер­гал мо­литв по­чи­та­те­лей ни в Ту­ле, ни в Якут­ске, ни в Пе­тер­бур­ге. Ото­всю­ду епар­хи­аль­но­му на­чаль­ству сла­лись пись­мен­ные сви­де­тель­ства о его за­ступ­ни­че­стве. В по­след­них чис­лах сен­тяб­ря 1800 го­да прео­свя­щен­но­му Ве­ни­а­ми­ну, епи­ско­пу Ир­кут­ско­му, при­шло пись­мо за под­пи­сью 389 че­ло­век с из­ло­же­ни­ем прось­бы об от­кры­тии чест­ных и нетлен­ных мо­щей свя­ти­те­ля для все­на­род­но­го че­ство­ва­ния. По­след­нее тре­бо­ва­ние при­ве­ло вла­ды­ку Ве­ни­а­ми­на в неко­то­рое недо­уме­ние, раз­ре­ше­ние ко­то­ро­му по­мог­ло сек­рет­ное ин­спек­ти­ро­ва­ние Ир­кут­ско­го края. По вы­со­чай­ше­му по­ве­ле­нию здесь на­хо­ди­лись се­на­то­ры Ржев­ский и Ле­ва­шов, ко­то­рые так­же на­пра­ви­ли вла­ды­ке Ве­ни­а­ми­ну пись­мо. «Как са­мо­вид­цы, – пи­са­ли се­на­то­ры, – не толь­ко нетлен­но­сти те­ла се­го, как са­ми обо­няв­шие бла­го­уха­ние, как лич­ные сви­де­те­ли по­вест­во­ва­ний о его мно­го­раз­лич­ных чу­де­сах по­став­ля­ем се­бе дол­гом иметь от Ва­ше­го прео­свя­щен­ства, де­сять лет управ­ля­ю­ще­го епар­хи­ею, все све­де­ния о нетлен­ном чу­до­твор­це для до­кла­да по на­шей обя­зан­но­сти го­су­да­рю им­пе­ра­то­ру».

     Прео­свя­щен­ный пе­ре­дал се­на­то­рам пись­мо для го­су­да­ря и при­ло­жил к нему вы­пис­ку о слу­ча­ях чу­до­тво­ре­ний от мо­щей свя­ти­те­ля, чис­лом бо­лее ста. Го­су­дарь по­тре­бо­вал от Си­но­да рас­смот­ре­ния де­ла, и уже по рас­по­ря­же­нию Си­но­да в Ир­кутск при­был Ка­зан­ский ви­кар­ный ар­хи­ерей Иустин. Вла­ды­ка Иустин лич­но осви­де­тель­ство­вал мо­щи свя­ти­те­ля, рас­спро­сил под при­ся­гой неко­то­рых сви­де­те­лей чу­до­тво­ре­ний и вме­сте с епи­ско­пом Ве­ни­а­ми­ном 5 мар­та 1801 го­да до­кла­ды­вал Си­но­ду. До­клад это со­дер­жал по­дроб­ное опи­са­ние осви­де­тель­ство­ва­ния мо­щей, про­ве­ден­ное для боль­шей до­сто­вер­но­сти в при­сут­ствии свет­ских лиц – гу­бер­на­то­ра Алек­сея Ива­но­ви­ча Тол­сто­го с чи­нов­ни­ка­ми, го­род­ско­го го­ло­вы куп­ца Пет­ра Ав­де­е­ва со мно­ги­ми по­чет­ны­ми граж­да­на­ми. Все участ­ни­ки осви­де­тель­ство­ва­ния под­твер­ди­ли дей­стви­тель­ную со­хран­ность остан­ков свя­ти­те­ля. Гроб и об­ла­че­ние свя­ти­те­ля бы­ли так­же в со­вер­шен­ном нетле­нии. Это бо­лее чем через семь­де­сят лет по­сле по­гре­бе­ния!

     До­не­се­ние епи­ско­пов Ве­ни­а­ми­на и Иусти­на вве­ло Свя­тей­ший Си­нод в глу­бо­кую за­дум­чи­вость. Спу­стя два го­да Си­нод на­пра­вил вла­ды­ке Ве­ни­а­ми­ну за­прос о том, не на­блю­да­ют­ся ли из­ме­не­ния в те­ле свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия и не бы­ло ли за это вре­мя до­сто­па­мят­ных со­бы­тий.

     Прео­свя­щен­ный Ве­ни­а­мин от­ве­чал, что пе­ре­мен в со­сто­я­нии мо­щей по-преж­не­му не на­блю­да­ет­ся, все­на­род­ное по­чи­та­ние свя­тей­ше­го про­дол­жа­ет­ся и ши­рит­ся, что сам он, епи­скоп Ве­ни­а­мин, «убеж­ден со­ве­стью при­зна­вать хо­да­тай­ство свя­то­го Ин­но­кен­тия у ми­ло­сер­дия Бо­жия ува­жа­е­мым». Но и это пись­мо не возы­ме­ло дей­ствия. Си­нод без­молв­ство­вал еще год. На­ко­нец, к пер­вен­ству­ю­ще­му чле­ну Си­но­да мит­ро­по­ли­ту Ам­вро­сию и к обер-про­ку­ро­ру Го­ли­цы­ну бы­ло на­прав­ле­но пред­став­ле­ние от ге­не­рал-гу­бер­на­то­ра Си­би­ри Се­ли­фон­то­ва, в ко­то­ром он, лич­но сви­де­тель­ствуя нетлен­ность мо­щей свя­ти­те­ля, вы­ра­зил свое и всей Си­би­ри на­сто­я­ние об от­кры­тии нетлен­ных мо­щей.

     Даль­ше тя­нуть бы­ло невоз­мож­но, и в пер­вый день де­каб­ря 1804 го­да Свя­тей­ший Си­нод с вы­со­чай­ше­го со­из­во­ле­ния объ­явил: те­ло пер­во­го епи­ско­па Ир­кут­ско­го Ин­но­кен­тия огла­сить за со­вер­шен­но свя­тые мо­щи и с по­до­ба­ю­щим бла­го­го­ве­ни­ем Ир­кут­ско­му епи­ско­пу Ве­ни­а­ми­ну с про­чим ду­хо­вен­ством по­ста­вить в церк­ви Ир­кут­ско­го Воз­не­сен­ско­го мо­на­сты­ря на­вер­ху, ли­бо в дру­гом до­стой­ном ме­сте, с уста­нов­ле­ни­ем празд­но­ва­ния ему 26 но­яб­ря, на день па­мя­ти пре­став­ле­ния се­го свя­ти­те­ля. Впредь от­прав­лять все­нощ­ные бде­ния и мо­леб­ные пе­ния свя­ти­те­лю и в цер­ков­ные кни­ги вне­сти необ­хо­ди­мые до­пол­не­ния: «Но­яб­ря 26 чис­ла па­мять пре­став­ле­ния свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия, пер­во­го епи­ско­па Ир­кут­ско­го, чу­до­твор­ца».

     Во­жде­лен­ное из­ве­стие об от­кры­тии мо­щей свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия в Ир­кут­ске бы­ло по­лу­че­но 19 ян­ва­ря 1805 го­да. В бли­жай­шее же вос­кре­се­ние, бук­валь­но через два дня, все­на­род­но был от­слу­жен бла­годар­ствен­ный мо­ле­бен Гос­по­ду Бо­гу. По­сле это­го на­ча­лось при­го­тов­ле­ние к чрез­вы­чай­но­му тор­же­ству.

     2 фев­ра­ля, на Сре­те­ние Гос­подне, прео­свя­щен­ный Ве­ни­а­мин при­нял свя­тые мо­щи из скле­па, по­ста­вил их по­сре­ди Тих­вин­ской церк­ви и от­слу­жил пе­ред ни­ми Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию. Через неде­лю, 9 фев­ра­ля, мо­щи свя­ти­те­ля при ве­ли­чай­шем сте­че­нии на­ро­да тор­же­ствен­но, с крест­ным хо­дом и пред­не­се­ни­ем чу­до­твор­ной ико­ны Ка­зан­ской Бо­жи­ей Ма­те­ри, бы­ли пе­ре­не­се­ны из Тих­вин­ской церк­ви в со­бор­ную Воз­не­сен­скую.

     Здесь мо­щи по­чи­ва­ли пять­де­сят пять лет, до вре­ме­ни, по­ка не по­тре­бо­ва­лось раз­би­рать Воз­не­сен­скую цер­ковь из-за вет­хо­сти. Две­на­дцать лет про­ле­жа­ли они в Успен­ском хра­ме Воз­не­сен­ско­го мо­на­сты­ря и 15 ок­тяб­ря 1872 го­да бы­ли воз­вра­ще­ны под сво­ды вновь от­стро­ен­но­го на ста­ром ме­сте бла­го­леп­но­го хра­ма Воз­не­се­ния Гос­под­ня.

     В па­мять о пер­вом пе­ре­не­се­нии мо­щей свя­ти­те­ля еже­год­но в Ир­кут­ске со­вер­шал­ся крест­ный ход с ико­ной Ка­зан­ской Бо­жи­ей Ма­те­ри. Так бы­ло вплоть до 1920 го­да, вре­ме­ни же­сто­чай­ших го­не­ний на хри­сти­ан.

С зи­мы 1920 го­да на­ча­лись аре­сты на­сель­ни­ков Воз­не­сен­ской оби­те­ли. Был аре­сто­ван и под­верг­нут пыт­кам на­сто­я­тель мо­на­сты­ря епи­скоп Ир­кут­ский Зо­си­ма (Си­до­ров­ский). 1 фев­ра­ля в мо­на­сты­ре аре­сто­ва­ли вид­ных иерар­хов Си­би­ри, при­е­хав­ших на по­кло­не­ние мо­щам свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия: епи­ско­па Бар­на­уль­ско­го Гав­ри­и­ла (Во­е­во­ди­на, † 1938), епи­ско­па Пет­ро­пав­лов­ско­го Ме­фо­дия (Крас­но­пе­ро­ва, † 1921), епи­ско­па Бе­ре­зов­ско­го Ири­нар­ха († Си­не­о­ко­ва-Ан­дре­ев­ско­го, 1933).

     В 1921 го­ду вла­сти со­вер­ши­ли акт свя­то­тат­ства: мо­щи свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия бы­ли вскры­ты для «ме­ди­цин­ско­го осви­де­тель­ство­ва­ния». Но­вый на­сто­я­тель мо­на­сты­ря, епи­скоп Ки­рен­ский Бо­рис (Ши­пу­чин, † 1937), об­ра­ща­ясь к ду­хо­вен­ству и при­хо­жа­нам, пи­сал: «Вче­ра, 11 ян­ва­ря, мо­щи свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия бы­ли вскры­ты. Об­ла­че­ние и одеж­да сня­ты, нетлен­ное те­ло об­на­же­но и остав­ле­но в хра­ме от­кры­тым. Цер­ковь за­пер­та. Бо­го­слу­же­ния пре­кра­ще­ны. Мо­на­стырь охра­ня­ет­ся крас­но­ар­мей­ца­ми». Позд­нее под уси­лен­ной охра­ной мо­щи бы­ли уве­зе­ны в неиз­вест­ном на­прав­ле­нии...

     Оси­ро­те­ла ир­кут­ская паства. Вме­сте со всей Рус­ской Пра­во­слав­ной Цер­ко­вью ры­да­ла она над сво­и­ми гре­ха­ми, сми­рен­но при­ни­мая Бо­жие по­пуще­ние.

     Дол­го мо­щи свя­ти­те­ля по­чи­та­лись без­воз­врат­но уте­рян­ны­ми, но толь­ко Гос­подь «не до кон­ца про­гне­ва­ет­ся, не век враж­ду­ет». В 1990 го­ду в од­ном из под­соб­ных по­ме­ще­ний яро­слав­ской церк­ви Ни­ко­лы На­де­и­на бы­ли об­на­ру­же­ны неиз­вест­ные мо­щи. С по­мо­щью их иден­ти­фи­ка­ции на ка­фед­ре су­деб­ной ме­ди­ци­ны Яро­слав­ско­го мед­ин­сти­ту­та бы­ла про­ве­де­на экс­пер­ти­за. Опи­са­ние мо­щей, сде­лан­ное яро­слав­ски­ми ме­ди­ка­ми, пол­но­стью (!) сов­па­ло с дан­ны­ми ак­та, со­став­лен­но­го в 1921 го­ду в Ир­кут­ске. Мо­щи свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия, остав­лен­ные на семь­де­сят лет в сы­ром неотап­ли­ва­е­мом по­ме­ще­нии, Гос­подь хра­нил для яв­ле­ния нам чу­да Сво­ей ми­ло­сти.

     И ныне, упо­вая на за­ступ­ни­че­ство вновь яв­лен­но­го нам угод­ни­ка Бо­жия свя­ти­те­ля Ин­но­кен­тия, мы об­ра­ща­ем­ся к нему с мо­лит­ва­ми.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-innokentij-kulchickij

21 февраля - день памяти великомученика Феодора Стратилата

     Ве­ли­ко­му­че­ник Фе­о­дор Стра­ти­лат про­ис­хо­дил из го­ро­да Ев­ха­ит. Он был на­де­лен мно­ги­ми да­ро­ва­ни­я­ми и пре­крас­ной внеш­но­стью. За ми­ло­сер­дие Бог про­све­тил его со­вер­шен­ным по­зна­ни­ем хри­сти­ан­ской ис­ти­ны. Храб­рость свя­то­го во­и­на ста­ла из­вест­на мно­гим по­сле то­го, как он с по­мо­щью Бо­жи­ей убил гро­мад­но­го змея, жив­ше­го в про­па­сти в окрест­но­стях го­ро­да Ев­ха­и­та. Змей по­жи­рал мно­же­ство лю­дей и жи­вот­ных, дер­жа в стра­хе всю окру­гу. Свя­той Фе­о­дор, во­ору­жив­шись ме­чом и мо­лит­вой ко Гос­по­ду, по­бе­дил его, про­сла­вив сре­ди лю­дей Имя Хри­сто­во. За от­ва­гу свя­той Фе­о­дор был на­зна­чен во­е­на­чаль­ни­ком (стра­ти­ла­том) в го­ро­де Ге­рак­лее, где нес как бы двой­ное по­слу­ша­ние, со­че­тая свое от­вет­ствен­ное во­ин­ское слу­же­ние с апо­столь­ской про­по­ве­дью Еван­ге­лия сре­ди под­чи­нен­ных ему языч­ни­ков. Его го­ря­чая убеж­ден­ность, под­креп­лен­ная лич­ным при­ме­ром хри­сти­ан­ской жиз­ни, от­вра­ща­ла мно­гих от па­губ­ной «лжи без­бо­жия». Вско­ре по­чти вся Ге­рак­лея при­ня­ла хри­сти­ан­ство.

     В это вре­мя им­пе­ра­тор Ли­ки­ний (307–324) на­чал же­сто­кое го­не­ние на хри­сти­ан. Же­лая обез­гла­вить но­вую ве­ру, он об­ру­шил пре­сле­до­ва­ния на про­све­щен­ных по­бор­ни­ков хри­сти­ан­ства, в ко­то­рых не без ос­но­ва­ния ви­дел ос­нов­ную угро­зу для уми­ра­ю­ще­го язы­че­ства. В их чис­ле ока­зал­ся и свя­той Фе­о­дор. Свя­той сам при­гла­сил Ли­ки­ния в Ге­рак­лею, по­обе­щав ему при­не­сти жерт­ву язы­че­ским бо­гам. Для со­вер­ше­ния этой пыш­ной це­ре­мо­нии он по­же­лал со­брать в сво­ем до­ме все зо­ло­тые и се­реб­ря­ные из­ва­я­ния бо­гов, ко­то­рые име­лись в Ге­рак­лее. Ослеп­лен­ный нена­ви­стью к хри­сти­ан­ству, Ли­ки­ний по­ве­рил сло­вам свя­то­го. Од­на­ко его ожи­да­ния бы­ли об­ма­ну­ты: за­вла­дев ис­ту­ка­на­ми, свя­той Фе­о­дор раз­бил их на кус­ки и раз­дал ни­щим. Так он по­сра­мил су­ет­ную ве­ру в без­душ­ных идо­лов и бук­валь­но на об­лом­ках язы­че­ства утвер­дил за­ко­ны хри­сти­ан­ско­го ми­ло­сер­дия.

     Свя­той Фе­о­дор был схва­чен и под­верг­нут же­сто­ким и изощ­рен­ным пыт­кам. Их сви­де­те­лем был раб свя­то­го Фе­о­до­ра, свя­той Уар, ко­то­рый ед­ва на­хо­дил в се­бе си­лы опи­сы­вать неимо­вер­ные му­че­ния сво­е­го гос­по­ди­на. Пред­чув­ствуя близ­кую смерть, свя­той Фе­о­дор уже об­ра­щал к Бо­гу по­след­ние мо­лит­вы, го­во­ря: «Гос­по­ди, ре­кл ми еси пер­вее, Аз есмь с то­бою, ныне же поч­то оста­вил мя еси? Виждь, Гос­по­ди, яко зве­рие ди­вии рас­тер­за­ша мя Те­бе ра­ди, из­бо­де­ны суть зе­ни­цы очес мо­их, плоть моя ра­на­ми раз­дроб­ля­ет­ся, уязв­ля­ет­ся ли­це, со­кру­ша­ют­ся зу­бы, еди­ны то­чию на­гие ко­сти на кре­сте ви­сят: по­мя­ни мя, Гос­по­ди, пре­тер­пе­ва­ю­ще­го крест Те­бе ра­ди, же­ле­зо, и огнь, и гвоз­дие подъ­ях за Тя: про­чее же при­и­ми дух мой, уже бо от­хо­жду от жиз­ни сей».

     Од­на­ко Бог, по ве­ли­кой Сво­ей ми­ло­сти, по­же­лал, чтобы кон­чи­на свя­то­го Фе­о­до­ра бы­ла так же пло­до­твор­на для его ближ­них, как и вся его жизнь: Он ис­це­лил ис­тер­зан­ное те­ло свя­то­го и свел его с кре­ста, на ко­то­ром тот был остав­лен на всю ночь. Утром цар­ские во­и­ны за­ста­ли свя­то­го Фе­о­до­ра жи­вым и невре­ди­мым; убеж­ден­ные во­очию в бес­пре­дель­ном мо­гу­ще­стве хри­сти­ан­ско­го Бо­га, они тут же, неда­ле­ко от ме­ста несо­сто­яв­шей­ся каз­ни, при­ня­ли свя­тое Кре­ще­ние. Так свя­той Фе­о­дор явил­ся, «яко день све­то­за­рен», для пре­бы­вав­ших во тьме идо­ло­по­клон­ства языч­ни­ков и про­све­тил их ду­ши «свет­лы­ми сво­е­го стра­да­ния лу­ча­ми». Не же­лая из­бе­жать му­че­ни­че­ской смер­ти за Хри­ста, свя­той Фе­о­дор доб­ро­воль­но пре­дал се­бя в ру­ки Ли­ки­ния, оста­но­вив вос­став­ший про­тив му­чи­те­лей на­род, уве­ро­вав­ший во Хри­ста, сло­ва­ми: «Пе­ре­стань­те, воз­люб­лен­ные! Гос­подь мой Иисус Хри­стос, ви­ся на Кре­сте, удер­жи­вал Ан­ге­лов, дабы они не со­тво­ри­ли от­мще­ние ро­ду че­ло­ве­че­ско­му». Идя на казнь, свя­той му­че­ник од­ним сло­вом от­во­рял тем­нич­ные две­ри и осво­бож­дал за­клю­чен­ных от уз. Лю­ди, при­ка­са­ю­щи­е­ся к его ри­зам и чу­дом Бо­жи­им об­нов­лен­но­му те­лу, мгно­вен­но ис­це­ля­лись от бо­лез­ней и осво­бож­да­лись от бе­сов. По при­ка­зу ца­ря свя­той Фе­о­дор был усе­чен ме­чом.

Пе­ред смерт­ной каз­нью он ска­зал Уа­ру: «Не ле­нись за­пи­сать день кон­чи­ны мо­ей, а те­ло мое по­ло­жи в Ев­ха­и­тах». Эти­ми сло­ва­ми он про­сил еже­год­но­го по­ми­но­ве­ния. За­тем, ска­зав «аминь», он пре­кло­нил го­ло­ву под меч. Это со­вер­ши­лось 8 (21) фев­ра­ля 319 го­да, в суб­бо­ту, в тре­тий час дня. 

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-feodor-stratilat

19 февраля - день памяти преподобного Вукола, епископа Смирнского

     Пре­по­доб­ный Ву­кол, епи­скоп Смирн­ский, уче­ник свя­то­го апо­сто­ла и еван­ге­ли­ста Иоан­на Бо­го­сло­ва, был им по­став­лен пер­вым епи­ско­пом Смирн­ской Церк­ви (Ма­лая Азия).

     Бла­го­да­тию Бо­жи­ей свя­ти­тель Ву­кол об­ра­тил ко Хри­сту и кре­стил мно­же­ство языч­ни­ков и как опыт­ный и муд­рый на­став­ник за­щи­щал свою паст­ву от тьмы ере­сей. Скон­чал­ся в ми­ре око­ло 100–105 го­да. Свою паст­ву он пе­ре­дал свя­то­му По­ли­кар­пу, зна­ме­ни­то­му му­жу апо­столь­ско­му, ко­то­рый так­же был уче­ни­ком свя­то­го апо­сто­ла Иоан­на Бо­го­сло­ва (па­мять его 23 фев­ра­ля). У гро­ба свя­ти­те­ля Ву­ко­ла вы­рос­ло мир­то­вое де­ре­во, ко­то­рое ис­це­ля­ло боль­ных.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-vukol-smirnskij

18 февраля - день памяти мученицы Агафии

     Сия му­че­ни­ца по­чи­та­ет­ся в на­шем про­стом на­ро­де за­ступ­ни­цею от вре­да ог­нен­но­го. Она жи­ла в Си­ци­лии при без­бож­ном го­ни­те­ле хри­сти­ан Де­кии и про­ис­хо­ди­ла от знат­ных ро­ди­те­лей, вос­пи­тав­ших ее в ис­тин­ном бла­го­че­стии. На­сту­пи­ло го­не­ние Де­кия. Св. Ага­фия ста­ла го­то­вить­ся к му­че­ни­че­ской кон­чине. Пра­ви­тель об­ла­сти Квин­ти­ан, увле­чен­ный кра­со­тою юной хри­сти­ан­ки, ре­шил от­влечь ее от хри­сти­ан­ской ве­ры и с этой це­лью по­ме­стил ее в дом од­ной языч­ни­цы-вдо­вы, про­во­див­шей бес­пут­ную жизнь. Од­на­ко жизнь в язы­че­ском до­ме, сре­ди ве­се­лья и рос­ко­ши не рас­по­ло­жи­ла к се­бе св. Ага­фию. Не по­мог­ли так­же и уве­ще­ва­ния язы­че­ской вдо­вы. Ви­дя это, пра­ви­тель за­ду­мал при­бег­нуть к бо­лее ре­ши­тель­ным ме­рам. Он стал до­пра­ши­вать Ага­фию, по­че­му она не кла­ня­ет­ся идо­лам. Свя­тая от­вет­ство­ва­ла:

     – Ва­ши идо­лы не бо­ги, а бес­чув­ствен­ные чур­ба­ны, и са­ми вы ра­бы этих чур­ба­нов.

     Раз­дра­жен­ный Квин­ти­ан под­верг св. Ага­фию же­сто­ким му­че­ни­ям и за­тем за­клю­чил в тем­ни­цу. Ви­дя, од­на­ко, ее непре­клон­ность, он ве­лел рвать кле­ща­ми ее грудь.

     – Бес­чув­ствен­ный му­чи­тель! – вос­клик­ну­ла Ага­фия. – Ты не сты­дишь­ся отре­зы­вать у жен­щи­ны сос­цы, ко­то­ры­ми ты сам пи­тал­ся у сво­ей ма­те­ри...

     Ко­гда по­том Ага­фию бро­си­ли в тем­ни­цу, то ей явил­ся апо­стол Петр и ис­це­лил ее ра­ны. Необы­чай­ный свет при этом оза­рил тем­ни­цу; во­и­ны, ис­пу­ган­ные этим, раз­бе­жа­лись. Свя­тая Ага­фия, од­на­ко, этим не вос­поль­зо­ва­лась, по­кор­но ожи­дая му­че­ни­че­ско­го вен­ца.

     На пя­тый день ее по­зва­ли опять к му­чи­те­лю. Ко­гда же она сно­ва ис­по­ве­да­ла Хри­ста, то му­чи­тель ве­лел на­сы­пать на зем­ле го­ря­чих уг­лей и рас­ка­лен­ных че­ре­пиц и за­тем на их гру­ду бро­сить на­гую Ага­фию. Вдруг раз­да­лись уда­ры зем­ле­тря­се­ния. Ис­пу­ган­ный этим, а так­же воз­му­ще­ни­ем граж­дан, пра­ви­тель от­пра­вил Ага­фию опять в тем­ни­цу, где свя­тая и скон­ча­лась, пла­мен­но по­мо­лив­шись Бо­гу и воз­бла­го­да­рив Его за ту си­лу и тер­пе­ние, с ка­кою она пе­ре­но­си­ла му­че­ния.

     На ее гроб­ни­це впо­след­ствии бы­ла по­стро­е­на цер­ковь ста­ра­ни­я­ми ее по­чи­та­те­лей-хри­сти­ан.

     Гнев Бо­жий ско­ро по­ра­зил нече­сти­во­го му­чи­те­ля Квин­ти­а­на. Ко­гда он от­пра­вил­ся на ро­ди­ну св. Ага­фии, в г. Па­лер­мо, чтобы взять се­бе ее иму­ще­ство, то при од­ной пе­ре­пра­ве он упал в во­ду и уто­нул. Од­на­жды на о. Си­ци­лии на­ча­лось из­вер­же­ние вул­ка­на Эт­ны. Жи­те­ли ост­ро­ва взя­ли одеж­ду с гроб­ни­цы св. Ага­фии и дер­жа­ли ее про­тив ог­ня; из­вер­же­ние пре­кра­ти­лось. Это и по­слу­жи­ло ос­но­ва­ни­ем для ве­ры в по­мощь св. Ага­фии про­тив бед­ствий от ог­ня.

     Жизнь этой му­че­ни­цы на­уча­ет нас тер­пе­ли­во пе­ре­но­сить все стра­да­ния и невзго­ды жиз­ни, не па­дать ду­хом, не уны­вать, а на­де­ять­ся на по­мощь Бо­жию; она на­уча­ет нас ве­ро­вать, что стра­да­ния по­сы­ла­ют­ся Бо­гом для на­ше­го же спа­се­ния.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-agafija-panormskaja-palermskaja

17 февраля - Неделя о мытаре и фарисее

     Одна из главных, единственных в своем роде особенностей Евангелия, — это те короткие рассказы-притчи, которыми пользуется Христос в своем учении, в своем общении с народом.

Поразительно же в этих притчах, что сказанные почти две тысячи лет тому назад, в совершенно отличных от наших условиях, в другой цивилизации, на абсолютно другом языке, они остаются актуальными, бьют сегодня в ту же цель. А это значит — в наше сердце.

     Ведь вот, устарели, забыты, канули в небытие книги и слова, созданные совсем недавно, вчера, позавчера. Они уже ничего не говорят нам, они мертвы. А эти, такие простые с виду, бесхитростные рассказы живут полной жизнью.

     Мы слушаем их — и как будто что-то происходит с нами, как будто кто-то заглянул в самую глубину нашей жизни и сказал что-то — только к нам, ко мне относящееся.

     В этой притче — о мытаре и фарисее — рассказывается о двух людях. Мытарь — это славянское слово для обозначения сборщика налогов, профессии, окруженной в древнем мире всеобщим презрением. Фарисей — это название правящей партии, верхушки тогдашнего общества и государства.

     На нашем теперешнем языке мы сказали бы, что притча о мытаре и фарисее — это символический рассказ о важном представителе ведущего слоя, с одной стороны, о мелком и малопочтенном «аппаратчике», — с другой.

     Христос говорит: «Два человека вошли в храм помолиться, один фарисей, а другой мытарь. Фарисей, став, молился сам в себе так: «Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи или этот мытарь. Пощусь два раза в неделю, даю десятую часть всего, что приобретаю». Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаза на небо, но, ударяя себя в грудь, говорил: «Боже! Милостив буди мне грешному!». Говорю вам, — заканчивает Христос эту притчу, — что мытарь пошел оправданным в дом свой более, нежели тот: ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится».

     Всего три строчки в Евангелии, а сказано в них нечто вечное, такое, что действительно относится ко всем временам и ситуациям.

     Но возьмем только наше время, возьмем самих себя. Если что-нибудь лежит в основе нашей государственной, общественной, да, наконец, и частной жизни, так это — не правда ли? — вот это самое безостановочное самопревозношение, самоутверждение, или, говоря более древним, но опять-таки вечным языком — гордыня.

     Вслушайтесь в пульс нашей эпохи. Неужели не поразимся мы этой чудовищной саморекламе, хвастовству, бесстыдству самовосхваления, которые так вошли в нашу жизнь, что мы уже почти не замечаем их.

     Всякая критика, пересмотр, переоценка, всякое проявление смирения — не стали ли они уже не только недостатком, пороком, а, хуже того, — общественным и даже государственным преступлением. Оказывается, любить родину — это все время бесстыдно восхвалять ее, унижая чужие родины. Оказывается, быть лояльным — это провозглашать все время безгрешность власти.

     Оказывается, быть человеком — это унижать, топтать других людей, это возвышать себя путем их унижения. Проанализируйте свою жизнь, жизнь своего общества, самые основы его устройства, и вы должны будете признать, что это именно так.

     Тот мир, в котором мы живем, так пронизан оглушительным и грубым бахвальством, что уже сам этого больше не замечает, оно уже стало его природой. Да так и сказал один из самых больших и тонких поэтов нашего времени — Пастернак — в знаменитой своей строчке: «…все тонет в фарисействе».

     Самое страшное, конечно, в том, что фарисейство признается добродетелью. Нас так долго, так упорно глушили славой, достижениями, взлетами и полетами, нас так долго держали в атмосфере этого призрачного псевдовеличия, что все это в действительности нам стало казаться хорошим и благим, что в душе целых поколений возник образ мира, в котором только сила, только гордость, только бесстыдное самовосхваление оказываются нормой.

     Пора ужаснуться этому, вспомнить слова Евангелия: «всякий, возвышающий себя, унижен будет». Сейчас тех немногих, кто исподволь, шепотом говорят об этом, напоминают об этом, — влекут в суды или заключают в психиатрические лечебницы. И на них науськивают других: смотрите на этих изменников и предателей! Они против величия и силы своей родины! Против ее достижений! Они сомневаются в том, что самая лучшая, самая сильная, самая свободная, самая счастливая страна… и так дальше. И благодарите, что вы не такие, как эти несчастные отщепенцы.

     Но поймем, что этот бой, этот спор, ведомый сейчас ничтожным меньшинством, это бой и спор о самих духовных источниках жизни. Ибо фарисейская гордыня — это не только слова. Она рано или поздно оборачивается ненавистью к тем, кто не согласен признать моего величия, моего совершенства. Она оборачивается преследованьем и террором. Она ведет к смерти.

     Притча Христа ножом врезается в самую страшную опухоль современного мира, в опухоль фарисейской гордыни. Ибо, пока эта опухоль будет расти, в мире будут царить ненависть, страх и кровь.

     И так оно и есть сейчас. Только вернувшись к этой забытой, презираемой, отбрасываемой силе — к смирению, — можно очистить мир. Ибо смирение — это признание другого, это-уважение к другому и это уменье мужественно признать себя несовершенным, раскаяться, и тем самым встать на путь исправления. От бахвальства, лжи и тьмы фарисейства — к свету и целостности подлинной человечности: к правде, к смирению и к любви. Вот призыв этой притчи Христовой, вот зов, первый зов великопостной весны…

     Информация взята с https://www.pravmir.ru/o-mytare-i-farisee-pervyj-zov-velikopostnoj-vesny/

16 февраля - день памяти равноапостольного Николая, архиепископа Японского

     Свя­той рав­ноап­о­столь­ный Ни­ко­лай, ар­хи­епи­скоп Япон­ский, в ми­ру Иван Ди­мит­ри­е­вич Ка­сат­кин, ро­дил­ся 1 ав­гу­ста 1836 го­да в Бе­ре­зов­ском по­го­сте, Воль­ско­го уез­да, Смо­лен­ской гу­бер­нии, где его отец слу­жил диа­ко­ном. Пя­ти лет он по­те­рял мать. Окон­чив Бель­ское ду­хов­ное учи­ли­ще, а за­тем Смо­лен­скую ду­хов­ную се­ми­на­рию, в 1857 го­ду Иван Ка­сат­кин по­сту­пил в Санкт-Пе­тер­бург­скую ду­хов­ную ака­де­мию. 24 июня 1860 го­да в ака­де­ми­че­ском хра­ме Две­на­дца­ти Апо­сто­лов епи­скоп Нек­та­рий со­вер­шил по­стри­же­ние его в мо­на­ше­ство с на­ре­че­ни­ем име­ни Ни­ко­лай. В день па­мя­ти пер­во­вер­хов­ных апо­сто­лов Пет­ра и Пав­ла, 29 июня, инок Ни­ко­лай был по­свя­щен во иеро­ди­а­ко­на, а 30 июня – в пре­столь­ный празд­ник ака­де­ми­че­ско­го хра­ма – в сан иеро­мо­на­ха. За­тем по его же­ла­нию отец Ни­ко­лай был на­зна­чен в Япо­нию на­сто­я­те­лем кон­суль­ско­го хра­ма го­ро­да Ха­ко­да­те.

     Сна­ча­ла про­по­ведь Еван­ге­лия в Япо­нии ка­за­лась со­вер­шен­но немыс­ли­мой. По сло­вам са­мо­го от­ца Ни­ко­лая, «то­гдаш­ние япон­цы смот­ре­ли на ино­стран­цев как на зве­рей, а на хри­сти­ан­ство как на зло­дей­скую цер­ковь, к ко­то­рой мо­гут при­над­ле­жать толь­ко отъ­яв­лен­ные зло­деи и ча­ро­деи». Во­семь лет ушло на то, чтобы изу­чить стра­ну, на­род, язык, нра­вы, обы­чаи тех, сре­ди ко­го пред­сто­я­ло про­по­ве­до­вать, и к 1868 го­ду паства от­ца Ни­ко­лая на­счи­ты­ва­ла уже око­ло два­дца­ти япон­цев. В кон­це 1869 го­да иеро­мо­нах Ни­ко­лай в Пе­тер­бур­ге до­ло­жил Си­но­ду о ре­зуль­та­тах сво­ей ра­бо­ты. Бы­ло при­ня­то ре­ше­ние: «Об­ра­зо­вать для про­по­ве­ди меж­ду япон­ски­ми языч­ни­ка­ми Сло­ва Бо­жия осо­бую Рос­сий­скую Ду­хов­ную Мис­сию». Отец Ни­ко­лай был воз­ве­ден в сан ар­хи­манд­ри­та и на­зна­чен на­чаль­ни­ком этой Мис­сии. Вер­нув­шись в Япо­нию, бу­ду­щий свя­ти­тель пе­ре­дал Ха­ко­дат­скую паст­ву иеро­мо­на­ху Ана­то­лию, а сам пе­ре­нес центр Мис­сии в То­кио. В 1871 го­ду в стране на­ча­лось го­не­ние на хри­сти­ан, мно­гие под­вер­га­лись пре­сле­до­ва­ни­ям (в том чис­ле пер­вый пра­во­слав­ный япо­нец, зна­ме­ни­тый впо­след­ствии мис­си­о­нер-свя­щен­ник Па­вел Са­ва­бе). Толь­ко к 1873 го­ду го­не­ния несколь­ко пре­кра­ти­лись, и ста­ла воз­мож­на сво­бод­ная про­по­ведь хри­сти­ан­ства.

     В тот же год ар­хи­манд­рит Ни­ко­лай при­сту­пил к стро­и­тель­ству в То­кио церк­ви и шко­лы на пять­де­сят че­ло­век, а за­тем и ду­хов­но­го учи­ли­ща, ко­то­рое в 1878 го­ду бы­ло пре­об­ра­зо­ва­но в се­ми­на­рию.

     В 1874 го­ду в То­кио при­был прео­свя­щен­ный Па­вел, епи­скоп Кам­чат­ский, чтобы ру­ко­по­ло­жить во свя­щен­ный сан ре­ко­мен­ду­е­мых ар­хи­манд­ри­том Ни­ко­ла­ем кан­ди­да­тов из мест­но­го на­се­ле­ния. К это­му вре­ме­ни при Мис­сии в То­кио дей­ство­ва­ли че­ты­ре учи­ли­ща – ка­те­хи­за­тор­ское, се­ми­нар­ское, жен­ское, при­чет­ни­че­ское, а в Ха­ко­да­те два – для маль­чи­ков и де­во­чек. Во вто­рой по­ло­вине 1877 го­да Мис­си­ей стал ре­гу­ляр­но из­да­вать­ся жур­нал «Цер­ков­ный вест­ник». К 1878 го­ду в Япо­нии на­счи­ты­ва­лось уже 4115 хри­сти­ан, су­ще­ство­ва­ли мно­го­чис­лен­ные хри­сти­ан­ские об­щи­ны. Бо­го­слу­же­ние и пре­по­да­ва­ние на род­ном язы­ке, из­да­ние книг ре­ли­ги­оз­но-нрав­ствен­но­го со­дер­жа­ния – вот сред­ства, ко­то­рые поз­во­ли­ли Мис­сии до­бить­ся за ко­рот­кий срок столь зна­чи­тель­ных ре­зуль­та­тов.

     30 мар­та 1880 го­да в Тро­иц­ком со­бо­ре Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры со­сто­я­лась хи­ро­то­ния ар­хи­манд­ри­та Ни­ко­лая во епи­ско­па. Вер­нув­шись в Япо­нию, свя­ти­тель с еще боль­шим усер­ди­ем стал про­дол­жать свои апо­столь­ские тру­ды: за­вер­шил стро­и­тель­ство со­бо­ра Вос­кре­се­ния Хри­сто­ва в То­кио, при­нял­ся за но­вый пе­ре­вод бо­го­слу­жеб­ных книг, со­ста­вил на япон­ском язы­ке осо­бый пра­во­слав­ный бо­го­слов­ский сло­варь.

     Боль­шие ис­пы­та­ния вы­па­ли на до­лю свя­ти­те­ля и его паст­вы в пе­ри­од рус­ско-япон­ской вой­ны. За свои по­движ­ни­че­ские тру­ды в эти тя­же­лые го­ды он был удо­сто­ен воз­ве­де­ния в сан ар­хи­епи­ско­па.

     В 1911 го­ду ис­пол­ни­лось пол­ве­ка с тех пор, как мо­ло­дой иеро­мо­нах Ни­ко­лай впер­вые сту­пил на япон­скую зем­лю. К то­му вре­ме­ни в 266 об­щи­нах Япон­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви бы­ло 33017 хри­сти­ан, 1 ар­хи­епи­скоп, 1 епи­скоп, 35 свя­щен­ни­ков, 6 диа­ко­нов, 14 учи­те­лей пе­ния, 116 про­по­вед­ни­ков-ка­те­хи­за­то­ров.

     3 фев­ра­ля 1912 го­да, на 76-м го­ду жиз­ни, про­све­ти­тель Япо­нии ар­хи­епи­скоп Ни­ко­лай мир­но ото­шел ко Гос­по­ду. Свя­щен­ный Си­нод Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви 10 ап­ре­ля 1970 го­да вы­нес акт о про­слав­ле­нии свя­ти­те­ля в ли­ке рав­ноап­о­сто­лов, ибо в Япо­нии свя­той уже дав­но был чтим как ве­ли­кий пра­вед­ник и мо­лит­вен­ник пред Гос­по­дом.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-nikolaj-japonskij-kasatkin

15 февраля - Сретение Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа

     Слово «сретение» значит встреча. На сороковой день после Рождества Христова Дева Мария в сопровождении Иосифа Обручника принесла Своего Сына в Иерусалимский храм, чтобы исполнить закон Моисея. В притворе храма два ветхозаветных праведника – Симеон, названный Богоприимцем, и Анна встретили Святое Семейство.

     Симеон происходил из священнического рода. В молодости он участвовал в переводе Библии на греческий язык. Анна, которую народ почитал как пророчицу, всю жизнь неотлучно находилась при храме. В символическом плане праздника Симеон олицетворяет Священное Писание, Анна устное предание храма.

     Храм – место таинственной встречи. Душа, очистившись в пламени покаяния, как руда в горниле, встречается с Богом. Она ощущает Божественную благодать, как новую жизнь, как незримый свет, как присутствие Божие, как истину и небесный покой. Теперь Симеон и Анна не только верой сердца, но и очами своими видят Бога. Храм – мистический центр мира, где сходятся все меридианы и сферы земли и неба. Храм – преддверие вечности. Там пространство теряет свою протяженность, а время – одномерность и необратимость. В пространстве храма заключается вся Вселенная. Время в храме свернуто, как пергаментный свиток, на котором записана история мира от первого дня творения до Страшного Суда. Его можно раскрыть и прочесть в ритмах богослужения. В храме время циклично: сутки, неделя, месяц, год подобны вращающимся кругам, вложенным друг в друга. Святая Святых храма – это неподвижная точка в движущемся космосе. В храме вместе с людьми ангелы составляют единый хор, где каждое слово превращается в небесный луч. Храм – это океан незримого духовного света. В храме Небесная Церковь встречается с Церковью земной.

     По закону Моисея, мать на сороковой день после рождения ребенка должна была принести его в храм. Если это был первенец, то за него полагался символический выкуп. По закону Моисея, первенца мужского пола посвящали Богу. Старший сын должен был исполнять какие-либо работы для храма. Когда с течением времени потребность в таких работах исчезала, то, установился обычай приносить жертву как выкуп за первенца. Для бедных это была покупка двух голубей при храме, которых затем выпускали на волю. Только после очистительной молитвы в притворе храма мать могла посещать храм.

     В течение сорока дней после Рождества Христова Дева Мария жила в Вифлееме, в доме Саломии, Своей родственницы, дочери Иосифа Обручника от его первого брака. Так как Евангелие еще не было возвещено миру, то Дева Мария строго исполняла все законы и предписания Ветхого Завета. Иоанн Богослов назвал Бога любовью, другое имя Бога – смирение. Смирение – это печать Христа на челе святых.

     Дева Мария с Младенцем на руках в сопровождении праведного Иосифа идет в Иерусалим. Матерь Божия, святостью Своей превосходящая Серафимов, Нерукотворный храм Божий, повинуясь закону, идет в Иерусалимский храм, чтобы принять обряд очищения. Та, перед которой склоняются ангелы, склоняет голову Свою под благословение священника. Мария и Иосиф приносят искупительную жертву за Того, Кто присутствием Своим освящает храм и Святая Святых, кто станет Жертвой за грехи всего мира. Как царь, переодевшись нищим, осматривает свои владения, так Владыка храма в образе сорокадневного Младенца, входит в Свой Дом. Эту тайну знают только ангелы-хранители и двое святых – Симеон и Анна. Также посвящен в эту тайну первосвященник (старший священник чреды) Захария, отец Иоанна Предтечи. Старец Иосиф держит в своих руках клетку с двумя горлицами – жертву за Иисуса, которых затем выпустили на волю. Это пророчество о том, что Иисус Своей Голгофской жертвой освободит души людей из темницы ада, даст им свободу и Свой вечный небесный покой.

     В Иерусалимском храме Ветхий Завет в лице Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы встретился с Новым Заветом, Младенцем Иисусом, лежащим на руках Пречистой Девы.

     Святой Симеон Богоприимец во время перевода книги пророка Исаии решил вместо слов: «Дева родит Сына» написать: «молодая женщина родит сына», но был остановлен ангелом, который возвестил ему, что тот не умрет, пока не увидит воочию исполнение пророчества. Прошли годы и десятилетия. Три раза Старец встретил рубеж веков, но смерть как будто забыла о нем. Жители Иерусалима рассказывали своим внукам, что их отцы и деды видели в детстве своем праведного Симеона, который неизменно каждую субботу приходил на молитву в храм. Старец был живой летописью Израиля.

     Встретив Марию в Иерусалимском храме, Симеон взял на руки Иисуса и благословил Бога. Пророчество исполнилось. Время отшествия Старца из этой жизни приблизилось. Он произнес слова вдохновенной молитвы: Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему с миром: ибо видели очи мои спасение Твое, которое Ты уготовал пред лицом всех народов, свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля. Эту молитву Церковь поет ежедневно на вечернем Богослужении. Затем Симеон, обратившись к Божией Матери, пророчески сказал, что Ее сердце пронзит меч скорби. Кто больше любит, тот больше страдает. В Иерусалимском храме Она впервые пережила Свою Голгофу. В словах пророка Она увидела то, что ожидает Ее Сына. Уже в то время Ирод подозревал, что его обман раскрыт, и волхвы не вернутся в Иерусалим. В царском дворце обсуждались планы, как найти и умертвить Новорожденного Царя Иисуса. Престарелый и больной Ирод решил приготовить себе погребальную тризну – умертвить всех Вифлеемских младенцев. По преданию Симеон Богоприимец был убит у стен храма воинами Ирода, которые допрашивали его, где находится Иисус.

     В день Сретения Бог, невидимо пребывающий в храме Своей благодатью, видимо вошел в него. Закрываются последние пророческие книги. Ветхий Завет уступает место Новому Завету. Так бледнеют и меркнут алмазные звезды – краса ночного небосвода – в лучах восходящего солнца. Скоро будет разрушен Иерусалимский храм, но от его основания, как молодые побеги от корня, раскинутся по всей земле христианские общины.

     После принесения жертвы Святое Семейство возвратилось в Вифлеем. У южных ворот Иерусалима, за городской стеной, высился, как мрачная каменная глыба, дворец Ирода. Узкие, как щели, окна башни были похожи на глаза змея, который неподвижным пристальным взглядом смотрел на дорогу. Дева Мария хранила глубокое молчание, прижав Младенца к Своей груди. Так при виде зловещей черной тучи спешат одинокие путники, чтобы скорее достигнуть пристанища и найти себе кров от надвигающейся грозы.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/p-sretenie-karelin

14 февраля - день памяти мученика Трифона

     Свя­той му­че­ник Три­фон ро­дил­ся в од­ной из об­ла­стей Ма­лой Азии – Фри­гии, непо­да­ле­ку от го­ро­да Апа­меи в се­ле­нии Камп­са­да.

     С юных лет Гос­подь да­ро­вал ему си­лу из­гна­ния бе­сов и ис­це­ле­ния раз­лич­ных бо­лез­ней. Од­на­жды жи­те­ли его род­но­го се­ла бы­ли спа­се­ны им от го­ло­да: свя­той Три­фон си­лой сво­ей мо­лит­вы за­ста­вил уй­ти вред­ных на­се­ко­мых, ис­треб­ляв­ших хлеб­ные зла­ки и опу­сто­шав­ших по­ля. Осо­бен­но про­сла­вил­ся свя­той Три­фон из­гна­ни­ем бе­са из до­че­ри рим­ско­го им­пе­ра­то­ра Гор­ди­а­на (238–244).

     По­мо­гая всем страж­ду­щим, он тре­бо­вал толь­ко од­ной пла­ты – ве­ры в Иису­са Хри­ста, бла­го­да­тью Ко­то­ро­го он ис­це­лял их.

     Ко­гда на цар­ский пре­стол всту­пил им­пе­ра­тор Де­кий (249–251), же­сто­кий го­ни­тель хри­сти­ан, эпар­ху Аки­ли­ну бы­ло до­не­се­но, что свя­той Три­фон сме­ло про­по­ве­ду­ет ве­ру во Хри­ста и мно­гих при­во­дит ко Кре­ще­нию. Свя­той был схва­чен и при­ве­ден на до­прос, во вре­мя ко­то­ро­го он без­бо­яз­нен­но ис­по­ве­дал свою ве­ру. Его под­верг­ли же­сто­ким ис­тя­за­ни­ям, би­ли пал­ка­ми, тер­за­ли те­ло же­лез­ны­ми крю­чья­ми, об­жи­га­ли ра­ны ог­нем, во­ди­ли по го­ро­ду, вбив в но­ги же­лез­ные гвоз­ди. Все пыт­ки свя­той Три­фон му­же­ствен­но пре­тер­пе­вал, не из­да­вая ни еди­но­го сто­на.

     На­ко­нец, он был осуж­ден на усе­че­ние ме­чом. Пе­ред каз­нью свя­той му­че­ник мо­лил­ся, бла­го­да­ря Бо­га, под­кре­пив­ше­го его в стра­да­ни­ях, и ис­про­сил у Гос­по­да осо­бую бла­го­дать тем, кто бу­дет при­зы­вать его имя на по­мощь. Преж­де, чем во­и­ны за­нес­ли меч над го­ло­вой свя­то­го му­че­ни­ка, он пре­дал ду­шу свою в ру­ки Бо­жии. Это со­бы­тие про­изо­шло в го­ро­де Ни­кее в 250 го­ду.

     Свя­тое те­ло му­че­ни­ка хри­сти­ане об­ви­ли чи­сты­ми пе­ле­на­ми и хо­те­ли пре­дать по­гре­бе­нию в го­ро­де Ни­кее, в ко­то­ром он по­стра­дал, но свя­той Три­фон в ви­де­нии по­ве­лел пе­ре­не­сти его те­ло на свою ро­ди­ну в се­ле­ние Камп­са­ду. Это и бы­ло ис­пол­не­но.

     Впо­след­ствии мо­щи свя­то­го Три­фо­на бы­ли пе­ре­не­се­ны в Кон­стан­ти­но­поль, а за­тем в Рим. Боль­шим по­чи­та­ни­ем поль­зу­ет­ся свя­той му­че­ник в Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви.

     Су­ще­ству­ет пре­да­ние, что при ца­ре Иоанне Гроз­ном во вре­мя цар­ской охо­ты уле­тел лю­би­мый ца­рем кре­чет. Царь при­ка­зал со­коль­ни­ку Три­фо­ну Пат­ри­ке­е­ву най­ти уле­тев­шую пти­цу. Со­коль­ник Три­фон объ­е­хал окрест­ные ле­са, но без­успеш­но. На тре­тий день, утом­лен­ный дол­ги­ми по­ис­ка­ми, он оста­но­вил­ся под Моск­вой, в ме­сте, ныне на­зы­ва­е­мом Ма­рьи­на ро­ща, и в из­не­мо­же­нии при­лег от­дох­нуть, усерд­но по­мо­лив­шись пе­ред этим сво­е­му свя­то­му по­кро­ви­те­лю – му­че­ни­ку Три­фо­ну, про­ся его о по­мо­щи. Во сне он уви­дел юно­шу на бе­лом коне, дер­жа­ще­го цар­ско­го кре­че­та, и этот юно­ша про­из­нес: «Возь­ми про­пав­шую пти­цу, по­ез­жай с Бо­гом к ца­рю и ни о чем не пе­чаль­ся». Проснув­шись, со­коль­ник дей­стви­тель­но уви­дел непо­да­ле­ку на сосне кре­че­та. Он тут же от­вез его к ца­рю и рас­ска­зал о чу­дес­ной по­мо­щи, по­лу­чен­ной им от свя­то­го му­че­ни­ка Три­фо­на. Через неко­то­рое вре­мя на том ме­сте, где бы­ло яв­ле­ние свя­то­го, со­коль­ник Три­фон Пат­ри­ке­ев по­стро­ил ча­сов­ню, а за­тем и цер­ковь во имя свя­то­го му­че­ни­ка Три­фо­на.

     Му­че­ни­ку Три­фо­ну осо­бо мо­лят­ся об ис­це­ле­нии от те­лес­ных неду­гов, в бо­лез­нен­ном со­сто­я­нии, в слу­ча­ях пор­чи пло­дов, во вре­мя го­ло­да.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-trifon-apamejskij

13 февраля - день памяти святителя Никиты, затворника Печерского, епископа Новгородского

     Свя­ти­тель Ни­ки­та, епи­скоп Нов­го­род­ский, в мо­ло­дые го­ды по­сту­пил в Ки­е­во-Пе­чер­ский мо­на­стырь и вско­ре по­же­лал уй­ти в за­твор. Игу­мен пре­ду­пре­ждал его о преж­девре­мен­но­сти та­ко­го по­дви­га для мо­ло­до­го ино­ка, но он, по­на­де­яв­шись на свои си­лы, не по­слу­шал­ся. В за­тво­ре свя­той Ни­ки­та впал в ис­ку­ше­ние. Диа­вол явил­ся ему в ви­де Ан­ге­ла, и неопыт­ный по­движ­ник по­кло­нил­ся ему. Бес дал ему со­вет, как уже до­стиг­ше­му со­вер­шен­ства: «Ты не мо­лись, а толь­ко чи­тай и учи дру­гих, а я бу­ду мо­лить­ся вме­сто те­бя», – и стал око­ло за­твор­ни­ка, де­лая вид, что мо­лит­ся за него. Пре­льщен­ный инок Ни­ки­та пре­взо­шел всех в зна­нии книг Вет­хо­го За­ве­та, а о Еван­ге­лии ни го­во­рить, ни слу­шать не хо­тел. Ки­е­во-Пе­чер­ские стар­цы при­шли к пре­льщен­но­му и, по­мо­лив­шись, ото­гна­ли от него бе­са. По­сле это­го пре­по­доб­ный Ни­ки­та, оста­вив по бла­го­сло­ве­нию стар­цев за­твор, жил в стро­гом по­сте и мо­лит­ве, бо­лее все­го упраж­ня­ясь в по­слу­ша­нии и сми­ре­нии. Ми­ло­серд­ный Гос­подь по мо­лит­вам свя­тых стар­цев воз­вел его из глу­би­ны па­де­ния на вы­со­кую сте­пень ду­хов­но­го со­вер­шен­ства. Впо­след­ствии он был по­став­лен епи­ско­пом в Нов­го­род и за свою свя­тую жизнь был на­граж­ден от Бо­га да­ром чу­до­тво­ре­ний. Од­на­жды во вре­мя за­су­хи он мо­лит­вой низ­вел дождь с неба, в дру­гой раз по его мо­лит­ве пре­кра­тил­ся в го­ро­де по­жар. 13 лет управ­лял свя­ти­тель Ни­ки­та нов­го­род­ской паст­вой и мир­но скон­чал­ся в 1109 го­ду. В 1558 го­ду, при ца­ре Иоанне Ва­си­лье­ви­че, со­сто­я­лось про­слав­ле­ние свя­ти­те­ля. Мо­щи его по­ко­ят­ся ныне в церк­ви свя­то­го апо­сто­ла Филип­па в Нов­го­ро­де.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-nikita-pecherskij-novgorodskij-zatvornik

12 февраля - день памяти блаженной Пелагии Дивеевской

     Ро­ди­лась Пе­ла­гия Ива­нов­на в 1809 г. в Ар­за­ма­се, рос­ла в до­ме су­ро­во­го от­чи­ма. По рас­ска­зам ма­те­ри, она с дет­ства от­ли­ча­лась стран­но­стя­ми, и мать по­ско­рее по­ста­ра­лась вы­дать за­муж «ду­роч­ку». Два сы­на и дочь Пе­ла­гии Ива­нов­ны умер­ли в мла­ден­че­стве. Ко­гда мо­ло­дые су­пру­ги по­бы­ва­ли у преп. Се­ра­фи­ма в Са­ро­ве, он дол­го бе­се­до­вал с Пе­ла­ги­ей, дал ей чет­ки и ска­зал: «Иди, ма­туш­ка, немед­ля в мою оби­тель, по­бе­ре­ги мо­их си­рот-то, и бу­дешь ты свет ми­ру». По­сле это­го она с каж­дым днем как буд­то все бо­лее ста­ла те­рять рас­су­док: ста­ла бе­гать по ули­цам Ар­за­ма­са, без­об­раз­но кри­ча, а но­чью мо­ли­лась на па­пер­ти церк­ви. Муж не по­ни­мал ее по­дви­га, бил ее и из­де­вал­ся, при­ко­вы­вал на цепь. Од­на­жды по его прось­бе го­род­ни­чий же­сто­ко на­ка­зал Пе­ла­гию Ива­нов­ну, мать рас­ска­зы­ва­ла: «Кло­чья­ми ви­се­ло ее те­ло, кровь за­ли­ла всю ком­на­ту, а она хо­тя бы ох­ну­ла». По­сле это­го го­род­ни­чий уви­дел во сне ко­тел со страш­ным ог­нем, уго­то­ван­ный для него за ис­тя­за­ние из­бран­ной ра­бы Хри­сто­вой.

     По­сле мно­гих лет ее стра­да­ний род­ствен­ни­ки на­ко­нец от­пу­сти­ли бла­жен­ную в Ди­ве­е­во. Здесь она в пер­вое вре­мя про­дол­жа­ла безум­ство­вать: бе­га­ла по мо­на­сты­рю, бро­са­ла кам­ни, би­ла ок­на в ке­ллиях, вы­зы­ва­ла всех на оскорб­ле­ния се­бя и по­бои. Ста­но­ви­лась но­га­ми на гвоз­ди, про­ка­лы­вая их на­сквозь, и вся­че­ски ис­тя­за­ла свое те­ло. Пи­та­лась толь­ко хле­бом и во­дой. Мно­го лет, до ста­ро­сти, хо­ди­ла она «на свою ра­бо­ту» – ки­да­ла кир­пи­чи в яму с гряз­ной во­дой. Все пе­ре­ки­да­ет, по­том ле­зет вы­тас­ки­вать и сно­ва ки­да­ет.

     Во вре­мя сму­ты в оби­те­ли бла­жен­ная по-сво­е­му во­е­ва­ла за прав­ду – что ни по­па­да­лось под ру­ку, все би­ла да ко­ло­ти­ла, и да­же, об­ли­чив ар­хи­ерея, уда­ри­ла его по ще­ке. По­сле окон­ча­ния сму­ты бла­жен­ная пе­ре­ме­ни­лась, по­лю­би­ла цве­ты и ста­ла за­ни­мать­ся ими. Игу­ме­ния Ма­рия ни­че­го не пред­при­ни­ма­ла без ее со­ве­та. Всех в оби­те­ли Пе­ла­гия Ива­нов­на на­зы­ва­ла сво­и­ми доч­ка­ми и всем бы­ла ис­тин­ной ду­хов­ной ма­те­рью. Со­хра­ни­лось мно­го рас­ска­зов о слу­ча­ях ее про­зор­ли­во­сти. Про­жив 45 лет в оби­те­ли, бла­жен­ная скон­ча­лась 30 ян­ва­ря/11 фев­ра­ля 1884 го­да. Де­вять дней ее те­ло сто­я­ло в душ­ном хра­ме без ма­лей­ше­го из­ме­не­ния при боль­шом сте­че­нии на­ро­да. Хо­тя бы­ла зи­ма, она с го­ло­вы до ног бы­ла осы­па­на жи­вы­ми цве­та­ми, ко­то­рые непре­стан­но раз­би­ра­лись и за­ме­ня­лись но­вы­ми.

     31 июля 2004 го­да бла­жен­ная ста­ри­ца Пе­ла­гия Ди­ве­ев­ская бы­ла про­слав­ле­на в ли­ке мест­но­чти­мых свя­тых Ни­же­го­род­ской епар­хии. В ок­тяб­ре 2004 Ар­хи­ерей­ским Со­бо­ром бы­ло при­ня­то ре­ше­ние о ее об­ще­цер­ков­ном по­чи­та­нии. Свя­тые мо­щи бла­жен­ной Пе­ла­гии, об­ре­тен­ные в сен­тяб­ре 2004 го­да, по­ло­же­ны для по­кло­не­ния в Ка­зан­скую цер­ковь Се­ра­фи­мо-Ди­ве­ев­ско­го мо­на­сты­ря.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-pelagija-diveevskaja-serebrennikova

11 февраля - день памяти перенесения мощей священномученика Игнатия Богоносца

     Свя­той Иг­на­тий Бо­го­но­сец име­ет осо­бое зна­че­ние для нас, по­то­му что он близ­ко об­щал­ся с апо­сто­ла­ми, непо­сред­ствен­но от них слы­шал хри­сти­ан­ское уче­ние и был сви­де­те­лем рас­про­стра­не­ния и раз­ви­тия пер­вых хри­сти­ан­ских об­щин. В сво­их се­ми пись­мах он за­пе­чат­лел для нас апо­столь­скую эпо­ху.

     Свя­той Иг­на­тий ро­дил­ся в Си­рии в по­след­ние го­ды жиз­ни Спа­си­те­ля. Его жиз­не­опи­са­ние по­вест­ву­ет, что он был тем от­ро­ком, ко­то­ро­го Гос­подь взял на ру­ки и ска­зал: «Ес­ли не об­ра­ти­тесь и не бу­де­те как де­ти, не вой­де­те в Цар­ство Небес­ное» (Мф.18:3). Бо­го­нос­цем он на­зван по­то­му, что, креп­ко лю­бя Гос­по­да, он как бы но­сил Его в сво­ем серд­це. Он был уче­ни­ком апо­сто­ла и еван­ге­ли­ста Иоан­на Бо­го­сло­ва. Из по­сла­ния свя­то­го Иг­на­тия к смир­ня­нам вид­но, что он был осо­бен­но бли­зок к апо­сто­лу Пет­ру и со­про­вож­дал его в неко­то­рых его апо­столь­ских пу­те­ше­стви­ях. Неза­дол­го до раз­ру­ше­ния Иеру­са­ли­ма в 72 го­ду, скон­чал­ся Евод, один из се­ми­де­ся­ти уче­ни­ков Хри­сто­вых, и его пре­ем­ни­ком на Ан­тио­хий­ской ка­фед­ре (в сто­ли­це Си­рии) стал Иг­на­тий.

     Свя­той Иг­на­тий управ­лял Ан­тио­хий­ской цер­ко­вью в те­че­ние 40 лет (67–107 гг..). В осо­бом ви­де­нии он удо­сто­ил­ся уви­деть небес­ное бо­го­слу­же­ние и услы­шать Ан­гель­ское пе­ние. По об­раз­цу Ан­гель­ско­го ми­ра он ввел на бо­го­слу­же­ни­ях ан­ти­фон­ное пе­ние, в ко­то­ром два хо­ра че­ре­ду­ют­ся и как бы пе­ре­кли­ка­ют­ся. Это пе­ние из Си­рии быст­ро рас­про­стра­ни­лось в ран­ней Церк­ви.

     В 107 го­ду во вре­мя по­хо­да про­тив ар­мян им­пе­ра­тор Тра­ян про­хо­дил через Ан­тио­хию. Ему до­ло­жи­ли, что свя­ти­тель Иг­на­тий ис­по­ве­ду­ет Хри­ста, учит пре­зи­рать бо­гат­ство, хра­нить дев­ство и не при­но­сить жерт­ву рим­ским бо­гам. Им­пе­ра­тор вы­звал свя­ти­те­ля и по­тре­бо­вал, чтобы он пре­кра­тил свою про­по­ведь о Хри­сте. Ста­рец от­ка­зал­ся. То­гда его в око­вах по­сла­ли в Рим, где на по­те­ху на­ро­да он был от­дан на рас­тер­за­ние зве­рям в Ко­ли­зее. По пу­ти в Рим он на­пи­сал семь по­сла­ний, ко­то­рые со­хра­ни­лись до на­ших дней. В сво­их по­сла­ни­ях свя­той Иг­на­тий про­сит хри­сти­ан не пы­тать­ся спа­сти его от смер­ти: «Умо­ляю вас, не ока­зы­вай­те мне небла­говре­мен­ной люб­ви. Оставь­те ме­ня быть пи­щею зве­рей, чтобы по­сред­ством их до­стиг­нуть Бо­га. Я – пше­ни­ца Бо­жия. Пусть из­ме­лют ме­ня зу­бы зве­рей, да сде­ла­юсь чи­стым хле­бом Хри­сто­вым». Услы­шав о му­же­стве свя­ти­те­ля, Тра­ян пре­кра­тил го­не­ния на хри­сти­ан. Мо­щи его бы­ли пе­ре­не­се­ны в Ан­тио­хию, а впо­след­ствии воз­вра­ще­ны в Рим и по­ло­же­ны в церк­ви во имя свя­щен­но­му­че­ни­ка Кли­мен­та, па­пы Рим­ско­го.

В сво­ем по­сла­нии к Ефе­ся­нам свя­той Иг­на­тий пи­сал: «Хра­ни­те ве­ру и лю­бовь и на де­ле по­ка­зы­вай­те се­бя хри­сти­а­на­ми. Ве­ра и лю­бовь суть на­ча­ло и ко­нец жиз­ни. Ве­ра – на­ча­ло, а лю­бовь – ко­нец, обе же в со­еди­не­нии суть де­ло Бо­жие. Все про­чее от­но­ся­ще­е­ся к доб­ро­де­те­ли от них про­ис­хо­дит. Ни­кто ис­по­ве­ду­ю­щий ве­ру не гре­шит, и ни­кто стя­жав­ший не нена­ви­дит».

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-ignatij-bogonosec

9 февраля - день памяти перенесения мощей святителя Иоанна Златоуста

     Иоанн Златоуст – великий вселенский учитель и иерарх, скончался в 407 году в городе Команы на пути к месту ссылки, осужденный по проискам императрицы Евдоксии за смелое обличение пороков, царивших в Константинополе. Перенесение его честных мощей из Коман в Константинополь совершилось в 438 году, через 30 лет после смерти святителя, при сыне Евдоксии императоре Феодосии II (408–450).

     Святитель Иоанн Златоуст пользовался горячей любовью и глубоким уважением народа, и скорбь о его безвременной кончине жила в сердцах христиан. Ученик святителя Иоанна, святой Прокл, Патриарх Константинопольский (434–447), совершая Богослужение в храме Святой Софии, произнес проповедь, в которой, прославляя святителя Иоанна, говорил: "О Иоанн! Жизнь твоя многотрудна, но смерть славна, гроб твой блажен и воздаяние обильно по благодати и милосердию Господа нашего Иисуса Христа. О благодать, препобеждающая пределы, место и время! Место препобедила любовь, предел уничтожила незабвенная память, и местом не ограничились чудеса святителя". Присутствовавшие в храме, глубоко тронутые словом святителя Прокла, не дали даже ему окончить проповедь и стали единодушно умолять Патриарха ходатайствовать перед императором, чтобы мощи святителя Иоанна были перенесены в Константинополь. Император, убежденный святителем Проклом, дал согласие и повелел перенести мощи святителя Иоанна, но посланные им люди никак не могли поднять святые мощи до тех пор, пока император, поняв свою ошибку, не прислал послание к святителю Иоанну, смиренно прося у него прощения за себя и за свою мать Евдоксию. Послание зачитали у гроба святителя Иоанна и после этого легко подняли мощи, внесли их на корабль и доставили в Константинополь. Рака с мощами была поставлена в церкви святой мученицы Ирины. Патриарх открыл гроб: тело святителя Иоанна оказалось нетленным. Царь, припав к гробу со слезами, просил прощения. Народ весь день и ночь не отходил от раки. Наутро рака с мощами святителя была перенесена в церковь святых Апостолов. Народ воскликнул: "Приими престол твой, отче!" Тогда Патриарх Прокл и клирики, стоявшие у раки, увидели, что святитель Иоанн открыл уста и произнес: "Мир всем".

     В IX веке на праздник в честь перенесения мощей святителя Иоанна Златоуста написаны церковные песнопения.

     Информация взята с http://days.pravoslavie.ru/Life/life320.htm

8 февраля - день памяти преподобных Ксенофонта, супруги его Марии и сыновей их Аркадия и Иоанна

     Пре­по­доб­ный Ксе­но­фонт, су­пру­га его Ма­рия и сы­но­вья их Ар­ка­дий и Иоанн, знат­ные кон­стан­ти­но­поль­ские граж­дане, жи­ли в V ве­ке. Несмот­ря на бо­гат­ство и знат­ность, они от­ли­ча­лись ду­шев­ной про­сто­той и доб­рым серд­цем. Же­лая дать сво­им сы­но­вьям. Иоан­ну и Ар­ка­дию, бо­лее пол­ное об­ра­зо­ва­ние, они от­пра­ви­ли их в фини­кий­ский го­род Бей­рут. Про­мыс­лом Бо­жи­им ко­рабль, на ко­то­ром от­пра­ви­лись оба бра­та, по­тер­пел кру­ше­ние. Бра­тья бы­ли вы­бро­ше­ны вол­на­ми на бе­рег в раз­ных ме­стах. Скор­бя о раз­лу­че­нии, бра­тья по­свя­ти­ли се­бя Бо­гу и при­ня­ли ино­че­ство. Ро­ди­те­ли дол­го не по­лу­ча­ли из­ве­стий о сво­их де­тях и счи­та­ли их по­гиб­ши­ми. Од­на­ко пре­по­доб­ный Ксе­но­фонт, уже бу­дучи стар­цем, со­хра­нял твер­дое упо­ва­ние на Гос­по­да, уте­шал свою же­ну Ма­рию, со­ве­то­вал не скор­беть и ве­рить, что де­ти бу­дут со­хра­не­ны Гос­по­дом. Через несколь­ко лет су­пру­ги со­вер­ши­ли па­лом­ни­че­ство по свя­тым ме­стам и встре­ти­ли в Иеру­са­ли­ме сво­их сы­но­вей, под­ви­зав­ших­ся в раз­ных мо­на­сты­рях. Об­ра­до­ван­ные су­пру­ги бла­го­да­ри­ли Гос­по­да, про­мыс­ли­тель­но со­еди­нив­ше­го всю се­мью. Остав­шу­ю­ся жизнь пре­по­доб­ные Ксе­но­фонт и Ма­рия по­свя­ти­ли Бо­гу, при­няв ино­че­ство. Пре­по­доб­ные Ар­ка­дий и Иоанн, про­стив­шись с ро­ди­те­ля­ми, ото­шли в пу­сты­ню, где по­сле дол­гих по­дви­гов про­сла­ви­лись да­ром чу­до­тво­ре­ний и про­зор­ли­во­сти. Пре­по­доб­ные стар­цы Ксе­но­фонт и Ма­рия, под­ви­за­ясь в без­мол­вии и стро­гом пост­ни­че­стве, так­же по­лу­чи­ли от Бо­га дар чу­до­тво­ре­ний.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/saint/1516/5816/4581/2926/group

6 февраля - особое почитание блаженной Ксении Петербургской

     Бла­жен­ная Ксе­ния ро­ди­лась меж­ду 1719 и 1730 го­да­ми. О ро­ди­те­лях ее, о дет­ских и от­ро­че­ских го­дах ни­че­го не из­вест­но. Зна­ем мы, что от­ца бла­жен­ной зва­ли Гри­го­ри­ем.

     По до­сти­же­нии со­вер­шен­но­ле­тия Ксе­ния всту­пи­ла в брак с при­двор­ным пев­чим Ан­дре­ем Фе­до­ро­ви­чем Пет­ро­вым, со­сто­яв­шим в зва­нии пол­ков­ни­ка. Но недол­го суж­де­но бы­ло мо­ло­дой че­те на­сла­ждать­ся се­мей­ным сча­стьем: два­дца­ти ше­сти лет от ро­ду Ксе­ния оста­лась вдо­вой. Муж ее скон­чал­ся вне­зап­но.

     Это тра­ги­че­ское со­бы­тие из­ме­ни­ло жизнь мо­ло­дой жен­щи­ны. Она бы­ла глу­бо­ко по­тря­се­на тем, что ее муж скон­чал­ся без долж­но­го хри­сти­ан­ско­го при­го­тов­ле­ния и не успел при­не­сти по­ка­я­ние. Ксе­ния ре­ши­ла, что по­дви­гом жиз­ни она вы­мо­лит у Бо­га про­ще­ние пре­гре­ше­ний ра­ба Бо­жи­его Ан­дрея.

     В день по­хо­рон му­жа Ксе­ния Гри­горь­ев­на на­де­ла его одеж­ду и всем, об­ра­щав­шим­ся к ней с со­бо­лез­но­ва­ни­я­ми, го­во­ри­ла, что умер не Ан­дрей Фе­до­ро­вич, а умер­ла его су­пру­га Ксе­ния Гри­горь­ев­на. С это­го мо­мен­та она дей­стви­тель­но умер­ла для ми­ра, при­няв на се­бя тя­же­лей­ший по­двиг – по­двиг юрод­ства Хри­ста ра­ди.

     Род­ные и зна­ко­мые ее по­ла­га­ли, что мо­ло­дая вдо­ва ли­ши­лась рас­суд­ка из-за сва­лив­ше­го­ся на ее пле­чи го­ря. По­до­зре­ния их окон­ча­тель­но утвер­ди­лись, ко­гда Ксе­ния ре­ши­ла раз­дать иму­ще­ство, до­став­ше­е­ся ей в на­след­ство от му­жа. Так, она по­да­ри­ла свой дом, на­хо­див­ший­ся в при­хо­де церк­ви св. ап. Мат­фея на Пе­тер­бург­ской сто­роне, сво­ей зна­ко­мой Па­рас­ке­ве Ан­то­но­вой. Та не хо­те­ла при­ни­мать этот дар и да­же про­си­ла род­ствен­ни­ков Ксе­нии со сто­ро­ны му­жа убе­речь ее от та­ко­го по­ступ­ка. Род­ствен­ни­ки об­ра­ти­лись к на­чаль­ству по­кой­но­го Пет­ро­ва, вли­я­тель­ные лю­ди бе­се­до­ва­ли со вдо­вой, на­шли ее в со­вер­шен­ном рас­суд­ке и ре­ши­ли, что она вполне мо­жет рас­по­ря­жать­ся сво­им иму­ще­ством.

     От­ныне она не име­ла по­сто­ян­но­го ме­ста жи­тель­ства. Днем она бро­ди­ла по го­ро­ду, в ос­нов­ном по Пе­тер­бург­ской сто­роне, воз­ле церк­ви ап. Мат­фея, а но­чью ухо­ди­ла за го­род, в по­ле – и всю ночь мо­ли­лась. Так ее од­на­жды и за­ста­ли го­ро­жане, за­ин­те­ре­со­вав­ши­е­ся ноч­ны­ми ис­чез­но­ве­ни­я­ми бла­жен­ной. Ред­ко оста­ва­лась она но­че­вать в до­мах зна­ко­мых ей бла­го­че­сти­вых жен­щин.

     Бла­жен­ная Ксе­ния с необы­чай­ной кро­то­стью сно­си­ла все из­де­ва­тель­ства и оскорб­ле­ния, ко­то­рые ей неред­ко до­во­ди­лось пе­ре­но­сить. Осо­бен­но до­ку­ча­ли ей улич­ные маль­чиш­ки, на злоб­ные вы­ход­ки ко­то­рых она не об­ра­ща­ла вни­ма­ния. Лишь од­на­жды, ко­гда жи­те­ли уже ста­ли по­чи­тать ее за угод­ни­цу Бо­жию, им до­ве­лось уви­деть бла­жен­ную в страш­ном гне­ве. Об­наглев­шие со­рван­цы не удо­воль­ство­ва­лись обыч­ны­ми оскорб­ле­ни­я­ми, а ста­ли бро­сать в Ксе­нию ко­мья­ми зем­ли. По­сле это­го слу­чая го­ро­жане ста­ли обе­ре­гать бла­жен­ную Ксе­нию и по­ло­жи­ли ко­нец пре­сле­до­ва­ни­ям со сто­ро­ны маль­чи­шек.

     Ко­гда ко­стюм Ан­дрея Фе­до­ро­ви­ча ис­тлел и рас­пал­ся, свя­тая об­ла­чи­лась в лох­мо­тья. Ко­гда ей пред­ла­га­ли в ви­де по­да­я­ния одеж­ду, она от­ка­зы­ва­лась. Бра­ла лишь крас­ную коф­точ­ку и зе­ле­ную юб­ку (или на­обо­рот). Ве­ро­ят­но, в па­мять о цве­тах фор­мен­ной одеж­ды му­жа. Ми­ло­сты­ню де­неж­ную она так­же из­бе­га­ла брать. При­ни­ма­ла толь­ко «ца­ря на коне» – мед­ные ко­пей­ки, ко­то­рые тут же раз­да­ва­ла бед­ня­кам.

     В эти го­ды на Смо­лен­ском клад­би­ще стро­и­лась но­вая ка­мен­ная цер­ковь во имя Смо­лен­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри. Ра­бо­чие, тру­див­ши­е­ся на стро­и­тель­стве хра­ма, ста­ли за­ме­чать вдруг стран­ные ве­щи. За вре­мя их от­сут­ствия но­чью кто-то но­сил кир­пи­чи на ле­са стро­я­щей­ся церк­ви. А ко­гда они ре­ши­ли узнать, кто этот доб­ро­воль­ный по­мощ­ник, то уви­де­ли, что это бла­жен­ная Ксе­ния тру­дит­ся по но­чам, пе­ре­тас­ки­вая кир­пи­чи на ле­са.

     За ве­ли­кие по­дви­ги Гос­подь удо­сто­ил бла­жен­ную Ксе­нию да­ра про­зор­ли­во­сти. Так, она пред­ска­за­ла вре­мя кон­чи­ны им­пе­ра­три­цы Ели­са­ве­ты Пет­ров­ны и юно­го им­пе­ра­то­ра Иоан­на Ан­то­но­ви­ча, по­мог­ла од­ной де­ви­це из­бе­жать бра­ка с бег­лым ка­торж­ни­ком, вы­да­вав­шим се­бя за уби­то­го им пол­ков­ни­ка. Жи­те­ли Пе­тер­бург­ской сто­ро­ны за­ме­ча­ли, что ес­ли бла­жен­ная возь­мет на ру­ки боль­ное ди­тя или бла­го­сло­вит его, оно непре­мен­но вы­здо­ро­ве­ет. Ес­ли возь­мет ка­кую-ни­будь ме­лочь из лав­ки куп­ца – тор­гов­ля бу­дет успеш­ной. Ес­ли она зай­дет в дом, то в до­ме бу­дут ца­рить мир и со­гла­сие.

     Од­на­жды она ска­за­ла сво­ей ста­рой зна­ко­мой Па­рас­ке­ве Ан­то­но­вой, той са­мой, ко­то­рой по­да­ри­ла дом, чтобы та немед­лен­но шла на Смо­лен­ское клад­би­ще: «Вот ты тут си­дишь да чул­ки што­па­ешь, а не зна­ешь, что те­бе Бог сы­на по­слал!»

     Па­рас­ке­ва в недо­уме­нии по­шла в сто­ро­ну клад­би­ща и вдруг уви­де­ла тол­пу на­ро­да. Ока­за­лось, что эки­паж за­да­вил на­смерть бе­ре­мен­ную жен­щи­ну, ко­то­рая успе­ла пе­ред кон­чи­ной раз­ре­шить­ся от бре­ме­ни маль­чи­ком. Па­рас­ке­ва взя­ла его се­бе, и так как не мог­ла ни­где отыс­кать от­ца мла­ден­ца, усы­но­ви­ла его. Вос­пи­тан­ный ею при­ем­ный сын по­чи­тал ее как мать и в ста­ро­сти бе­рег по­кой Па­рас­ке­вы, ко­то­рая бла­го­да­ри­ла бла­жен­ную за ве­ли­кую ра­дость.

     Бла­жен­ная Ксе­ния нес­ла по­двиг доб­ро­воль­но­го безу­мия 45 лет и скон­ча­лась око­ло 1803 го­да. На мо­ги­ле ее (на Смо­лен­ском клад­би­ще) бы­ла со вре­ме­нем воз­двиг­ну­та ка­мен­ная ча­сов­ня, ко­то­рая и по сей день слу­жит од­ной из свя­тынь Пе­тер­бур­га, при­вле­ка­ю­щей мно­го­чис­лен­ных бо­го­моль­цев.

     По­сле мно­го­лет­не­го на­род­но­го по­чи­та­ния бла­жен­ная Ксе­ния Пе­тер­бург­ская, Хри­ста ра­ди юро­ди­вая, бы­ла при­чис­ле­на к ли­ку свя­тых в 1988 го­ду на По­мест­ном Со­бо­ре Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-ksenija-peterburgskaja

5 февраля - день памяти священномученика Климента, епископа Анкирского

     Свя­щен­но­му­че­ник Кли­мент ро­дил­ся в га­ла­тий­ском го­ро­де Ан­ки­ре в 258 го­ду от от­ца языч­ни­ка и ма­те­ри хри­сти­ан­ки. В мла­ден­че­стве ли­шил­ся от­ца, а на две­на­дца­том го­ду – и ма­те­ри, ко­то­рая пред­ска­за­ла ему му­че­ни­че­скую кон­чи­ну за ве­ру во Хри­ста. Усы­но­вив­шая его жен­щи­на, Со­фия, вос­пи­ты­ва­ла его в стра­хе Бо­жи­ем. Во вре­мя страш­но­го го­ло­да в Га­ла­тии неко­то­рые языч­ни­ки бро­са­ли сво­их де­тей, не имея воз­мож­но­сти их про­кор­мить, и Со­фия со­би­ра­ла несчаст­ных к се­бе, пи­та­ла и оде­ва­ла их, а свя­той Кли­мент по­мо­гал ей в этом. Он учил де­тей и го­то­вил их к при­ня­тию Свя­то­го Кре­ще­ния. Мно­гие из них впо­след­ствии скон­ча­лись му­че­ни­че­ски за ве­ру во Хри­ста.

     За доб­ро­де­тель­ную жизнь свя­той Кли­мент был по­став­лен в чте­ца, а за­тем в диа­ко­на, в во­сем­на­дцать лет по­лу­чил сан пре­сви­те­ра, а в два­дца­ти­лет­нем воз­расте был ру­ко­по­ло­жен во епи­ско­па Ан­кир­ско­го. Вско­ре вспых­ну­ло го­не­ние Дио­кли­ти­а­на (284–305) на хри­сти­ан. По до­но­су при­вле­чен был к от­ве­ту и епи­скоп Кли­мент. Пра­ви­тель Га­ла­тии До­ме­ти­ан пы­тал­ся скло­нить свя­то­го к по­кло­не­нию язы­че­ским бо­гам, но епи­скоп Кли­мент твер­до ис­по­ве­до­вал ве­ру Хри­сто­ву и му­же­ствен­но пре­тер­пел все му­че­ния, ко­то­рым под­верг его лю­тый на­мест­ник. Его ве­ша­ли на де­ре­ве, ре­за­ли те­ло ост­рым же­ле­зом так, что вид­ны бы­ли ко­сти, же­сто­ко би­ли пал­ка­ми и кам­ня­ми, вер­те­ли на ко­ле­се и жгли на мед­лен­ном огне. Гос­подь хра­нил Сво­е­го стра­даль­ца и чу­дес­но ис­це­лял его ис­тер­зан­ное те­ло. То­гда До­ме­ти­ан по­слал свя­то­го в Рим к са­мо­му им­пе­ра­то­ру Дио­кли­ти­а­ну с до­не­се­ни­ем о том, что епи­скоп Кли­мент был же­сто­ко му­чим, но ока­зал­ся непре­одо­лим. Дио­кли­ти­ан, уви­дев му­че­ни­ка со­вер­шен­но здо­ро­вым, не по­ве­рил до­не­се­нию и под­верг его еще бо­лее же­сто­ким пыт­кам, а за­тем за­клю­чил в тем­ни­цу.

     Мно­гие из языч­ни­ков, ви­дя му­же­ство свя­то­го и чу­дес­ное ис­це­ле­ние его от ран, уве­ро­ва­ли во Хри­ста. К свя­то­му Кли­мен­ту в тем­ни­цу сте­ка­лись лю­ди для на­став­ле­ний, ис­це­ле­ний и Кре­ще­ния, так что тем­ни­ца пре­вра­ти­лась в храм. Мно­гие из них по до­но­су бы­ли каз­не­ны им­пе­ра­то­ром. Дио­кли­ти­ан, по­ра­жен­ный уди­ви­тель­ным тер­пе­ни­ем свя­то­го Кли­мен­та, ото­слал его в Ни­ко­ми­дию к сво­е­му со­пра­ви­те­лю Мак­си­ми­а­ну.

По до­ро­ге, на ко­раб­ле, к свя­то­му при­со­еди­нил­ся уче­ник его Ага­фан­гел, из­бе­жав­ший каз­ни с дру­ги­ми ис­по­вед­ни­ка­ми и же­лав­ший по­стра­дать и уме­реть за Хри­ста вме­сте с епи­ско­пом Кли­мен­том.

     Им­пе­ра­тор Мак­си­ми­ан от­дал свя­тых Кли­мен­та и Ага­фан­ге­ла пра­ви­те­лю Агрип­пи­ну, ко­то­рый под­верг их та­ким нече­ло­ве­че­ским ис­тя­за­ни­ям, что да­же в зри­те­лях-языч­ни­ках вспых­ну­ло чув­ство со­стра­да­ния к му­че­ни­кам и они по­би­ли кам­ня­ми му­чи­те­лей.

     По­лу­чив сво­бо­ду, свя­тые ис­це­ля­ли жи­те­лей го­ро­да воз­ло­же­ни­ем рук, кре­сти­ли и на­став­ля­ли лю­дей, сте­кав­ших­ся к ним во мно­же­стве. Сно­ва схва­чен­ные по рас­по­ря­же­нию Мак­си­ми­а­на, они бы­ли от­прав­ле­ны на ро­ди­ну в го­род Ан­кир, где князь Ан­кир­ский Ку­ри­ний вновь под­верг их му­че­ни­ям, а за­тем ото­слал в го­род Ами­сию к на­мест­ни­ку До­ме­тию, от­ли­чав­ше­му­ся осо­бой же­сто­ко­стью.

     В Ами­сии свя­тые му­че­ни­ки бы­ли бро­ше­ны в ки­пя­щую из­весть, про­бы­ли в ней сут­ки и оста­лись невре­ди­мы. С них сди­ра­ли ко­жу, би­ли же­лез­ны­ми пал­ка­ми, кла­ли на рас­ка­лен­ные же­лез­ные кро­ва­ти и по­ли­ва­ли се­рой. Свя­тым всё это не вре­ди­ло, и они бы­ли от­прав­ле­ны в Тарс для но­вых му­че­ний. По до­ро­ге в пу­стыне свя­то­му Кли­мен­ту, по его мо­лит­ве, бы­ло да­но от­кро­ве­ние, что он еще 28 лет бу­дет стра­дать за Имя Хри­сто­во. Пре­тер­пев мно­же­ство му­че­ний, свя­тые бы­ли за­клю­че­ны в тем­ни­цу.

     По­сле смер­ти Мак­си­ми­а­на свя­той Ага­фан­гел был усе­чен ме­чом. Свя­то­го Кли­мен­та осво­бо­ди­ли ан­кир­ские хри­сти­ане из тем­ни­цы и от­вез­ли в пе­щер­ный храм. Там по­сле со­вер­ше­ния ли­тур­гии свя­той воз­ве­стил ве­ру­ю­щим ско­рое окон­ча­ние го­не­ний и свое близ­кое от­ше­ствие. Свя­той му­че­ник дей­стви­тель­но вско­ре был убит во­и­на­ми го­ро­да, во­рвав­ши­ми­ся в храм. Свя­то­му от­сек­ли ме­чом го­ло­ву во вре­мя при­не­се­ния им Бес­кров­ной Жерт­вы († ок. 312).

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-kliment-ankirskij-mnogostradalnyj

3 февраля - день памяти преподобного Тимона Надеевского, настоятеля Феодоровского Городецкого монастыря

     Преподобный Тимон, в миру Тихон Федоров, родился в 1766 году в городе Балахне Нижегородской губернии, в семье диакона одного из местных храмов Феодора и его супруги Анисии. Мальчик уже в семилетнем возрасте, обученный отцом, свободно читал церковные книги, отличаясь при этом любовью к уединению и молитве.

     Получив образование в Нижегородском Духовном училище, Тихон вернулся в родительский дом к уже тяжело больному отцу. В этот период своей жизни юноша часто совершал паломнические путешествия по монастырям Нижегородской, Костромской, Владимирской и Тамбовской епархий.

     Достигнув двадцатилетнего возраста, он женился на дочери одного из балахнинских священнослужителей Евдокии и был рукоположен в диаконы к Свято-Алексеевскому храму села Зиняково Семеновской округи Нижегородской епархии. Однако вскоре его супруга скончалась.

     Стараясь утешить скорбь о потере горячо любимой матушки, диакон Тихон Федоров часто посещал Саровскую пустынь, где его духовным отцом стал великий святой русской земли — преподобный Серафим Саровский. Возвращаясь из очередной поездки в Саров и окончательно решившись оставить мир, отец Тихон посетил в Нижнем Новгороде архиепископа Нижегородского и Арзамасского Вениамина (Краснопевкова-Румовского) и по указанию владыки был принят в братию Нижегородского Вознесенского Печерского монастыря. Владыка незамедлительно распорядился Нижегородской Духовной консистории подготовить указ: «Указ Его Императорского Величества, Самодержца Всероссийского, из Нижегородской Духовной консистории, первоприсутствующему оной, благочинии смотрителю, и семинарии ректору Нижегородского Печерского первоклассного монастыря отцу архимандриту Гедеону. Резолюциею Его Преосвященства Вениамина епископа Нижегородского и Арзамасского, состоявшеюся на прошении Семеновской округи села Зинякова вдового диакона Тихона Федорова о определении его в ваш монастырь, велено: „Ежели препятствия по консистории не окажется, и настоятелем принят будет, то определить в Печерской”. Вследствие чего в Нижегородской Духовной консистории определено: как по справке в сей консистории оказалось, что к определению показанного просителя диакона Тихона в ваш монастырь в число братства никакого препятствия не предвидится, да и вы принять сего диакона в сей ваш монастырь согласны, то о бытии ему Федорову в оном вашем монастыре в числе братства, послать к вам отцу архимандриту указ, при коем и сего диакона препроводить, которой при сем и посылается. Апреля 28 дня 1800-го года».

     С усердием и терпением отец Тихон приступил к монашеской жизни; смиренный послушник, молитвенник и строгий постник, он пользовался всеобщим уважением братии, отличаясь честностью и доброжелательностью по отношению к окружающим. Вскоре архимандритом Гедеоном он был пострижен в рясофор с именем Троадий, а затем Преосвященный Вениамин назначил его экономом при архиерейском доме с проживанием в Печерском монастыре. Исполняя должность эконома при архиерейском доме, инок Троадий показал себя с самой лучшей стороны. Уже в 1801 году Преосвященный Вениамин назначил его строителем Феодоровского Городецкого монастыря: «1801 года апреля 4 дня. Печерского монастыря иеродиакону Троадию быть в Городецком Феодоровском монастыре строителем и на сей чин привесть его здесь к присяге и предписать ему того монастыря имущество и братию принять в свое смотрение, и притом доканчивать строение начатое и прочее производить с требованием наставления от Островоезерского строителя Иоасафа. Епископ Вениамин».

     24 января 1804 года иеродиакон Троадий, по указу Нижегородской Духовной консистории, наместником Печерского монастыря иеромонахом Дамаскиным был пострижен в мантию. В Феодоровский монастырь был послан указ: «…из Нижегородской Духовной консистории, Городецкого Феодоровского монастыря братии. Вследствие определения сей консистории чрез сие вам дается знать, что ваш настоятель Нижегородского Печерского монастыря наместником иеромонахом Дамаскиным пострижен в монашество, и наречен Тимоном. Февраля 5 дня, 1804 года».

     Во время управления Феодоровской обителью иеродиакон Тимон со вниманием заботился о ее благоустроении и о порядке в монастырском хозяйстве. Монастырю издавна принадлежали расположенные вблизи обители земли; однако крепостные крестьяне князя Ухтомского (численностью около 500 человек, причем весьма состоятельные) начали против обители судебную тяжбу с целью эти земли отобрать. Дело, первоначально разбиравшееся в балахнинском уездном суде, растянулось на десятилетие (1802–1812 гг.); ходатаем по монастырским нуждам стал строитель Тимон. Вопрос этот был жизненно важным для благосостояния монастыря, переживавшего тогда не лучшие времена: «Материальными средствами к существованию Феодоровского монастыря служили земля и доброхотные приношения окрестных жителей и богомольцев. Но при одних этих средствах монастырь не в состоянии был не только иметь надлежащее благолепие в своих церквах и в церковной утвари, но даже не мог поддерживать и здания свои. Скудость монастырских средств была так велика, что церковные священные облачения были сшиты из простой бумажной материи и холста, а вместо восковых свечей пред местными иконами были поставлены деревянные окрашенные подсвечники, на которых были поставлены деревянные и тоже окрашенные под цвет воска свечи, и только с восковыми пальчиками на них».

     26 ноября 1806 года иеродиакон Тимон подал прошение в Нижегородскую палату гражданского суда с просьбою оставить эти земли за обителью, но гражданские чиновники решили дело в пользу крестьян. Помимо этого, на него стали поступать жалобы как от насельников обители за «строгий устав», так и из окружения Преосвященного Вениамина. Результатом этих жалоб явилось отстранение иеродиакона Тимона в 1807 году от управления Феодоровским монастырем.

     После смерти Преосвященного Вениамина на Нижегородскую кафедру был назначен епископ Моисей (Близнецов-Платонов), который 28 сентября 1811 года вновь утвердил иеродиакона Тимона на должность строителя в Городецкий Феодоровский монастырь. В 1814 году, во время посещения Феодоровской обители, епископ Моисей рукоположил иеродиакона Тимона во иеромонаха.

     В марте 1818 года иеромонах Тимон по болезни был освобожден от должности строителя Феодоровской обители, в апреле месяце он был удостоен права ношения креста в память Отечественной войны 1812 года: «1818 года, марта 27 дня, присланные от Его Преосвященства Моисея Епископа Нижегородского и Арзамасского и ордена святыя Анны первого класса кавалера крест для ношения на персех на владимирской ленте и акт, Городецкого Феодоровского монастыря иеромонах Тимон, крест и акт получил и в принятии расписался».

     Стремясь к уединеной подвижнической жизни, иеромонах Тимон в 1820 году перешел в Высокогорскую Вознесенскую пустынь близ Арзамаса, а затем совершил паломничество к святыням Русского Севера. Именно тогда он впервые посетил Николо-Надеевскую пустынь Костромской епархии — и, всей душой полюбив это место, твердо решил перейти сюда на жительство. Преподобный Серафим благословил намерение отца Тимона, произнеся при этом знаменательные слова: «Сей плоды, да расцветут цветы».

     Весной 1825 года преподобный Тимон переселился в Надеевскую пустынь. Здесь, в 10 верстах от обители, он выкопал землянку и устроил в ней келию, где проводил жизнь в подвигах поста, молитвы и богомыслия на протяжении семи лет, посещая Надеевскую пустынь лишь по воскресным и праздничным дням для совершения богослужений. В начале 1832 года Господь сподобил преподобного Своего явления, повелев старцу приступить к возобновлению Надеевской пустыни, которая, приписанная к Троицкому Кривоезерскому монастырю, тогда находилась в запустении, не имея даже постоянной братии. Жизнеописание старца так передает слова Господа, обращенные к нему: «Не ужасайся, старец, а сотвори то, что Я повелю тебе. Иди в пустынь угодника Моего святителя Николая Чудотворца, в которой спасались некогда многие иночествующие, и возобнови ее для жительства вновь иночествовать имеющим по тебе в последующие годы». Чем дольше преподобный размышлял о том, как возобновить Надеевскую пустынь, тем более это дело казалось невозможным для него — и по возрасту (старцу к тому времени исполнилось 65 лет), и по слабости телесных сил, и по отсутствию материальных средств для начала работ. Но однажды, когда отец Тимон предавался подобным скорбным раздумьям, ему в легком сне явился святитель Николай и с любовью сказал: «Что ты скорбишь, старец, о таком деле, которое совершенно зависит от воли Божией? Неужели Господь, благоволивший избрать тебя для исполнения воли Своей, не силен помочь тебе? Вот ты посмотри, что для тебя при мне имеется». С этими словами святитель Николай показал преподобному мешок, полный золота, и тотчас стал невидим.

     Сомнения, долго томившие отца Тимона, после этого явления рассеялись. Твердо уповая на помощь Божию, он стал готовиться к воссозданию пустыни. Начиная столь важное дело, преподобный Тимон не мог не испросить благословения своего духовного отца и наставника — преподобного Серафима. В апреле 1832 года старец Тимон в последний раз пришел в Саровскую пустынь.

     Благословляя его на исполнение повеления Божия, преподобный Серафим произнес слова, известные ныне каждому почитателю памяти саровского подвижника: «Сей, отец Тимон, сей, всюду сей данную тебе пшеницу. Сей на благой земле, сей и на песке, сей на камени, сей на пути, сей и в тернии; все где-нибудь да прозябнет и возрастет и плод принесет, хотя и не скоро». Благословляя преподобного Тимона на обратный путь, святой Серафим предсказал свое скорое преставление ко Господу: «Наступает уже время, в которое я должен предстать к Нелицеприятному Судии Богу и отдать отчет в своих делах, ибо по прошествии восьми месяцев после нашего с тобою свидания я вызван буду из сей временной земной жизни в вечную жизнь, а ты после меня проживешь на земле еще семь лет. Прошу тебя, дорогой мой друг отец Тимон, поминай меня во святых своих молитвах; в благословение тебе даю после себя лапотки, которые и завещаю надеть тебе на свои ноги тогда, когда Господь воззовет тебя в небесные Свои обители. Теперь иди в свою Надееву пустынь, и что Господь покажет, то и делай. Он там утешит тебя еще и не одним откровением, которыми ты и доселе был сподобляем от Бога».

     В том же 1832-м году преподобный Тимон начал строительство в Надеевской пустыни каменного Успенского храма с приделами во имя святителя Николая Чудотворца и преподобного Макария Унженского. Одновременно преподобный выкопал вокруг обители канавку, а также ископал вблизи монастыря источник, освятив его в честь святителя Николая.

     Земные труды преподобный Тимон сочетал с подвигами духовными. Господь наградил святого благодатными дарами прозорливости и чудотворений. Любовь и смиренномудрие старца привлекали к нему множество людей. Братия обители и паломники, иноки и миряне обращались к старцу за советом, утешением и наставлением.

 

     С наступлением 1840 года преподобный Тимон очень ослабел, хотя продолжал совершать богослужения; но 12 января он слег в постель, никуда не выходил из келии и прибывал в богомыслии и самоуглублении, практически никого не принимая. За три дня до кончины старец был соборован и причастился Святых Христовых Таин. 20 января он сказал келейнику, что настало время его отшествия ко Господу. «А вы, отцы и братие, сотрудники мои, — обратился умирающий старец к немногочисленным инокам обители, — при несомненной вере в Божественный промысл, жизнью воздержною, миролюбивою, молитвою бденною, пламенною, терпением постоянным, сокрушением нелицемерным идите неуклонно — пролагайте себе дорогу в вечность, за гробом на небе наша отчизна; все простите меня, молю вас, Господа ради». Это были последние слова преподобного Тимона, и через несколько мгновений он предал дух свой Господу.

Праведная кончина преподобного Тимона совершилась в 5 часов 30 минут вечера 21 января (по ст. стилю) 1840 года на 74 году жизни. После отпевания 23 января, которое возглавил архимандрит Дионисий, настоятель Макарьево-Унженского монастыря и благочинный, в ведение которого входила Надеевская пустынь, тело преподобного Тимона было погребено за алтарем Успенского храма, выстроенного трудами и попечением старца. Впоследствии над могилой его воздвигли каменное надгробие с чугунной плитой.

     Почитание преподобного Тимона приобрело особый смысл после состоявшегося в 1903 году прославления в лике святых его духовного наставника преподобного Серафима Саровского. В 1907 году над могилой старца на средства жертвователей возвели чугунную часовню, из металлических рам со стеклами, увенчанную позолоченной главой. На следующий год на месте бывшей пустынной келии преподобного Тимона близ речки Василевки поставили деревянную часовню.

     В 1912 году, вскоре после кончины настоятеля иеромонаха Игнатия (Покровского) Никольская Надеевская мужская пустынь была преобразована в нештатный общежительный женский монастырь.

     В советское время Надеевский монастырь был закрыт костромскими властями в 1923 году. В дальнейшем монастырский комплекс и все храмы были полностью уничтожены.

     В 2003 году при исследовании руин Успенского храма Надеевской пустыни был обнаружен склеп — место погребения преподобного Тимона, и в дальнейшем обретены его святые мощи.

     По сей день молитвами преподобного Тимона на источнике совершаются исцеления больных. Решением Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II и Священного Синода 25 декабря 2003 года старец Тимон был прославлен в лике местночтимых святых Костромской епархии.

     Память св. прп. Тимона 3 февраля

     Информация взята с http://nne.ru/saints/164548/

2 февраля - день памяти преподобного Евфимия Великого

     Пре­по­доб­ный Ев­фи­мий Ве­ли­кий про­ис­хо­дил из го­ро­да Ме­ли­ти­ны в Ар­ме­нии, близ ре­ки Ев­фрат. Ро­ди­те­ли его, Па­вел и Ди­о­ни­сия, знат­ные лю­ди, бы­ли бла­го­че­сти­вы­ми хри­сти­а­на­ми. Дол­гое вре­мя они не име­ли де­тей и, на­ко­нец, по усерд­ным мо­лит­вам, у них ро­дил­ся сын, по­яв­ле­нию на свет ко­то­ро­го пред­ше­ство­ва­ло Бо­же­ствен­ное ви­де­ние, пред­ве­щав­шее мла­ден­цу ве­ли­кое бу­ду­щее.

     Отец пре­по­доб­но­го Ев­фи­мия вско­ре умер, и мать, ис­пол­няя обет по­свя­тить сы­на Бо­гу, от­да­ла его на вос­пи­та­ние сво­е­му бра­ту, пре­сви­те­ру Ев­док­сию. Тот пред­ста­вил от­ро­ка епи­ско­пу Ме­ли­тин­ской церк­ви От­рию, ко­то­рый с лю­бо­вью при­нял на се­бя за­бо­ты о нем. Ви­дя его доб­рое по­ве­де­ние, епи­скоп вско­ре по­ста­вил его чте­цом. За­тем свя­той Ев­фи­мий при­нял мо­на­ше­ство и был по­свя­щен в сан пре­сви­те­ра. Од­новре­мен­но ему бы­ло по­ру­че­но управ­ле­ние все­ми го­род­ски­ми мо­на­сты­ря­ми. Пре­по­доб­ный Ев­фи­мий ча­сто по­се­щал мо­на­стырь свя­то­го По­ли­евк­та, а в дни Ве­ли­ко­го по­ста уда­лял­ся в пу­сты­ню. Долж­ность упра­ви­те­ля мо­на­сты­рей тя­го­ти­ла по­движ­ни­ка, ис­кав­ше­го без­мол­вия, и он на 30-м го­ду сво­ей жиз­ни тай­но ушел из го­ро­да и на­пра­вил­ся в Иеру­са­лим, где, по­кло­нив­шись свя­тым ме­стам, уда­лил­ся в Фа­ран­скую Лав­ру. Там, най­дя вне мо­на­сты­ря уеди­нен­ную пу­стую хи­жи­ну, по­се­лил­ся в ней, до­бы­вая про­пи­та­ние пле­те­ни­ем кор­зин. Непо­да­ле­ку под­ви­зал­ся пре­по­доб­ный Фео­к­тист. Оба име­ли од­но стрем­ле­ние к Бо­гу, од­ну во­лю, од­ну цель. Обыч­но по­сле празд­ни­ка Бо­го­яв­ле­ния они уда­ля­лись в Ку­тил­лий­скую пу­сты­ню (неда­ле­ко от Иери­хо­на). Од­на­жды же оста­лись там, из­брав в го­рах труд­но­про­хо­ди­мое ме­сто, и по­се­ли­лись в пе­ще­ре. Ско­ро, од­на­ко, Гос­подь от­крыл их уеди­не­ние для поль­зы мно­гих лю­дей: пас­ту­хи, пе­ре­го­няя свои ста­да, на­шли их пе­ще­ру и рас­ска­за­ли в се­ле­нии. К от­шель­ни­кам на­ча­ли сте­кать­ся лю­ди, ис­кав­шие ду­хов­ной поль­зы. По­сте­пен­но воз­ник­ло мо­на­ше­ское об­ще­жи­тие, несколь­ко ино­ков при­шло из Фа­ран­ской оби­те­ли, сре­ди них Ма­рин и Лу­ка. Управ­лять воз­ник­шим мо­на­сты­рем пре­по­доб­ный Ев­фи­мий по­ру­чил сво­е­му дру­гу Фео­к­ти­сту, а сам стал ду­хов­ни­ком бра­тии. Он на­став­лял свою бра­тию: «Знай­те, что же­ла­ю­щим про­во­дить ино­че­скую жизнь сле­ду­ет не иметь сво­ей во­ли, все­гда на­хо­дить­ся в по­слу­ша­нии и сми­ре­нии, а в уме иметь па­мять смерт­ную, бо­ять­ся Су­да и ог­ня веч­но­го и же­лать Цар­ства Небес­но­го».

     Юным ино­кам пре­по­доб­ный за­по­ве­до­вал с внут­рен­ним бо­го­мыс­ли­ем со­еди­нять те­лес­ный труд. «Ес­ли ми­ряне, – го­во­рил он, – мно­го тру­дят­ся, чтобы про­кор­мить се­бя и свою се­мью и, кро­ме то­го, да­ют ми­ло­сты­ню и при­но­сят жерт­вы Бо­гу, тем бо­лее мы, ино­ки, долж­ны тру­дить­ся, чтобы из­бе­жать празд­но­сти и не кор­мить­ся чу­жи­ми тру­да­ми». Ав­ва тре­бо­вал, чтобы ино­ки хра­ни­ли мол­ча­ние в церк­ви во вре­мя бо­го­слу­же­ния и на тра­пе­зе. Мо­ло­дым ино­кам, же­лав­шим по­стить­ся бо­лее дру­гих бра­тий, он не поз­во­лял сле­до­вать сво­ей во­ле, но на­став­лял их вку­шать об­щую пи­щу на тра­пе­зе с воз­дер­жа­ни­ем, не пре­сы­ща­ясь.

     В те го­ды пре­по­доб­ный Ев­фи­мий об­ра­тил и кре­стил мно­гих ара­бов, сре­ди ко­то­рых был во­е­на­чаль­ник Ас­пе­вет с сы­ном Те­ре­во­ном, ко­то­ро­го пре­по­доб­ный Ев­фи­мий ис­це­лил от бо­лез­ни. Ас­пе­вет по­лу­чил в Кре­ще­нии имя Петр и впо­след­ствии был епи­ско­пом сре­ди ара­бов.

     Сла­ва о чу­де­сах, со­вер­ша­е­мых пре­по­доб­ным Ев­фи­ми­ем, быст­ро рас­про­стра­ня­лась. Ото­всю­ду ста­ли сте­кать­ся лю­ди, при­во­дя с со­бою боль­ных, по­лу­чав­ших ис­це­ле­ние. Бу­дучи не в си­лах сно­сить люд­скую мол­ву и сла­ву, пре­по­доб­ный тай­но ушел из мо­на­сты­ря, взяв с со­бой толь­ко бли­жай­ше­го уче­ни­ка До­ме­ти­а­на. Он уда­лил­ся в пу­сты­ню Ру­ва и по­се­лил­ся на вы­со­кой го­ре Мар­да, око­ло Мерт­во­го мо­ря. В по­ис­ках уеди­не­ния пре­по­доб­ный углу­бил­ся в пу­сты­ню Зиф и по­се­лил­ся в пе­ще­ре, в ко­то­рой неко­гда скры­вал­ся свя­той царь Да­вид от пре­сле­до­ва­ний ца­ря Са­у­ла. Там пре­по­доб­ный Ев­фи­мий ос­но­вал мо­на­стырь, а в са­мой пе­ще­ре Да­ви­до­вой устро­ил цер­ковь. В то вре­мя пре­по­доб­ный Ев­фи­мий от­вра­тил мно­гих ино­ков-пу­стын­ни­ков от ма­ни­хей­ской ере­си, тво­рил чу­де­са, ис­це­лял боль­ных и одер­жи­мых бе­са­ми.

     При­хо­див­шие к свя­то­му по­се­ти­те­ли на­ру­ша­ли по­кой пу­стын­ни­ка, лю­бив­ше­го без­мол­вие, и он ре­шил вер­нуть­ся в остав­лен­ный им мо­на­стырь свя­то­го Фео­к­ти­ста. По до­ро­ге пре­по­доб­ный об­лю­бо­вал уеди­нен­ное ме­сто на го­ре и оста­но­вил­ся на нем. Там впо­след­ствии бы­ло по­гре­бе­но его свя­тое те­ло.

     Бла­жен­ный Фео­к­тист с бра­ти­ей вы­шел на­встре­чу пре­по­доб­но­му Ев­фи­мию и мо­лил его вер­нуть­ся в мо­на­стырь, но пре­по­доб­ный не со­гла­сил­ся. Од­на­ко он обе­щал при­хо­дить в оби­тель по вос­крес­ным дням на об­щее бо­го­слу­же­ние.

     Пре­по­доб­ный Ев­фи­мий не хо­тел ни иметь ко­го-ли­бо по­бли­зо­сти, ни устра­и­вать ки­но­вию или Лав­ру, но Гос­подь в ви­де­нии по­ве­лел ему не от­го­нять при­хо­дя­щих к нему ра­ди спа­се­ния ду­ши. Через неко­то­рое вре­мя око­ло него опять со­бра­лись бра­тия, и он устро­ил Лав­ру по об­раз­цу Фа­ран­ской Лав­ры. В 429 го­ду, ко­гда пре­по­доб­но­му Ев­фи­мию бы­ло 52 го­да, Иеру­са­лим­ский пат­ри­арх Юве­на­лий освя­тил Лавр­скую цер­ковь и по­ста­вил оби­те­ли пре­сви­те­ров и диа­ко­нов.

     Лав­ра вна­ча­ле бы­ла бед­на, но пре­по­доб­ный твер­до упо­вал на Бо­га, мо­гу­ще­го нис­по­слать лю­дям всё необ­хо­ди­мое. Од­на­жды в Лав­ру при­шло око­ло 400 че­ло­век пут­ни­ков – ар­мян из Иеру­са­ли­ма, ко­то­рые бы­ли го­лод­ны. Уви­дев это, пре­по­доб­ный Ев­фи­мий при­звал эко­но­ма и ве­лел ему на­кор­мить стран­ни­ков. Эко­ном от­ве­тил, что в мо­на­сты­ре нет та­ко­го ко­ли­че­ства пи­щи. Пре­по­доб­ный, од­на­ко же, на­ста­и­вал. При­дя в по­ме­ще­ние для хра­не­ния хле­ба, эко­ном на­шел в нем мно­же­ство хле­бов. То же про­изо­шло с ви­ном и еле­ем. Пут­ни­ки ели во сла­ву Бо­жию, на­сы­ти­лись, и по­сле это­го остал­ся еще трех­ме­сяч­ный за­пас пи­щи для бра­тии. Так Гос­подь со­тво­рил чу­до по ве­ре свя­то­го Ев­фи­мия.

     Од­на­жды один из ино­ков от­ка­зал­ся ис­пол­нить на­зна­чен­ное ему по­слу­ша­ние. Несмот­ря на то, что пре­по­доб­ный, при­звав его, убеж­дал по­ви­но­вать­ся, инок упор­ство­вал. То­гда пре­по­доб­ный гром­ко вос­клик­нул: «Уви­дишь, что бы­ва­ет на­гра­дой за непо­ви­но­ве­ние!» Инок упал на зем­лю в при­пад­ке бес­но­ва­ния. Бра­тия ста­ла про­сить за него ав­ву, и то­гда пре­по­доб­ный Ев­фи­мий ис­це­лил непо­кор­но­го, ко­то­рый, при­дя в се­бя, про­сил про­ще­ния и обе­щал ис­пра­вить­ся. «По­слу­ша­ние, – ска­зал свя­той Ев­фи­мий, – ве­ли­кая доб­ро­де­тель. Гос­подь лю­бит по­слу­ша­ние боль­ше жерт­вы, а непо­слу­ша­ние при­во­дит к смер­ти».

     Два бра­та в оби­те­ли свя­то­го Ев­фи­мия тя­го­ти­лись су­ро­вым об­ра­зом жиз­ни и за­ду­ма­ли бе­жать. Про­ви­дя ду­хом их на­ме­ре­ние, пре­по­доб­ный при­звал их и дол­го убеж­дал оста­вить па­губ­ное на­ме­ре­ние. Он го­во­рил: «Не сле­ду­ет слу­шать мыс­лей, все­ля­ю­щих пе­чаль и нена­висть к ме­сту, в ко­то­ром жи­вем, и вну­ша­ю­щих же­ла­ние пе­рей­ти на дру­гое ме­сто. Пусть инок не ду­ма­ет, что, пе­рей­дя в дру­гое ме­сто, он до­стигнет че­го-ли­бо хо­ро­ше­го, так как доб­рое де­ло до­сти­га­ет­ся не ме­стом, а твер­дой во­лей и ве­рою. И де­ре­во, ко­то­рое пе­ре­са­жи­ва­ют ча­сто на дру­гое ме­сто, не при­но­сит пло­дов».

     В 431 го­ду в Ефе­се со­сто­ял­ся III Все­лен­ский Со­бор, на­прав­лен­ный про­тив ере­си Несто­рия. Пре­по­доб­ный Ев­фи­мий ра­до­вал­ся утвер­жде­нию пра­во­сла­вия и скор­бел об ар­хи­епи­ско­пе Ан­тио­хий­ском Иоанне, ко­то­рый, бу­дучи пра­во­слав­ным, за­щи­щал Несто­рия.

     В 451 го­ду в Хал­ки­доне со­сто­ял­ся IV Все­лен­ский Со­бор про­тив ере­си Ди­о­ско­ра, ко­то­рый, в про­ти­во­по­лож­ность Несто­рию, утвер­ждал, что в Гос­по­де Иису­се Хри­сте од­но лишь есте­ство – Бо­же­ское, по­гло­тив­шее в во­пло­ще­нии есте­ство че­ло­ве­че­ское (так на­зы­ва­е­мая ересь мо­но­фи­зи­тов).

     Пре­по­доб­ный Ев­фи­мий при­нял ис­по­ве­да­ние Хал­ки­дон­ско­го Со­бо­ра и при­знал его пра­во­слав­ным. Весть об этом быст­ро рас­про­стра­ни­лась сре­ди ино­ков и пу­стын­ни­ков, и мно­гие из них, ра­нее непра­во ве­ро­вав­шие, по при­ме­ру свя­то­го Ев­фи­мия при­ня­ли ис­по­ве­да­ние Хал­ки­дон­ско­го Со­бо­ра.

     За свою по­движ­ни­че­скую жизнь и твер­дое ис­по­ве­да­ние пра­во­слав­ной ве­ры свя­той Ев­фи­мий по­лу­чил на­име­но­ва­ние Ве­ли­ко­го. Тя­го­тясь об­ще­ни­ем с ми­ром, свя­той ав­ва уда­лил­ся на вре­мя во внут­рен­нюю пу­сты­ню. По­сле его воз­вра­ще­ния в Лав­ру неко­то­рые из бра­тии ви­де­ли, что, ко­гда он со­вер­шал Бо­же­ствен­ную ли­тур­гию, огонь схо­дил с небес и окру­жал свя­то­го. Сам же пре­по­доб­ный от­крыл несколь­ким ино­кам, что ча­сто ви­дел Ан­ге­ла, со­вер­ша­ю­ще­го вме­сте с ним свя­тую ли­тур­гию. Пре­по­доб­ный имел дар про­зор­ли­во­сти, ви­дел внут­рен­ние дви­же­ния ду­ха и узна­вал че­ло­ве­че­ские по­мыш­ле­ния. Ко­гда ино­ки при­ча­ща­лись Свя­тых Тайн, пре­по­доб­но­му бы­ло от­кры­то – кто при­сту­па­ет до­стой­но, а кто во осуж­де­ние се­бе.

     Ко­гда пре­по­доб­но­му Ев­фи­мию бы­ло 82 го­да, к нему при­шел бла­жен­ный Сав­ва (бу­ду­щий Сав­ва Освя­щен­ный, па­мять 5 де­каб­ря), то­гда еще юно­ша. Ста­рец при­нял его с лю­бо­вью и по­слал в мо­на­стырь к пре­по­доб­но­му Фео­к­ти­сту. Он пред­ска­зал, что инок Сав­ва про­си­я­ет в ино­че­ском жи­тии.

     Ко­гда свя­то­му ис­пол­ни­лось 90 лет, его спо­движ­ник и друг пре­по­доб­ный Фео­к­тист тя­же­ло за­бо­лел. Пре­по­доб­ный Ев­фи­мий по­шел на­ве­стить дру­га и остал­ся в мо­на­сты­ре, про­стил­ся с ним, при­сут­ство­вал при кон­чине. Пре­дав те­ло по­гре­бе­нию, он воз­вра­тил­ся в Лав­ру.

     Вре­мя пре­став­ле­ния бы­ло от­кры­то пре­по­доб­но­му Ев­фи­мию по осо­бой ми­ло­сти Бо­жи­ей. В день па­мя­ти пре­по­доб­но­го Ан­то­ния Ве­ли­ко­го, 17 ян­ва­ря, пре­по­доб­ный Ев­фи­мий бла­го­сло­вил со­вер­шить все­нощ­ное бде­ние и, со­звав пре­сви­те­ров к ал­та­рю, ска­зал им, что боль­ше уже не со­вер­шит с ни­ми ни од­но­го бде­ния, по­то­му что Гос­подь при­зы­ва­ет его от вре­мен­ной жиз­ни. Все ис­пол­ни­лись ве­ли­кой пе­ча­ли, а пре­по­доб­ный по­ве­лел бра­тии утром со­брать­ся у него. Он стал по­учать бра­тию: «Ес­ли лю­би­те ме­ня, со­блю­дай­те мои за­по­ве­ди, при­об­ре­тай­те лю­бовь, ко­то­рая есть со­юз со­вер­шен­ства. Ни­ка­кая доб­ро­де­тель невоз­мож­на без люб­ви и сми­ре­ния. Сам Гос­подь ра­ди люб­ви к нам сми­рил­ся и стал че­ло­ве­ком, как и мы. Мы долж­ны по­это­му непре­стан­но вос­сы­лать Ему хва­лы, осо­бен­но мы, от­рек­ши­е­ся от мя­теж­но­го ми­ра. Цер­ков­ных служб ни­ко­гда не остав­ляй­те, пре­да­ния и уста­вы мо­на­стыр­ские тща­тель­но со­хра­няй­те. Ес­ли кто из бра­тии бо­рет­ся с нечи­сты­ми по­мыс­ла­ми, – непре­стан­но на­став­ляй­те, по­учай­те, чтобы дья­вол не увлек бра­та в па­де­ние.

     При­со­еди­няю так­же и дру­гую за­по­ведь: пусть во­ро­та оби­те­ли ни­ко­гда не бу­дут за­пер­ты для стран­ни­ков и всё, что име­е­те, пред­ла­гай­те нуж­да­ю­щим­ся, бед­ству­ю­щим же в на­па­стях по си­ле по­мо­гай­те». За­тем, дав на­став­ле­ния от­но­си­тель­но ру­ко­вод­ства бра­ти­ей, пре­по­доб­ный обе­щал пре­бы­вать ду­хом со все­ми, же­ла­ю­щи­ми нести по­дви­ги в его оби­те­ли до скон­ча­ния ве­ка.

     От­пу­стив всех, пре­по­доб­ный Ев­фи­мий оста­вил око­ло се­бя од­но­го уче­ни­ка До­ме­ти­а­на и, про­быв с ним внут­ри ал­та­ря 3 дня, скон­чал­ся 20 ян­ва­ря в 473 го­ду в воз­расте 97-ми лет.

     На по­гре­бе­ние свя­то­го ав­вы немед­лен­но стек­лись во мно­же­стве ино­ки мо­на­сты­рей и пу­стынь, сре­ди ко­то­рых был свя­той Ге­ра­сим. При­был так­же пат­ри­арх Ана­ста­сий с кли­ром, нит­рий­ские ино­ки Мар­ти­рий и Илия, ко­то­рые впо­след­ствии бы­ли Иеру­са­лим­ски­ми пат­ри­ар­ха­ми, о чем им пред­ска­зы­вал пре­по­доб­ный Ев­фи­мий.

     Бла­жен­ный До­ме­ти­ан не от­хо­дил от гро­ба учи­те­ля 6 су­ток. На 7-й день он уви­дел сво­е­го ав­ву, ра­дост­но воз­ве­стив­ше­го лю­би­мо­му уче­ни­ку: «Гря­ди, ча­до, к уго­то­ван­но­му те­бе по­кою, ибо я умо­лил Вла­ды­ку Хри­ста, чтобы ты был со мною». По­ве­дав бра­тии о ви­де­нии, свя­той До­ме­ти­ан при­шел в цер­ковь и в ра­до­сти пре­дал дух свой Гос­по­ду. Он был по­гре­бен ря­дом со свя­тым Ев­фи­ми­ем. Мо­щи пре­по­доб­но­го Ев­фи­мия Ве­ли­ко­го на­хо­ди­лись в его мо­на­сты­ре в Па­ле­стине, в XII ве­ке их ви­дел рус­ский па­лом­ник игу­мен Да­ни­ил.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-evfimij-velikij

1 февраля - день памяти священномученика Николая Восторгова пресвитера

     Свя­щен­но­му­че­ник Ни­ко­лай ро­дил­ся 21 но­яб­ря 1875 го­да в се­ле Ни­ко­ло­гор­ском Вяз­ни­ков­ско­го уез­да Вла­ди­мир­ской гу­бер­нии в се­мье пса­лом­щи­ка Ев­до­ки­ма Вос­тор­го­ва. По­лу­чив об­ра­зо­ва­ние во Вла­ди­мир­ском ду­хов­ном учи­ли­ще, Ни­ко­лай стал слу­жить пса­лом­щи­ком в Ни­ко­ла­ев­ском хра­ме на по­го­сте Го­ри­цы.

     В 1915 го­ду Ни­ко­лай Ев­до­ки­мо­вич был ру­ко­по­ло­жен во диа­ко­на и на­прав­лен в се­ло Де­до­во Му­ром­ско­го уез­да. Там он про­слу­жил до 1927 го­да, ко­гда уже во­всю шли го­не­ния, и в ап­ре­ле это­го го­да он был ру­ко­по­ло­жен во свя­щен­ни­ка к церк­ви се­ла Го­ля­ни­ще­во. Через год отец Ни­ко­лай пе­ре­ехал слу­жить в се­ло Чул­ко­во Ваг­ско­го рай­о­на Ни­же­го­род­ской об­ла­сти и про­слу­жил здесь до дня и ча­са аре­ста. В се­ре­дине июля 1929 го­да мест­ные вла­сти объ­яви­ли свя­щен­ни­ку, что он бу­дет непре­мен­но вы­се­лен из цер­ков­но­го до­ма. При­хо­жане, од­на­ко, вы­ра­зи­ли про­тест про­тив без­за­кон­ных дей­ствий вла­стей, тем бо­лее что дом свя­щен­ни­че­ский был по­стро­ен са­ми­ми кре­стья­на­ми, и они по­да­ли про­ше­ние с хо­да­тай­ством не вы­се­лять свя­щен­ни­ка. Вла­сти рас­це­ни­ли эти дей­ствия как бунт на­ро­да про­тив ком­му­ни­сти­че­ской вла­сти и в на­ча­ле ав­гу­ста аре­сто­ва­ли свя­щен­ни­ка и вме­сте с ним двух кре­стьян, за­клю­чив их в тюрь­му в го­ро­де Му­ро­ме.

     Из тюрь­мы отец Ни­ко­лай пи­сал де­тям: «Лю­би­мые мои дет­ки и внуч­ки, бла­го­ден­ствуй­те! Уве­дом­ляю вас, что я жив и здо­ров, че­го и вам же­лаю. Как я вам бла­го­да­рен за ва­ше ко мне со­чув­ствие. Так как ведь я че­ло­век без­дель­ный и ап­пе­тит пло­хой, ни­че­го не хо­чет­ся, все вре­мя я свой па­ек от­даю, а пи­тал­ся тем, что ва­ми при­сы­ла­лось. Те­перь вы ме­ня снаб­ди­ли на­дол­го и, кро­ме из­ве­стия о се­бе и на­ших, ни­че­го не шли­те. Я, ко­гда вый­дет, по­про­шу у вас, но, на­до ска­зать, что ведь вы са­ми си­ди­те на пай­ке и мне при­хо­дит­ся поль­зо­вать­ся ва­шим пай­ком, а у се­бя уре­за­е­те, чтобы это­го не бы­ло. Я, как че­ло­век без­дель­ный, мо­гу и день и два про­быть без пи­щи, а вам и ма­лым де­тям это­го недо­пу­сти­мо. Жи­ву я и скорб­лю о до­ме, что там де­ла­ет­ся, как там де­ла; мне со­вер­шен­но ни­че­го не из­вест­но. При­хо­дит ночь, ля­жешь, а в го­ло­ву ле­зет вся­кая неле­пи­ца, вер­тишь­ся, вер­тишь­ся, так и не уснешь, да, пря­мо ска­зать, ка­кое и спа­нье-то, чуть не на го­лых дос­ках, по­кро­ем­ся под­ряс­ни­ком, а ку­лак в го­ло­ву — и спи слад­ко; по­не­во­ле ся­дешь, да и да­вай за­ни­мать­ся охо­той на «бе­лых зай­цев». Но на­до ска­зать прав­ду, что вот си­жу уже по­чти две неде­ли, а па­ра­зи­тов еще не на­хо­дил, а чув­ству­ет­ся, что ку­са­ют. Всё это ни­что, всё пе­ре­не­су — лишь бы Гос­подь Бог дал здо­ро­вья мне и вам, а то всё прой­дет.

     Опи­ши­те мне, что пи­шут из до­ма и как они се­бя чув­ству­ют. Что ка­са­ет­ся ме­ня, то мне до­про­су еще не бы­ло, не мо­гу знать, бу­дет или нет. Хо­ро­шо бы с ва­ми по­ви­дать­ся, но раз мне не бы­ло до­про­са, то, по­жа­луй, невоз­мож­но бу­дет, а хло­по­тать я не знаю где и как, и по­со­ве­то­вать­ся не с кем. Да, дет­ки! При­хо­дят ве­ли­кие празд­ни­ки, а мне при­хо­дит­ся быть без служ­бы — как это для ме­ня тя­же­ло и боль­но; чуть услы­шишь звон, и неволь­но серд­це об­ли­ва­ет­ся кро­вью, по­гру­стишь и в ду­ше по­мо­лишь­ся, и тем до­воль­ству­ешь­ся. К сча­стью мо­е­му, в ка­ме­ре на­шей со­бра­лись все ве­ру­ю­щие, так что и по­мо­лишь­ся иной раз, как и до­ма, и не слы­шишь со сто­ро­ны ни­ка­ких на­сме­шек, од­но толь­ко, что нет та­ких ду­хов­ных книг, ко­то­рые бы по­чи­тал я с ве­ли­ким удо­воль­стви­ем.

     Бла­го­дать, мир и лю­бовь да нис­по­шлет на вас Гос­подь Бог и бла­го­сло­ве­ние Гос­подне на вас То­го бла­го­да­тию и че­ло­ве­ко­лю­би­ем все­гда ныне и прис­но и во ве­ки ве­ков.

     Оста­юсь ваш отец, свя­щен­ник Ни­ко­лай Ев­до­ки­мо­вич Вос­тор­гов».

     22 ав­гу­ста сле­до­ва­тель вы­звал свя­щен­ни­ка на до­прос. От­ве­чая на во­про­сы, отец Ни­ко­лай ска­зал: «В ап­ре­ле 1927 го­да ко мне в се­ло Де­до­во, где я слу­жил диа­ко­ном, при­шел член цер­ков­но­го со­ве­та из се­ла Го­ля­ни­ще­во и пред­ло­жил мне за­нять в Го­ля­ни­ще­ве сво­бод­ное ме­сто свя­щен­ни­ка, на что я и со­гла­сил­ся. Про­слу­жил год с ме­ся­цем в се­ле Го­ля­ни­ще­во, мне пред­ло­жи­ли ме­сто свя­щен­ни­ка в се­ле Чул­ко­во Ваг­ско­го рай­о­на, ку­да я в июне 1928 го­да и пе­ре­шел, где и слу­жу до се­го вре­ме­ни.

     По при­ез­де в Чул­ко­во по ука­за­нию пред­се­да­те­ля цер­ков­но­го со­ве­та и цер­ков­но­го ста­ро­сты я за­нял дом при церк­ви, ко­то­рый до ме­ня так­же был за­нят свя­щен­ни­ком Ми­ро­лю­бо­вым, ко­то­ро­го я сме­нил. Этот дом по до­го­во­ру от 1928 го­да на­хо­дит­ся в аренд­ном поль­зо­ва­нии как цер­ков­ный. По мне­нию же цер­ков­но­го со­ве­та и дру­гих при­хо­жан, этот дом яв­ля­ет­ся соб­ствен­но­стью об­ще­ства, так как его стро­и­ли при­хо­жане церк­ви с по­мо­щью быв­ше­го вла­дель­ца сун­дуч­ных ма­стер­ских Ту­лу­по­ва. Я за за­ни­ма­е­мый дом ни­ка­кой пла­ты не пла­тил, и пла­тил ли цер­ков­ный со­вет, так­же не знаю. Усадь­бы при цер­ков­ных до­мах взя­ты в рас­по­ря­же­ние ВИКа. При от­бо­ре уса­деб ни­ка­ких кон­флик­тов не бы­ло. Вес­ной 1929 го­да был взят дом, ра­нее за­ни­ма­е­мый диа­ко­ном, но по­след­нее вре­мя он пу­сто­вал, и при за­ня­тии его так­же не бы­ло ни­ка­ких кон­флик­тов. Как до­ма, так и усадь­бы до сих пор зна­чат­ся в цер­ков­ной опи­си. На пло­ща­ди око­ло церк­ви еще до мо­е­го при­ез­да в Чул­ко­во был по­став­лен тур­ник для спор­тив­ных упраж­не­ний мо­ло­де­жи. Вес­ной 1929 го­да око­ло церк­ви бы­ли по­став­ле­ны во­ро­та для иг­ры в фут­бол. Со сто­ро­ны при­хо­жан при­хо­ди­лось слы­шать неко­то­рые недо­воль­ства и за­яв­ле­ния, что тур­ник и во­ро­та по­став­ле­ны не у ме­ста, тем бо­лее бы­ли слу­чаи, что иг­ра про­из­во­ди­лась во вре­мя цер­ков­ной служ­бы, и шу­мом и кри­ком ме­ша­ли служ­бе. Неде­ли через две-три по­сле то­го, как бы­ли по­став­ле­ны стол­бы, на­ме­ча­лось об­ще­ствен­ное со­бра­ние, ко­то­рое, ви­ди­мо, не со­сто­я­лось. Из чис­ла явив­ших­ся на со­бра­ние жен­щин, око­ло трид­ца­ти, на­ча­ли вы­дер­ги­вать стол­бы и тур­ник. Я ви­дел это из ок­на сво­е­го до­ма, но из до­ма не вы­хо­дил и не знаю, кто имен­но ло­мал во­ро­та и тур­ник, а так­же не ви­дел ни од­но­го муж­чи­ны, мо­жет быть, мне не бы­ло всех вид­но, так как во­ро­та сто­я­ли по дру­гую сто­ро­ну церк­ви от мо­ей квар­ти­ры. Я лич­но не вы­хо­дил из до­ма и ни о чем ни с кем не го­во­рил, так как со­бра­ние со­би­ра­лось об­ще­ствен­ное и мне ту­да ид­ти бы­ло неза­чем. По­сле раз­го­во­ров по это­му по­во­ду я ни с кем не вел. Не пом­ню, ко­гда точ­но, но до слу­чая лом­ки фут­боль­ных стол­бов и тур­ни­ка у ме­ня был по­вы­дер­ган лук, по­са­жен­ный в ого­ро­де. По­сле то­го, как из­ло­ма­ли во­ро­та и тур­ник, жен­щи­ны под­хо­ди­ли к на­ше­му до­му и спра­ши­ва­ли, вер­но ли, что у нас по­вы­дер­ган лук. Моя же­на от­ве­ти­ла, что вер­но, вы­дер­га­ли. На во­прос: кто? — же­на моя от­ве­ти­ла, что не зна­ет, но пред­по­ла­га­ет, что, ви­ди­мо, пи­о­не­ры.

     При хож­де­нии с мо­леб­на­ми по се­лу Чул­ко­во 14 и 15 июля у неко­то­рых граж­дан при­хо­ди­лось несколь­ко и по­си­деть, так как неко­то­рые уго­ща­ли, но у ко­го имен­но, всех не при­пом­ню; раз­го­во­ра о вы­се­ле­нии ме­ня из до­ма не бы­ло. В ка­ких до­мах мне за­да­ва­ли во­про­сы, что прав­да ли, что ме­ня вы­се­ля­ют из до­ма, я сей­час за­был, но та­кие во­про­сы бы­ли. По­сле объ­яв­ле­ния о мо­ем вы­се­ле­нии из до­ма со сто­ро­ны пред­се­да­те­ля сель­со­ве­та я хо­дил к цер­ков­но­му ста­ро­сте, а к пред­се­да­те­лю цер­ков­но­го со­ве­та хо­ди­ла моя же­на. По­сле то­го как я при­шел в сель­со­вет с цер­ков­ным ста­ро­стой, то, на­сколь­ко пом­ню, пред­се­да­тель цер­ков­но­го со­ве­та был уже в сель­со­ве­те. Раз­го­во­ров меж­ду на­ми ни­ка­ких не бы­ло, а оба они за­яви­ли пред­се­да­те­лю сель­со­ве­та, что вы­се­лять­ся ба­тюш­ке они не раз­ре­ша­ют. Я ушел из сель­со­ве­та один, а по­сле вско­ре на пло­ща­ди око­ло церк­ви ми­мо сель­со­ве­та к мо­е­му до­му по­до­шла тол­па жен­щин. Цер­ков­ный ста­ро­ста и член цер­ков­но­го со­ве­та за­хо­ди­ли ко мне, чтобы я на­пи­сал им за­го­ло­вок при­го­во­ра. Я им на­пи­сал за­го­ло­вок та­ко­го со­дер­жа­ния: цер­ков­ный дом, за­ни­ма­е­мый свя­щен­ни­ком, стро­ил­ся тру­да­ми ве­ру­ю­щих и снят по до­го­во­ру от 1928 го­да».

     По­сле до­про­сов отец Ни­ко­лай и кре­стьяне бы­ли осво­бож­де­ны до су­да под под­пис­ку о невы­ез­де из се­ла. 23 сен­тяб­ря след­ствие бы­ло за­кон­че­но. От­ца Ни­ко­лая об­ви­ни­ли в том, что он, «не имея офи­ци­аль­ных из­ве­ще­ний о вы­се­ле­нии из за­ни­ма­е­мо­го им быв­ше­го цер­ков­но­го до­ма, при хож­де­нии с мо­леб­на­ми по се­лу об­ра­щал­ся с жа­ло­ба­ми и за за­щи­той к на­се­ле­нию, под­стре­кал пред­се­да­те­ля цер­ков­но­го со­ве­та и цер­ков­но­го ста­ро­сту к со­зы­ву со­бра­ния по во­про­су о его вы­се­ле­нии и, не по­лу­чив раз­ре­ше­ния на со­зыв со­бра­ния ве­ру­ю­щих, по­сы­лал со­зы­вать на со­бра­ние на­се­ле­ние, в ре­зуль­та­те че­го и явил­ся ор­га­ни­за­то­ром об­ще­ствен­но­го бес­по­ряд­ка, ко­то­рый мог бы вы­лить­ся в тер­рор над пар­тий­но-со­вет­ски­ми ра­бот­ни­ка­ми; ру­ко­во­дил сбо­ром под­пи­сей, ре­дак­ти­ро­вал и пи­сал за­яв­ле­ния».

     20 но­яб­ря 1929 го­да Осо­бое Со­ве­ща­ние при Кол­ле­гии ОГПУ при­го­во­ри­ло от­ца Ни­ко­лая к трем го­дам за­клю­че­ния в конц­ла­герь, а двух кре­стьян — к ше­сти ме­ся­цам ли­ше­ния сво­бо­ды. Свя­щен­ник был за­клю­чен в 4-ю ро­ту Со­ло­вец­ко­го конц­ла­ге­ря на Боль­шом Со­ло­вец­ком ост­ро­ве. Вско­ре по­сле при­бы­тия в ла­герь он за­бо­лел ти­фом и был по­ме­щен в ла­гер­ную боль­ни­цу.

     Свя­щен­ник Ни­ко­лай Вос­тор­гов скон­чал­ся на глав­ном Со­ло­вец­ком ост­ро­ве в цен­траль­ной боль­ни­це Со­ло­вец­ко­го ла­ге­ря осо­бо­го на­зна­че­ния 1 фев­ра­ля 1930 го­да.

     Информация взята с https://voskr.orthpatr.ru/node/182045

31 января - преподобных схимонаха Кирилла и схимонахини Марии, родителей преподобного Сергия Радонежского

     Пре­по­доб­ный Ки­рилл со­сто­ял на служ­бе сна­ча­ла у Ро­стов­ско­го кня­зя Кон­стан­ти­на II Бо­ри­со­ви­ча, а по­том у Кон­стан­ти­на III Ва­си­лье­ви­ча, ко­то­рых он, как один из са­мых близ­ких к ним лю­дей, не раз со­про­вож­дал в Зо­ло­тую Ор­ду. Св. Ки­рилл вла­дел до­ста­точ­ным по сво­е­му по­ло­же­нию со­сто­я­ни­ем, но по про­сто­те то­гдаш­них нра­вов, жи­вя в де­ревне, не пре­не­бре­гал и обыч­ны­ми сель­ски­ми тру­да­ми.

     В жи­тии пре­по­доб­но­го Сер­гия по­вест­ву­ет­ся о том, что за Бо­же­ствен­ной ли­тур­ги­ей еще до рож­де­ния сы­на пра­вед­ная Ма­рия и мо­ля­щи­е­ся слы­ша­ли трое­крат­ное вос­кли­ца­ние мла­ден­ца: пе­ред чте­ни­ем Свя­то­го Еван­ге­лия, во вре­мя Хе­ру­вим­ской пес­ни и ко­гда свя­щен­ник про­из­нес «Свя­тая свя­тым». Пре­по­доб­ные Ки­рилл и Ма­рия ощу­ти­ли на се­бе ве­ли­кую ми­лость Бо­жию, их бла­го­че­стие тре­бо­ва­ло, чтобы чув­ства бла­го­дар­но­сти к Бо­гу бы­ли вы­ра­же­ны в ка­ком-ли­бо внеш­нем по­дви­ге бла­го­че­стия, в бла­го­го­вей­ном обе­те. И пра­вед­ная Ма­рия, по­доб­но свя­той Анне – ма­те­ри про­ро­ка Са­му­и­ла, вме­сте с му­жем да­ла обе­ща­ние по­свя­тить ча­до Бла­го­де­те­лю всех – Бо­гу. Гос­подь да­ро­вал им сы­на, ко­то­ро­го на­зва­ли Вар­фо­ло­ме­ем. С пер­вых дней жиз­ни мла­де­нец всех уди­вил пост­ни­че­ством: по сре­дам и пят­ни­цам он не при­ни­мал мо­ло­ка ма­те­ри, в дру­гие же дни, ес­ли она упо­треб­ля­ла в пи­щу мя­со, мла­де­нец так­же от­ка­зы­вал­ся от мо­ло­ка. За­ме­тив это, пре­по­доб­ная Ма­рия во­все от­ка­за­лась от мяс­ной пи­щи.

     Пра­вед­ность Ки­рил­ла и Ма­рии бы­ла из­вест­на не толь­ко Бо­гу. Бу­дучи стро­ги­ми блю­сти­те­ля­ми всех цер­ков­ных уста­вов, они по­мо­га­ли бед­ным, но осо­бен­но свя­то хра­ни­ли за­по­ведь свя­то­го апо­сто­ла Пав­ла: стран­но­лю­бия не за­бы­вай­те, тем бо не ве­дя­ще неции стран­но­при­я­ша Ан­ге­лы (Евр.13:2). То­му же учи­ли они и сво­их де­тей, стро­го вну­шая им не упус­кать слу­чая по­звать к се­бе в дом пу­те­ше­ству­ю­ще­го ино­ка или ино­го уста­ло­го стран­ни­ка. До нас не до­шло по­дроб­ных све­де­ний о бла­го­че­сти­вой жиз­ни этой бла­жен­ной че­ты, за­то мы мо­жем вме­сте со свя­ти­те­лем Пла­то­ном ска­зать, что сам про­ис­шед­ший от них плод по­ка­зал луч­ше вся­ких крас­но­ре­чи­вых по­хвал доб­ро­ту бла­го­сло­вен­но­го дре­ва. Счаст­ли­вы ро­ди­те­ли, ко­их име­на про­слав­ля­ют­ся веч­но в их де­тях и потом­стве! Счаст­ли­вы и де­ти, ко­то­рые не толь­ко не по­сра­ми­ли, но и при­умно­жи­ли и воз­ве­ли­чи­ли честь и бла­го­род­ство сво­их ро­ди­те­лей и слав­ных пред­ков, ибо ис­тин­ное бла­го­род­ство со­сто­ит в доб­ро­де­те­ли!

     Око­ло 1328 г. пре­по­доб­ные Ки­рилл и Ма­рия пе­ре­се­ли­лись из Ро­сто­ва в Ра­до­неж. Вер­стах в трех от Ра­до­не­жа был Хоть­ков­ский По­кров­ский мо­на­стырь, в то вре­мя од­новре­мен­но быв­ший и муж­ским, и жен­ским. По рас­про­стра­нен­но­му на Ру­си обы­чаю под ста­рость ино­че­ство при­ни­ма­ли и про­сте­цы, и кня­зья, и бо­яре. Дух ино­че­ства со­об­щил­ся от сы­на к ро­ди­те­лям: под ко­нец сво­ей мно­госкорб­ной жиз­ни пра­вед­ные Ки­рилл и Ма­рия по­же­ла­ли и са­ми при­нять ан­гель­ский об­раз.

     В этот мо­на­стырь и на­пра­ви­ли они свои сто­пы, чтобы там про­ве­сти оста­ток сво­их дней в по­дви­ге по­ка­я­ния, го­то­вясь к дру­гой жиз­ни. Но недол­го схим­ни­ки-бо­яре по­тру­ди­лись в но­вом зва­нии. В 1337 г. они с ми­ром ото­шли ко Гос­по­ду.

     3 ап­ре­ля 1992 г., в год празд­но­ва­ния 600-ле­тия со дня пре­став­ле­ния пре­по­доб­но­го Сер­гия, на Ар­хи­ерей­ском Со­бо­ре Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви со­сто­я­лось об­ще­цер­ков­ное про­слав­ле­ние схи­мо­на­ха Ки­рил­ла и схи­мо­на­хи­ни Ма­рии. Ка­но­ни­за­ция до­стой­но увен­ча­ла ше­сти­ве­ко­вое по­чи­та­ние ро­ди­те­лей ве­ли­ко­го по­движ­ни­ка, дав­ших ми­ру об­ра­зец свя­то­сти и хри­сти­ан­ско­го устро­е­ния се­мьи.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/saint/2923/5832/group

29 января - день памяти праведного Максима, иерея Тотемского

     Жил в пер­вой по­ло­вине XVII в. В те­че­ние 45 лет он про­хо­дил доб­ро­воль­ный по­двиг юрод­ства Хри­ста ра­ди и пре­бы­вал в непре­стан­ной мо­лит­ве, по­сте, на­го­те, со­вер­шен­но пре­не­бре­гал за­бо­та­ми о сво­ем те­ле. Бла­жен­ный Мак­сим уже при жиз­ни от­ли­чал­ся бла­го­дат­ны­ми да­ра­ми от Бо­га. По­чил он в глу­бо­кой ста­ро­сти 16 ян­ва­ря 1650 г. и был по­гре­бен при Вос­кре­сен­ской Вар­ниц­кой церк­ви г. Тотьмы. По смер­ти про­сла­вил­ся мно­ги­ми чу­де­са­ми.

     Так, в 1680 г. жи­тель Тотьмы Та­ру­нин за­бо­лел ли­хо­рад­кой и ле­жал пол­го­да рас­слаб­лен­ным. Ко­гда он при­звал на по­мощь св. Мак­си­ма, тот­час по­лу­чил ис­це­ле­ние. В 1705 г. по­лу­чи­ла ис­це­ле­ние от гро­ба пра­вед­но­го А.Я. Та­та­у­ро­ва, в те­че­ние ме­ся­ца на­хо­див­ша­я­ся в ис­туп­ле­нии ума.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-maksim-totemskij

28 января - день памяти преподобных Павла Фивейского и Иоанна Кущника

     Пре­по­доб­ный Па­вел Фивей­ский ро­дил­ся в Егип­те, в го­ро­де Фива­и­де. Остав­шись си­ро­той, он мно­го пре­тер­пел от сво­е­го ко­ры­сто­лю­би­во­го род­ствен­ни­ка из-за ро­ди­тель­ско­го на­след­ства. Во вре­мя го­не­ний Де­кия (249–251) на хри­сти­ан свя­той Па­вел, узнав о ко­вар­ном за­мыс­ле пре­дать его в ру­ки го­ни­те­лей, по­ки­нул го­род и уда­лил­ся в пу­сты­ню.

     По­се­лив­шись в пе­ще­ре у под­но­жия го­ры, пре­по­доб­ный Па­вел, ни­ко­му не ве­до­мый, про­жил в ней 91 год, неустан­но мо­лясь Бо­гу днем и но­чью. Пи­тал­ся он фини­ка­ми и хле­бом, ко­то­рый при­но­сил ему во­рон, одеж­дой из паль­мо­вых ли­стьев укры­вал­ся от хо­ло­да и зноя. По смот­ре­нию Бо­жию, уже неза­дол­го до кон­чи­ны пре­по­доб­но­го Пав­ла, Бог от­крыл о нем пре­по­доб­но­му Ан­то­нию Ве­ли­ко­му (па­мять 17 ян­ва­ря), ко­то­рый так­же под­ви­зал­ся в Фива­ид­ской пу­стыне. Од­на­жды свя­то­му Ан­то­нию при­шла мысль, что ед­ва ли есть дру­гой та­кой пу­стын­ник, как он, и то­гда он услы­шал глас: «Ан­то­ний, есть раб Бо­жий, ко­то­рый со­вер­шен­нее те­бя и преж­де те­бя по­се­лил­ся здесь в пу­стыне. Иди в глу­би­ну ее и най­дешь его». Ан­то­ний по­шел и на­шел пе­ще­ру свя­то­го Пав­ла. Пре­по­дав Ан­то­нию урок сми­ре­ния, пре­по­доб­ный Па­вел вы­шел ему на­встре­чу. Стар­цы на­зва­ли друг дру­га по име­ни, об­ня­лись и дол­го бе­се­до­ва­ли. Во вре­мя бе­се­ды при­ле­тел во­рон и при­нес им обо­им хлеб. Пре­по­доб­ный Па­вел от­крыл пре­по­доб­но­му Ан­то­нию при­бли­же­ние сво­ей кон­чи­ны и за­ве­щал по­хо­ро­нить его. Пре­ста­вил­ся свя­той Па­вел во вре­мя мо­лит­вы, стоя на ко­ле­нях. Пре­по­доб­ный Ан­то­ний ви­дел, как его свя­тая ду­ша в окру­же­нии Ан­ге­лов, про­ро­ков и апо­сто­лов вос­хо­ди­ла к Бо­гу. Два льва при­бе­жа­ли из пу­сты­ни и ког­тя­ми вы­ры­ли мо­ги­лу. Пре­по­доб­ный Ан­то­ний по­хо­ро­нил свя­то­го стар­ца и, взяв его одеж­ду из паль­мо­вых ли­стьев, уда­лил­ся в свою оби­тель. Одеж­ду эту пре­по­доб­ный Ан­то­ний хра­нил как ве­ли­чай­шую свя­ты­ню и на­де­вал толь­ко два ра­за в год – на Пас­ху и Пя­ти­де­сят­ни­цу. Скон­чал­ся пре­по­доб­ный Па­вел Фивей­ский в 341 го­ду, ко­гда ему бы­ло 113 лет. Он не ос­но­вал ни од­ной оби­те­ли, но вско­ре по­сле его кон­чи­ны яви­лось мно­го под­ра­жа­те­лей его жиз­ни и по­кры­ли пу­сты­ню оби­те­ля­ми. Пре­по­доб­ный Па­вел счи­та­ет­ся от­цом пра­во­слав­но­го мо­на­ше­ства.

     В XII ве­ке те­ло свя­то­го Пав­ла по во­ле им­пе­ра­то­ра Ма­ну­и­ла (1143–1180) бы­ло пе­ре­не­се­но в Ца­рь­град и по­ло­же­но в Пе­рив­лепт­ской оби­те­ли Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. Впо­след­ствии оно бы­ло пе­ре­не­се­но в Ве­не­цию и, на­ко­нец, в Вен­грию в Офеи; часть гла­вы его на­хо­дит­ся в Ри­ме.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/saint/3007/1783/group

27 января - день памяти равноапостольной Нины, просветительницы Грузии

     Свя­тая Ни­на бы­ла пле­мян­ни­цей Иеру­са­лим­ско­го пат­ри­ар­ха Юве­на­лия. Она с юно­сти всем серд­цем воз­лю­би­ла Бо­га и глу­бо­ко со­жа­ле­ла о лю­дях, не ве­ру­ю­щих в Него. По­сле то­го, как отец ее За­ву­лон ушел в пу­стын­ни­ки, а мать по­сту­пи­ла в диа­ко­нис­сы, свя­тая Ни­на бы­ла от­да­на на вос­пи­та­ние од­ной бла­го­че­сти­вой ста­ри­це. Ча­стые рас­ска­зы этой ста­ри­цы об Иве­рии (ны­неш­ней Гру­зии), то­гда еще язы­че­ской стране, воз­бу­ди­ли в Нине силь­ное же­ла­ние по­се­тить эту стра­ну и про­све­тить ее жи­те­лей све­том Еван­ге­лия.

     Же­ла­ние это еще бо­лее уси­ли­лось, ко­гда она од­на­жды уви­де­ла в ви­де­нии Ма­терь Бо­жию, вру­ча­ю­щую ей крест из ви­но­град­ных лоз. И же­ла­ние ее сбы­лось, ко­гда ей при­шлось бе­жать в Иве­рию, спа­са­ясь от го­не­ния, воз­двиг­ну­то­го им­пе­ра­то­ром Дио­кли­ти­а­ном (284–305 гг.).

     В Иве­рии свя­тая Ни­на по­се­ли­лась у од­ной жен­щи­ны в цар­ских ви­но­град­ни­ках и очень ско­ро сде­ла­лась из­вест­ной в окрест­но­стях, по­то­му что ока­зы­ва­ла по­мощь мно­гим страж­ду­щим. Узнав о си­ле ее мо­литв, боль­ные ста­ли во мно­же­стве при­хо­дить к ней. При­зы­вая имя Хри­сто­во, свя­тая Ни­на ис­це­ля­ла их и рас­ска­зы­ва­ла им о Бо­ге, со­тво­рив­шем небо и зем­лю, и о Хри­сте Спа­си­те­ле.

     Про­по­ведь о Хри­сте, чу­де­са, ко­то­рые со­вер­ша­ла свя­тая Ни­на, и ее доб­ро­де­тель­ная жизнь бла­го­твор­но дей­ство­ва­ли на жи­те­лей Иве­рии, и мно­гие из них уве­ро­ва­ли в ис­тин­но­го Бо­га и при­ня­ли Кре­ще­ние. Она об­ра­ти­ла ко Хри­сту в Гру­зии и са­мо­го ца­ря Ма­ри­а­на (Ме­роя), быв­ше­го до это­го языч­ни­ком. То­гда бы­ли вы­зва­ны из Кон­стан­ти­но­по­ля епи­скоп и свя­щен­ни­ки и по­стро­ен пер­вый в Иве­рии храм во имя св. апо­сто­лов. По­сте­пен­но по­чти вся Иве­рия при­ня­ла хри­сти­ан­ство.

     Свя­тая Ни­на, не лю­бив­шая по­че­стей и сла­вы, уда­ли­лась на од­ну го­ру там в уеди­не­нии бла­го­да­ри­ла Гос­по­да за об­ра­ще­ние в хри­сти­ан­ство идо­ло­по­клон­ни­ков. Через несколь­ко лет она оста­ви­ла свое уеди­не­ние и от­пра­ви­лась в Ка­хе­тию, где об­ра­ти­ла в хри­сти­ан­ство ца­ри­цу Со­фию. По­сле трид­ца­ти­пя­ти­лет­них по­дви­гов свя­тая Ни­на мир­но скон­ча­лась 14 ян­ва­ря 335 го­да. На ме­сте ее кон­чи­ны царь Ма­ри­ан воз­двиг храм во имя ве­ли­ко­му­че­ни­ка Ге­ор­гия, даль­не­го род­ствен­ни­ка свя­той Ни­ны.

     С па­мя­тью свя­той Ни­ны свя­за­но на­хож­де­ние хи­то­на Хри­сто­ва. При рас­пя­тии Спа­си­те­ля этот хи­тон до­стал­ся по жре­бию од­но­му рим­ско­му во­и­ну и по­сле раз­ных со­бы­тий по­пал в Гру­зию.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-nina-prosvetitelnica-gruzii

26 января - день памяти преподобного Елеазара Анзерского

     Пре­по­доб­ный Еле­азар Ан­зер­ский ро­дил­ся в го­ро­де Ко­зель­ске в се­мье куп­цов Се­врю­ковых. По бла­го­сло­ве­нию ро­ди­те­лей он уда­лил­ся в Со­ло­вец­кий мо­на­стырь, где при­нял по­стриг от игу­ме­на пре­по­доб­но­го Ири­нар­ха († 1628; па­мять 17 июля). В мо­на­сты­ре от­кры­лось его уди­ви­тель­ное ху­до­же­ствен­ное да­ро­ва­ние: он обу­чил­ся резь­бе по де­ре­ву и участ­во­вал в укра­ше­нии Пре­об­ра­жен­ско­го со­бо­ра. В 1612 го­ду по бла­го­сло­ве­нию игу­ме­на он уда­лил­ся на Ан­зер­ский ост­ров, где стал от­шель­ни­ком и по­сто­ян­но пре­бы­вал в мо­лит­ве и бо­го­мыс­лии. Чтобы до­быть се­бе про­пи­та­ние на пу­стын­ном ост­ро­ве, пре­по­доб­ный Еле­азар вы­ре­зал де­ре­вян­ные чаш­ки, ко­то­рые остав­лял на при­ста­ни. Про­плы­вав­шие ми­мо ост­ро­ва за­би­ра­ли чаш­ки, а вза­мен остав­ля­ли при­па­сы.

     В 1616 го­ду пре­по­доб­ный Еле­азар был по­стри­жен в схи­му. Ино­ки, со­брав­ши­е­ся во­круг пре­по­доб­но­го, об­ра­зо­ва­ли скит со стро­гим уста­вом ино­че­ско­го жи­тия по древ­не­му об­раз­цу. Мо­на­ше­ские кел­лии бы­ли по­стро­е­ны да­ле­ко од­на от дру­гой. От­шель­ни­ки со­би­ра­лись вме­сте толь­ко для суб­бот­них и вос­крес­ных бо­го­слу­же­ний. Ке­лей­ная мо­лит­ва со­че­та­лась с тя­же­лым те­лес­ным тру­дом. Сре­ди уче­ни­ков пре­по­доб­но­го Еле­аза­ра был свя­щен­но­и­нок Ни­ки­та, бу­ду­щий пат­ри­арх Ни­кон. Царь Ми­ха­ил Фе­о­до­ро­вич (1613–1645), зная о по­движ­ни­че­ской жиз­ни свя­то­го, вы­зы­вал его в Моск­ву. Там пре­по­доб­ный Ири­нарх пред­рек ему рож­де­ние сы­на, за что царь щед­ро ода­рил его и по­мог устро­ить на ост­ро­ве ка­мен­ный храм во Имя Пре­свя­той Тро­и­цы и оби­тель.

     Пре­по­доб­ный Еле­азар за­ни­мал­ся кни­го­пи­са­ни­ем. Он со­ста­вил и пе­ре­пи­сал три кни­ги «Цвет­ни­ка», в ко­то­рые во­шли ста­рин­ные по­ве­сти. Ему при­над­ле­жит так­же тол­ко­ва­ние на чин ке­лей­но­го мо­на­ше­ско­го пра­ви­ла. Скон­чал­ся пре­по­доб­ный Еле­азар в глу­бо­кой ста­ро­сти.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-eleazar-anzerskij-sevrjukov

25 января - день памяти мученицы Татианы и с нею в Риме пострадавших

     Свя­тая Та­ти­а­на бы­ла до­че­рью бо­га­то­го рим­ля­ни­на и бы­ла вос­пи­та­на им в хри­сти­ан­ской ве­ре. Ко­гда Та­ти­а­на до­стиг­ла со­вер­шен­но­ле­тия, она ста­ла рав­но­душ­на к бо­гат­ству и иным бла­гам и воз­лю­би­ла всем серд­цем ду­хов­ный об­раз жиз­ни. Она на­все­гда от­ка­за­лась от су­пру­же­ской жиз­ни и за доб­ро­де­тель­ную жизнь бы­ла на­зна­че­на диа­ко­нис­сой Рим­ской церк­ви. В этой долж­но­сти она с усер­ди­ем уха­жи­ва­ла за боль­ны­ми, по­се­ща­ла тем­ни­цы, по­мо­га­ла неиму­щим, ста­ра­ясь по­сто­ян­но уго­дить Бо­гу мо­лит­ва­ми и доб­ры­ми де­ла­ми.

     При им­пе­ра­то­ре Алек­сан­дре Се­ве­ре (222–235 гг.) свя­тая Та­ти­а­на за ис­по­ве­да­ние Иису­са Хри­ста при­ня­ла му­че­ни­че­ское стра­да­ние от рим­ско­го гра­до­пра­ви­те­ля Уль­пи­а­на (око­ло 225 г.) Со­глас­но древ­не­му рас­ска­зу, свя­тую Та­ти­а­ну по­сле раз­ных ис­тя­за­ний бро­си­ли на аре­ну цир­ка (Ко­ли­зея), чтобы сви­ре­пый лев рас­тер­зал ее для за­ба­вы зри­те­лей. Но вме­сто это­го лев стал крот­ко лас­кать­ся к ней. То­гда свя­тую Та­ти­а­ну усек­ли ме­чом. Во­семь слуг гра­до­пра­ви­те­ля, му­чив­ших свя­тую, уве­ро­ва­ли в Иису­са Хри­ста, ви­дя над ней си­лу Бо­жию, – и они то­же бы­ли по­сле мук усе­че­ны ме­чом.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-tatiana-rimskaja

23 января - день памяти святителя Феофана, Затворника Вышенского

     В ми­ру Ге­ор­гий Ва­си­лье­вич Го­во­ров, ро­дил­ся 10 ян­ва­ря 1815 г. в се­ле Чер­нав­ское Ор­лов­ской гу­бер­нии в се­мье свя­щен­ни­ка. В 1837 г. окон­чил Ор­лов­скую Ду­хов­ную Се­ми­на­рию и по­сту­пил в Ки­ев­скую Ду­хов­ную Ака­де­мию.

     В 1841 г. окон­чил Ака­де­мию и при­нял мо­на­ше­ство с име­нем Фе­о­фан. За­тем пре­по­да­вал в Санкт-Пе­тер­бург­ской Ду­хов­ной Ака­де­мии (СПДА). В 1847 г. в со­ста­ве Рус­ской Ду­хов­ной Мис­сии был на­прав­лен в Иеру­са­лим, где по­се­тил свя­тые ме­ста, древ­ние мо­на­ше­ские оби­те­ли, бе­се­до­вал со стар­ца­ми Свя­той Го­ры Афон, изу­чал пи­са­ния от­цов Церк­ви по древним ру­ко­пи­сям.

     Здесь, на Во­сто­ке, бу­ду­щий свя­ти­тель ос­но­ва­тель­но изу­чил гре­че­ский и фран­цуз­ский язы­ки, озна­ко­мил­ся с ев­рей­ским и араб­ским. С на­ча­лом Крым­ской вой­ны чле­ны Ду­хов­ной Мис­сии бы­ли ото­зва­ны в Рос­сию, и в 1855 г. св. Фе­о­фан в сане ар­хи­манд­ри­та пре­по­да­ет в СПДА, за­тем ста­но­вит­ся рек­то­ром Оло­нец­кой Ду­хов­ной Се­ми­на­рии. С 1856 г. ар­хи­манд­рит Фе­о­фан – на­сто­я­тель по­соль­ской церк­ви в Кон­стан­ти­но­по­ле, с 1857 г. – рек­тор СПДА.

     В 1859 г. хи­ро­то­ни­сан во епи­ско­па Там­бов­ско­го и Шац­ко­го. В це­лях подъ­ема на­род­но­го об­ра­зо­ва­ния епи­скоп Фе­о­фан устра­и­ва­ет цер­ков­но­при­ход­ские и вос­крес­ные шко­лы, от­кры­ва­ет жен­ское епар­хи­аль­ное учи­ли­ще. В то же вре­мя он за­бо­тит­ся и о по­вы­ше­нии об­ра­зо­ва­ния са­мо­го ду­хо­вен­ства, С июля 1863 г. свя­ти­тель пре­бы­вал на Вла­ди­мир­ской ка­фед­ре. В 1866 г. по про­ше­нию уво­лен на по­кой в Успен­скую Вы­шен­скую пу­стынь Там­бов­ской епар­хии. Но не воз­мож­но­стью по­коя влек­ли к се­бе серд­це вла­ды­ки ти­хие мо­на­стыр­ские сте­ны, они зва­ли его к се­бе на но­вый ду­хов­ный по­двиг. Вре­мя, остав­ше­е­ся от бо­го­слу­же­ния и мо­лит­вы, свя­ти­тель по­свя­щал пись­мен­ным тру­дам. По­сле Пас­хи 1872 г. свя­ти­тель ухо­дит в за­твор. В это вре­мя он пи­шет ли­те­ра­тур­но-бо­го­слов­ские тру­ды: ис­тол­ко­ва­ние Свя­щен­но­го Пи­са­ния, пе­ре­вод тво­ре­ний древ­них от­цов и учи­те­лей, пи­шет мно­го­чис­лен­ные пись­ма к раз­ным ли­цам, об­ра­щав­шим­ся к нему с недо­умен­ны­ми во­про­са­ми, с прось­бой о по­мо­щи и на­став­ле­ни­ях. Он от­ме­чал: «Пи­сать – это служ­ба Церк­ви нуж­ная. Луч­шее упо­треб­ле­ние да­ра пи­сать и го­во­рить есть об­ра­ще­ние его на вра­зум­ле­ние греш­ни­ков».

     Свя­ти­тель ока­зал глу­бо­кое вли­я­ние на ду­хов­ное воз­рож­де­ние об­ще­ства. Его уче­ние во мно­гом род­ствен­но уче­нию стар­ца Па­и­сия Ве­лич­ков­ско­го, осо­бен­но в рас­кры­тии тем о стар­че­стве, ум­ном де­ла­нии и мо­лит­ве. Наи­бо­лее зна­чи­тель­ные тру­ды его – «Пись­ма о хри­сти­ан­ской жиз­ни», «Доб­ро­то­лю­бие» (пе­ре­вод), «Тол­ко­ва­ние апо­столь­ский по­сла­ний», «На­чер­та­ние хри­сти­ан­ско­го нра­во­уче­ния».

     Свя­ти­тель мир­но по­чил 6 ян­ва­ря 1894 г., в празд­ник Кре­ще­ния Гос­под­ня. При об­ла­че­нии на ли­це его про­си­я­ла бла­жен­ная улыб­ка. По­гре­бен в Ка­зан­ском со­бо­ре Вы­шен­ской пу­сты­ни.

     Ка­но­ни­зи­ро­ван в 1988 г. как по­движ­ник ве­ры и бла­го­че­стия, ока­зав­ший глу­бо­кое вли­я­ние на ду­хов­ное воз­рож­де­ние об­ще­ства сво­и­ми мно­го­чис­лен­ны­ми тво­ре­ни­я­ми, ко­то­рые мо­гут рас­смат­ри­вать­ся ча­да­ми Церк­ви как прак­ти­че­ское по­со­бие в де­ле хри­сти­ан­ско­го спа­се­ния.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-feofan-zatvornik

22 января - день памяти святителя Филиппа, митрополита Московского и всея России, чудотворца

     Свя­той Филипп (в ми­ру Фе­о­дор) про­ис­хо­дил из знат­но­го ро­да бо­яр Ко­лы­че­вых. Фе­о­дор был пер­ве­нец бо­яри­на и его бо­го­бо­яз­нен­ной су­пру­ги Вар­ва­ры. С ран­них лет Фе­о­дор, по вы­ра­же­нию жиз­не­опи­са­те­ля, с сер­деч­ной лю­бо­вью при­ле­пил­ся к бо­го­дух­но­вен­ным кни­гам, от­ли­чал­ся кро­то­стью и сте­пен­но­стью и чуж­дал­ся за­бав. По вы­со­ко­му сво­е­му про­ис­хож­де­нию он ча­сто бы­вал в цар­ском двор­це. Его кро­тость и бла­го­че­стие оста­ви­ли силь­ное впе­чат­ле­ние в ду­ше его сверст­ни­ка, ца­ря Иоан­на.

     По при­ме­ру сво­е­го от­ца Фе­о­дор на­чал во­ен­ную служ­бу, и его ожи­да­ло бле­стя­щее бу­ду­щее, но серд­це его не ле­жа­ло к бла­гам ми­ра. Про­тив обы­чая вре­ме­ни он мед­лил же­нить­ся до 30-лет­не­го воз­рас­та. Один раз в церк­ви, в вос­крес­ный день, силь­но по­дей­ство­ва­ли на него сло­ва Спа­си­те­ля: «Ни­кто не мо­жет слу­жить двум гос­по­дам, ибо или од­но­го бу­дет нена­ви­деть, а дру­го­го лю­бить, или од­но­му станет усерд­ство­вать, а о дру­гом нера­деть» (Мф.4:24). Услы­шав в них свое при­зва­ние к ино­че­ству, он тай­но от всех, в одеж­де про­сто­лю­ди­на, оста­вил Моск­ву и на­пра­вил­ся в Со­ло­вец­кую оби­тель. Здесь в те­че­нии де­вя­ти лет он без­ро­пот­но нес тяж­кие тру­ды по­слуш­ни­ка, ра­бо­тал, как про­стой се­ля­нин, то на ого­ро­де, то в куз­ни­це и пе­карне. На­ко­нец, по об­ще­му же­ла­нию бра­тии, был по­став­лен в пре­сви­те­ра и игу­ме­на.

     В этом сане он рев­ност­но за­бо­тил­ся о бла­го­со­сто­я­нии оби­те­ли в ма­те­ри­аль­ном, а боль­ше – в нрав­ствен­ном от­но­ше­нии. Он со­еди­нил озе­ра ка­на­ла­ми и осу­шил бо­лот­ные ме­ста для се­но­ко­сов, про­вел до­ро­ги в ме­стах преж­де непро­хо­ди­мых, за­вел скот­ный двор, улуч­шил со­ля­ные вар­ни­цы, воз­двиг два ве­ли­че­ствен­ных со­бо­ра – Успен­ский и Пре­об­ра­жен­ский, и дру­гие хра­мы, устро­ил боль­ни­цу, учре­дил ски­ты и пу­сты­ни для же­ла­ю­щих без­мол­вия и сам по вре­ме­нам уда­лял­ся в од­но уеди­нен­ное ме­сто, из­вест­ное в до­ре­во­лю­ци­он­ное вре­мя под име­нем Филип­по­вой пу­сты­ни. Он на­пи­сал для бра­тии но­вый устав, в ко­то­ром на­чер­тал об­раз тру­до­лю­би­вой жиз­ни, за­пре­ща­ю­щий празд­ность.

     Игу­ме­на Филип­па вы­зва­ли в Моск­ву для ду­хов­но­го со­ве­та, где при пер­вом же сви­да­нии с ца­рем он узнал, что для него на­зна­че­на ка­фед­ра мит­ро­по­ли­та. Со сле­за­ми он умо­лял Иоан­на: «Не раз­лу­чай ме­ня с мо­ей пу­сты­ней; не вру­чай ма­лой ла­дье бре­ме­ни ве­ли­ко­го». Иоанн был непре­кло­нен и по­ру­чил ар­хи­ере­ям и бо­ярам убе­дить Филип­па к при­ня­тию мит­ро­по­лии. Филипп со­гла­сил­ся, но тре­бо­вал уни­что­же­ния оприч­ни­ны. Ар­хи­ереи и бо­яре уго­ва­ри­ва­ли Филип­па не на­ста­и­вать уси­лен­но на этом тре­бо­ва­нии из ува­же­ния к са­мо­дер­жа­вию ца­ря и сми­рен­но при­нять сан. Филипп усту­пил во­ле ца­ря, ви­дя в ней Бо­жие из­бра­ние.

     В пер­вое вре­мя свя­ти­тель­ства Филип­па (1567–1568 гг.) утих­ли ужа­сы оприч­ни­ны, но так бы­ло недол­го. Опять на­ча­лись гра­бе­жи и убий­ства мир­ных граж­дан. Филипп несколь­ко раз в уеди­нен­ных бе­се­дах с ца­рем ста­рал­ся вра­зу­мить его, но ви­дя, что убеж­де­ния не по­мо­га­ют, ре­шил­ся дей­ство­вать от­кры­то.

     21 мар­та (1568 г.), в Кре­сто­по­клон­ную Неде­лю, пе­ред на­ча­лом ли­тур­гии мит­ро­по­лит сто­ял на воз­вы­ше­нии по­сре­ди хра­ма. Вдруг в цер­ковь вхо­дит Иоанн с тол­пой оприч­ни­ков. Все они и сам царь бы­ли в вы­со­ких чер­ных шлы­ках, в чер­ных ря­сах, из-под ко­то­рых бле­сте­ли но­жи и кин­жа­лы. Иоанн по­до­шел к свя­ти­те­лю со сто­ро­ны и три ра­за на­кло­нял свою го­ло­ву для бла­го­сло­ве­ния. Мит­ро­по­лит сто­ял непо­движ­но, устре­мив свой взор на ико­ну Спа­си­те­ля. На­ко­нец бо­яре ска­за­ли: «Вла­ды­ка свя­тый! Царь тре­бу­ет тво­е­го бла­го­сло­ве­ния». Свя­ти­тель обер­нул­ся к Иоан­ну, как бы не узна­вая его, и ска­зал: «В этой одеж­де стран­ной я не узнаю ца­ря пра­во­слав­но­го, не узнаю его и в де­лах цар­ства. Бла­го­че­сти­вый, ко­му по­рев­но­вал ты, ис­ка­зив та­ким об­ра­зом твое бла­го­ле­пие? С тех пор, как све­тит солн­це на небе, не слы­ха­но, чтобы бла­го­че­сти­вые ца­ри воз­му­ща­ли соб­ствен­ную дер­жа­ву... У та­тар и языч­ни­ков есть за­кон и прав­да, а у нас их нет. Мы, го­су­дарь, Бо­гу при­но­сим бес­кров­ную жерт­ву, а за ал­та­рем льет­ся невин­ная кровь хри­сти­ан. Не скорб­лю о тех, ко­то­рые, про­ли­вая свою невин­ную кровь, спо­доб­ля­ют­ся до­ли свя­тых му­че­ни­ков; о тво­ей бед­ной ду­ше стра­даю. Хо­тя и об­ра­зом Бо­жи­им по­чтен ты, од­на­ко ж, смерт­ный че­ло­век, и Гос­подь взы­щет все от ру­ки тво­ей».

     Иоанн ки­пел гне­вом, шеп­тал угро­зы, сту­чал жез­лом о пли­ты по­мо­ста. На­ко­нец вос­клик­нул: «Филипп! Или на­шей дер­жа­ве ты сме­ешь про­ти­вить­ся? По­смот­рим, уви­дим, ве­ли­ка ли твоя кре­пость». – «Царь бла­гий, – от­ве­тил свя­ти­тель, – на­прас­но ты ме­ня устра­ша­ешь. Я при­ше­лец на зем­ле, под­ви­за­ясь за ис­ти­ну, и ни­ка­кие стра­да­ния не за­ста­вят ме­ня умолк­нуть». Страш­но раз­дра­жен­ный, Иоанн вы­шел из церк­ви, но за­та­ил зло­бу до вре­ме­ни.

     28 июля, в празд­ник Смо­лен­ской ико­ны Бо­жи­ей Ма­те­ри, име­ну­е­мой Оди­гит­рия, свя­ти­тель Филипп слу­жил в Но­во­де­ви­чьем мо­на­сты­ре и со­вер­шал крест­ный ход во­круг стен мо­на­сты­ря. Там был и царь, окру­жен­ный оприч­ни­ка­ми. Во вре­мя чте­ния Еван­ге­лия свя­ти­тель за­ме­тил оприч­ни­ка, сто­яв­ше­го по­за­ди ца­ря в та­тар­ской шап­ке, и ука­зал на него Иоан­ну. Но ви­нов­ный по­спе­шил снять и спря­тать шап­ку. То­гда оприч­ни­ки об­ви­ни­ли мит­ро­по­ли­та в том, буд­то он ска­зал неправ­ду с це­лью уни­зить ца­ря пе­ред на­ро­дом. То­гда Иоанн ве­лел су­дить Филип­па. На­шлись кле­вет­ни­ки с лож­ны­ми об­ви­не­ни­я­ми про­тив свя­ти­те­ля, ко­то­ро­му не да­ли воз­мож­но­сти изоб­ли­чить их, и он был осуж­ден на ли­ше­ние ка­фед­ры.

8 но­яб­ря, в празд­ник Ар­хан­ге­ла Ми­ха­и­ла, свя­ти­тель в по­след­ний раз слу­жил в Успен­ском со­бо­ре; и он так же, как и в день об­ли­че­ния ца­ря Иоан­на Гроз­но­го, сто­ял на ка­фед­ре. Вдруг от­во­ри­лись цер­ков­ные две­ри, во­шел бо­ярин Бас­ма­нов в со­про­вож­де­нии тол­пы оприч­ни­ков и ве­лел про­честь бу­ма­гу, в ко­то­рой изум­лен­но­му на­ро­ду объ­яв­ля­ли, что мит­ро­по­лит ли­ша­ет­ся са­на. Тот­час же оприч­ни­ки со­рва­ли со свя­ти­те­ля об­ла­че­ние и, одев в обо­рван­ную мо­на­ше­скую ря­су, вы­ве­ли его вон из хра­ма, по­са­ди­ли на дров­ни и с ру­га­тель­ства­ми по­вез­ли в один из мос­ков­ских мо­на­сты­рей. Го­во­ри­ли, что царь хо­тел бы­ло сжечь ис­по­вед­ни­ка Хри­сто­ва на ко­ст­ре, и толь­ко по прось­бе ду­хо­вен­ства опре­де­ли­ли ему по­жиз­нен­ное за­то­че­ние. В то же вре­мя он каз­нил мно­гих род­ствен­ни­ков Филип­па. Го­ло­ву од­но­го из них, осо­бен­но лю­би­мо­го Филип­пом пле­мян­ни­ка Ива­на Бо­ри­со­ви­ча Ко­лы­че­ва, Гроз­ный по­слал свя­ти­те­лю. С бла­го­го­ве­ни­ем при­нял ее свя­ти­тель Филипп, по­ло­жил и, зем­но по­кло­нив­шись, по­це­ло­вал и ска­зал: «Бла­жен его же из­брал и при­ял еси Гос­по­ди», – и воз­вра­тил по­слав­ше­му. На­род с утра до ве­че­ра тол­пил­ся во­круг оби­те­ли, же­лая уви­деть хоть тень слав­но­го свя­ти­те­ля, и рас­ска­зы­вал о нем чу­де­са. То­гда Иоанн ве­лел пе­ре­ве­сти его в Твер­ской От­рочь мо­на­стырь.

     Год спу­стя царь со всей дру­жи­ной дви­нул­ся про­тив Нов­го­ро­да и Пско­ва и от­пра­вил впе­ре­ди се­бя оприч­ни­ка Ма­лю­ту Ску­ра­то­ва в От­рочь мо­на­стырь. Свя­той Филипп за три дня пред­ска­зал о пред­сто­яв­шей сво­ей кон­чине и при­го­то­вил­ся к ней при­ня­ти­ем Свя­тых Та­ин. Ма­лю­та с ли­це­мер­ным сми­ре­ни­ем по­до­шел к свя­ти­те­лю и про­сил бла­го­сло­ве­ния ца­рю. «Не ко­щун­ствуй, – ска­зал ему свя­той Филипп, – а де­лай то, за­ чем при­шел». Ма­лю­та бро­сил­ся на свя­ти­те­ля и за­ду­шил его. Тот­час же вы­ры­ли мо­ги­лу и опу­сти­ли в нее свя­щен­но­му­че­ни­ка на гла­зах Ма­лю­ты (23 де­каб­ря 1569 г.) Мо­щи свя­ти­те­ля Филип­па по­чи­ва­ли в мос­ков­ском Успен­ском со­бо­ре, ко­то­рый был сви­де­те­лем его ве­ли­чай­ше­го по­дви­га.

     По­сле му­че­ни­че­ской кон­чи­ны свя­ти­те­ля Филип­па († 23 де­каб­ря 1569 го­да) те­ло его бы­ло по­гре­бе­но в От­ро­че мо­на­сты­ре в Тве­ри. Ино­ки Со­ло­вец­кой оби­те­ли, где он преж­де был игу­ме­ном, ис­про­си­ли в 1591 го­ду поз­во­ле­ние пе­ре­не­сти его мо­щи в свой мо­на­стырь. Мно­го­стра­даль­ное нетлен­ное те­ло бы­ло по­ло­же­но в мо­ги­лу, при­го­тов­лен­ную епи­ско­пом Филип­пом для се­бя еще при жиз­ни, под па­пер­тью хра­ма пре­по­доб­ных Зо­си­мы и Сав­ва­тия Со­ло­вец­ких, око­ло гро­ба стар­ца Ио­ны (Ша­ми­на), лю­би­мо­го на­став­ни­ка его в мо­на­ше­ских по­дви­гах.

     29 ап­ре­ля 1646 го­да игу­ме­ну Со­ло­вец­кой оби­те­ли Илии по­сла­на бы­ла гра­мо­та пат­ри­ар­ха Иоси­фа о тор­же­ствен­ном от­кры­тии мо­щей свя­ти­те­ля и чу­до­твор­ца Филип­па. 31 мая мо­щи пе­ре­ло­жи­ли в но­вую ра­ку и по­ста­ви­ли в Пре­об­ра­жен­ском со­бо­ре.

     В 1652 го­ду Ни­кон, то­гда еще мит­ро­по­лит Нов­го­род­ский, пред­ло­жил пе­ре­не­сти в Моск­ву мо­щи трех свя­ти­те­лей-му­че­ни­ков: мит­ро­по­ли­та Филип­па, пат­ри­ар­хов Иова и Ер­мо­ге­на. По бла­го­сло­ве­нию пат­ри­ар­ха Иоси­фа мит­ро­по­лит Ни­кон от­пра­вил­ся в 1652 го­ду в Со­лов­ки за мо­ща­ми свя­ти­те­ля Филип­па и тор­же­ствен­но пе­ре­нес их в Моск­ву. В ру­ки свя­то­го бы­ла вло­же­на по­ка­ян­ная гра­мо­та ца­ря Алек­сея Ми­хай­ло­ви­ча, в ко­то­рой он мо­лил о про­ще­нии гре­хов сво­е­го пра­де­да Иоан­на Гроз­но­го, «скло­няя» свою власть пе­ред вла­стью цер­ков­ной. 3 июля свя­тые мо­щи встре­ча­ли в Москве: «пас­тырь, невин­но из­гнан­ный, был воз­вра­щен на свой пре­стол». В Успен­ском со­бо­ре «на са­мой сре­дине сто­ял он 10 дней» и во все дни с утра до ве­че­ра был звон, как в Пас­халь­ную неде­лю. За­тем свя­тые мо­щи бы­ли по­став­ле­ны в Успен­ском со­бо­ре у юж­ной две­ри ал­та­ря.

     На ме­сте встре­чи мо­щей свя­ти­те­ля Филип­па мос­ков­ским ду­хо­вен­ством и на­ро­дом был воз­двиг­нут крест, от ко­то­ро­го по­лу­чи­ла свое на­зва­ние Кре­стов­ская за­ста­ва в Москве (у Риж­ско­го вок­за­ла).

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-filipp-II-moskovskij-i-vseja-rusi

20 января - Собор Предтечи и Крестителя Господня Иоанна

     Про­рок Иоанн Кре­сти­тель – по­сле Де­вы Ма­рии са­мый чти­мый свя­той. В честь его уста­нов­ле­ны сле­ду­ю­щие празд­ни­ки: 6 ок­тяб­ря – за­ча­тие, 7 июля – рож­де­ство, 11 сен­тяб­ря – усек­но­ве­ние гла­вы, 20 ян­ва­ря – Со­бор Иоан­на Кре­сти­те­ля в свя­зи с празд­ни­ком Кре­ще­ния, 9 мар­та – пер­вое и вто­рое об­ре­те­ние его гла­вы, 7 июня – тре­тье об­ре­те­ние его гла­вы, 25 ок­тяб­ря – празд­ник пе­ре­не­се­ния его пра­вой ру­ки с Маль­ты в Гат­чи­ну (по но­во­му сти­лю).

     Про­рок Иоанн Кре­сти­тель был сы­ном свя­щен­ни­ка За­ха­рии (из ро­да Ааро­на) и пра­вед­ной Ели­за­ве­ты (из ро­да ца­ря Да­ви­да). Жи­ли его ро­ди­те­ли око­ло Хев­ро­на (в На­гор­ной стране), на юг от Иеру­са­ли­ма. Он при­хо­дил­ся по ма­те­рин­ской ли­нии род­ствен­ни­ком Гос­по­да Иису­са Хри­ста и ро­дил­ся на шесть ме­ся­цев рань­ше Гос­по­да. Как по­вест­ву­ет еван­ге­лист Лу­ка, Ар­хан­гел Гав­ри­ил, явив­шись его от­цу За­ха­рии в хра­ме, воз­ве­стил о рож­де­нии у него сы­на. И вот у бла­го­че­сти­вых су­пру­гов, до пре­клон­ной ста­ро­сти ли­шен­ных уте­ше­ния иметь де­тей, на­ко­нец рож­да­ет­ся сын, ко­то­ро­го они ис­про­си­ли в мо­лит­вах.

     По ми­ло­сти Бо­жи­ей он из­бе­жал смер­ти сре­ди ты­сяч уби­тых мла­ден­цев в Виф­ле­е­ме и его окрест­но­стях. Свя­той Иоанн вы­рос в ди­кой пу­стыне, го­то­вя се­бя к ве­ли­ко­му слу­же­нию стро­гой жиз­нью – по­стом и мо­лит­вой. Он но­сил гру­бую одеж­ду, при­хва­чен­ную ко­жа­ным по­я­сом, и пи­тал­ся ди­ким ме­дом и ак­ри­да­ми (род са­ран­чи). Он остал­ся пу­стын­но­жи­те­лем до тех пор, по­ка Гос­подь не при­звал его в трид­ца­ти­лет­нем воз­расте к про­по­ве­ди ев­рей­ско­му на­ро­ду.

     По­ви­ну­ясь это­му при­зва­нию, про­рок Иоанн явил­ся на бе­ре­гах Иор­да­на, чтобы при­го­то­вить на­род к при­ня­тию ожи­да­е­мо­го Мес­сии (Хри­ста). К ре­ке пе­ред празд­ни­ком очи­ще­ния в боль­шом ко­ли­че­стве схо­дил­ся на­род для ре­ли­ги­оз­ных омо­ве­ний. Здесь и об­ра­тил­ся к ним Иоанн, про­по­ве­дуя по­ка­я­ние и кре­ще­ние во остав­ле­ние гре­хов. Сущ­ность его про­по­ве­ди за­клю­ча­лась в том, что преж­де, чем по­лу­чить внеш­нее омо­ве­ние, лю­ди долж­ны нрав­ствен­но очи­стить­ся, и та­ким об­ра­зом при­го­то­вить се­бя к при­ня­тию Еван­ге­лия. Ко­неч­но, кре­ще­ние Иоан­на не бы­ло еще бла­го­дат­ным та­ин­ством хри­сти­ан­ско­го Кре­ще­ния. Смысл его за­клю­чал­ся в ду­хов­ном при­го­тов­ле­нии к при­ня­тию бу­ду­ще­го Кре­ще­ния во­дой и Свя­тым Ду­хом.

     По вы­ра­же­нию од­ной цер­ков­ной мо­лит­вы, про­рок Иоанн был свет­лой утрен­ней звез­дой, ко­то­рая сво­им блес­ком пре­вос­хо­ди­ла си­я­ние всех дру­гих звезд и пред­ве­ща­ла утро бла­го­дат­но­го дня, осве­ща­е­мо­го ду­хов­ным Солн­цем Хри­стом (Мал.4:2). Ко­гда ожи­да­ние Мес­сии до­стиг­ло выс­шей сте­пе­ни, при­шел к Иоан­ну на Иор­дан кре­стить­ся и Сам Спа­си­тель ми­ра, Гос­подь Иисус Хри­стос. Кре­ще­ние Хри­ста со­про­вож­да­лось чу­дес­ны­ми яв­ле­ни­я­ми – схож­де­ни­ем Свя­то­го Ду­ха в ви­де го­лу­бя и го­ло­сом Бо­га От­ца с неба: «Сей есть Сын Мой воз­люб­лен­ный... »

     По­лу­чив от­кро­ве­ние о Иису­се Хри­сте, про­рок Иоанн го­во­рил на­ро­ду о Нем: «Вот Аг­нец Бо­жий, ко­то­рый бе­рет на Се­бя гре­хи ми­ра». Услы­шав это, двое из уче­ни­ков Иоан­на при­со­еди­ни­лись к Иису­су Хри­сту. То бы­ли апо­сто­лы Иоанн (Бо­го­слов) и Ан­дрей (Пер­во­зван­ный, брат Си­мо­на Пет­ра).

     Кре­ще­ни­ем Спа­си­те­ля про­рок Иоанн за­вер­шил и как бы за­пе­чат­лел свое про­ро­че­ское слу­же­ние. Он без­бо­яз­нен­но и стро­го об­ли­чал по­ро­ки как про­стых лю­дей, так и силь­ных ми­ра се­го. За это он ско­ро по­стра­дал.

Царь Ирод Ан­ти­па (сы­на ца­ря Иро­да Ве­ли­ко­го) при­ка­зал по­са­дить про­ро­ка Иоан­на в тем­ни­цу за об­ли­че­ние его в остав­ле­нии сво­ей за­кон­ной же­ны (до­че­ри ара­вий­ско­го ца­ря Аре­фы) и за неза­кон­ное со­жи­тель­ство с Иро­ди­а­дой. Иро­ди­а­да до это­го бы­ла за­му­жем за род­ным бра­том Иро­да Филип­пом.

     В день сво­е­го рож­де­ния Ирод устро­ил пир, на ко­то­рый съе­ха­лось мно­го знат­ных го­стей. Са­ло­мия, дочь нече­сти­вой Иро­ди­а­ды, сво­ей нескром­ной пляс­кой во вре­мя пи­ра до то­го уго­ди­ла Иро­ду и воз­ле­жа­щим с ним го­стям, что царь с клят­вой обе­щал ей дать все, че­го ни по­про­сит она, да­же до по­ло­ви­ны сво­е­го цар­ства. Тан­цов­щи­ца, на­учен­ная ма­те­рью, про­си­ла дать ей то­гда же на блю­де го­ло­ву Иоан­на Кре­сти­те­ля. Ирод ува­жал Иоан­на как про­ро­ка, по­это­му он опе­ча­лил­ся от та­кой прось­бы. Од­на­ко по­стес­нял­ся на­ру­шить дан­ную им клят­ву и по­слал стра­жа в тем­ни­цу, ко­то­рый от­сек Иоан­ну го­ло­ву и от­дал ее де­ви­це, а та от­нес­ла го­ло­ву сво­ей ма­те­ри. Иро­ди­а­да, над­ру­гав­шись над от­се­чен­ной свя­той гла­вой про­ро­ка, бро­си­ла ее в гряз­ное ме­сто. Уче­ни­ки Иоан­на Кре­сти­те­ля по­греб­ли его те­ло в са­ма­рян­ском го­ро­де Се­ва­стии. За свое зло­де­я­ние Ирод по­лу­чил воз­мез­дие в 38 го­ду по­сле Р. X.; его вой­ска бы­ли раз­би­ты Аре­фой, вы­сту­пив­шим про­тив него за бес­че­стье до­че­ри, ко­то­рую он по­ки­нул ра­ди Иро­ди­а­ды, а в сле­ду­ю­щем го­ду рим­ский им­пе­ра­тор Ка­ли­гу­ла со­слал Иро­да в за­то­че­ние.

     Как по­вест­ву­ет пре­да­ние, еван­ге­лист Лу­ка, об­хо­дя с про­по­ве­дью Хри­сто­вой раз­ные го­ро­да и се­ле­ния, из Се­ва­стии взял в Ан­тио­хию ча­сти­цу мо­щей ве­ли­ко­го про­ро­ка – его пра­вую ру­ку. В 959 го­ду, ко­гда му­суль­мане овла­де­ли Ан­тио­хи­ей (при им­пе­ра­то­ре Кон­стан­тине Пор­фи­ро­род­ном), дья­кон пе­ре­нес ру­ку Пред­те­чи из Ан­тио­хии в Xал­ке­дон, от­ку­да она бы­ла пе­ре­ве­зе­на в Кон­стан­ти­но­поль, где и хра­ни­лась до вре­ме­ни за­во­е­ва­ния это­го го­ро­да тур­ка­ми. По­том пра­вая ру­ка Иоан­на Кре­сти­те­ля хра­ни­лась в Пе­тер­бур­ге в церк­ви Неру­ко­твор­но­го Спа­са в Зим­нем Двор­це.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-prorok-i-krestitel-ioann-predtecha

18 января - Навечерие Богоявления (Крещенский сочельник)

     18 января в Русской Православной Церкви день Навечерия Крещения Господня, или, Крещенский сочельник.

     До 5 века было принято вспоминать рождение и крещение Сына Божия в один день — 6 января и назывался этот праздник Феофанией — Богоявлением, что говорило о воплощении Христа в мир и о явлении Троицы в водах Иорданских. Перенесено празднество Рождества Христова на 25 декабря (по Юлианскому календарю, или старому стилю) было уже позже, в 5 веке. Так было положено начало новому церковному явлению — святкам, заканчивающимся навечерием, или сочельником праздника Крещения.

     Слово навечерие означает преддверие церковного торжества, а второе название — сочельник (или сочевник) связано с традицией в этот день варить пшеничный взвар с мёдом и изюмом — сочиво.

     Ввиду важности совершившегося в наступающий день события в жизни Иисуса Христа, Церковь установила пост. Именно отсюда и пошла традиция варить сочиво, которая не является обязательной, но настолько удобна, что вошла в традицию повсеместно. Разумеется, в наши дни не у всех есть такая возможность, но пост соблюсти всё же необходимо: «Сице убо окормляеми Божиею Благодатию, лихоимства свободимся», говорит нам Типикон. Под лихоимством понимается всё, что вкушается сверх нужды и пусть мерилом здесь будет каждому его совесть.

     Меру поста верующие определяют индивидуально, по силам и благословению духовника. В этот день, как и в Рождественский сочельник, не вкушают пищу до выноса свечи после Литургии утром и первого причащения крещенской воды.

     В сочельник, после литургии в храмах совершается великое освящение воды. Водоосвящение называется великим по особенной торжественности обряда, проникнутого воспоминанием евангельского события, которое стало не только первообразом таинственного омовения грехов, но и действительным освящением самого естества воды через погружение в нее Бога во плоти. Вода эта называется Агиасмой, или просто крещенской водой. Под влиянием Иерусалимского устава, с 11–12 века водоосвящение происходит два раза — и в Крещенский сочельник, и непосредственно в праздник Богоявления. Освящение в оба дня проходит одинаковым чином, поэтому вода, освященная в эти дни, ничем не отличается.

     Есть благочестивая традиция кропить в этот день крещенской водой своё жилище с пением тропаря Богоявления. Крещенскую воду весь год употребляют натощак в небольших количествах, обычно вместе с кусочком просфоры «дабы силу, здравие подкрепляющую, болезни исцеляющую, демонов прогоняющую и все вражие наветы отвращающую, возмогли мы получить от Бога».

     При этом читается молитва: «Господи Боже мой, да будет дар Твой святый и святая Твоя вода во оставление грехов моих, в просвещение ума моего, в укрепление душевных и телесных сил моих, во здравие души и тела моего, в покорение страстей и немощей моих по безпредельному милосердию Твоему молитвами Пречистыя Твоея Матери и всех святых Твоих. Аминь». При недугах или нападениях злых сил пить воду можно и нужно, не колеблясь, в любое время.

     Особенным свойством святой воды является то, что, добавленная даже в небольшом количестве к воде обычной, она сообщает благодатные свойства и ей, поэтому в случае нехватки святой воды ее можно разбавить простой.

     Нельзя забывать, что освященная вода — это церковная святыня, с которой соприкоснулась благодать Божия, и которая требует к себе благоговейного отношения. При благоговейном отношении святая вода не портится многие годы. Хранить ее следует в отдельном месте, лучше рядом с домашним иконостасом.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/prazdnik-navecherie-bogojavlenija-kreshchenskij-sochelnik

17 января - Собор 70-ти апостолов

     Со­бор свя­тых се­ми­де­ся­ти апо­сто­лов был уста­нов­лен Пра­во­слав­ной Цер­ко­вью для то­го, чтобы по­ка­зать рав­но­че­стие каж­до­го из се­ми­де­ся­ти и тем са­мым предот­вра­тить раз­но­гла­сия в по­чи­та­нии их. Они бы­ли из­бра­ны Гос­по­дом Иису­сом Хри­стом, чтобы бла­го­вест­во­вать Еван­ге­лие всей все­лен­ной.

     По со­ше­ствии Свя­то­го Ду­ха апо­сто­лы про­по­ве­до­ва­ли в раз­ных стра­нах, и неко­то­рые со­пут­ство­ва­ли апо­сто­лам из 12-ти, как свя­тые еван­ге­ли­сты Марк и Лу­ка, спо­движ­ник свя­то­го апо­сто­ла Пав­ла Ти­мо­фей, уче­ник свя­то­го еван­ге­ли­ста Иоан­на Бо­го­сло­ва свя­той Про­хор и дру­гие. Мно­гие из них бы­ли уз­ни­ка­ми за Хри­ста, мно­гие при­ня­ли ве­нец му­че­ни­че­ской смер­ти.

     На ос­но­ва­нии Бо­же­ствен­но­го Пи­са­ния, пре­да­ния свя­тых от­цов, древ­них ис­то­ри­ков и до­сто­вер­ных цер­ков­ных по­вест­во­ва­те­лей мож­но пред­ста­вить лик свя­тых се­ми­де­ся­ти апо­сто­лов в сле­ду­ю­щем ви­де:

1 Иаков брат Госпо­день по пло­ти 5 ноября, Неделя по Рождестве Христовом
2 Апостол и еван­ге­лист Марк 8 мая
3 Еванге­лист Лука 31 октября, 5 мая
4 Клеопа, младший брат свя­то­го Иосифа Обруч­ни­ка  
5 Священ­но­му­че­ник Симеон, сродник Госпо­день по пло­ти 10 мая
6 Варна­ва, названный так Апосто­ла­ми, а преж­де назы­вав­ший­ся Иосия 24 июня
7 Иосия или Иосиф, назы­вав­ший­ся так­же Варса­ва и Иуст 12 ноября
8 Фаддей 3 сентября
9 Анания 14 октяб­ря
10 Стефан, пер­во­му­че­ник и архи­ди­а­кон 9 января, 28 сентября, 15 августа
11 Филипп от 7-ми диаконов 24 октября
12 Прохор от 7-ми диаконов 10 августа
13 Никанор от 7-ми диаконов 10 января, 10 августа
14 Тимон от 7-ми диаконов 12 января, 10 августа
15 Пармен от 7-ми диаконов 10 августа
16 Тимофей 4 февраля
17 Тит 7 сентября
18 Филимон 4 марта в невисокосный год / 3 марта в високосный год и 5 декабря
19 Онисим 28 февраля
20 Епафрас  
21 Архипп 4 марта в невисокосный год / 3 марта в високосный год и 5 декабря
22 Сила 12 августа
23 Силуан 12 августа
24 Крискент 12 августа
25 Крисп  
26 Епенет 12 августа
27 Андро­ник 30 мая, 12 августа
28 Стахий 13 ноября
29 Амплий 13 ноября
30 Урван 13 ноября
31 Наркисс 13 ноября
32 Аполлос (Апеллий) 12 апреля, 23 сентября, 21 декабря
33 Аристо­вул 29 марта и 13 ноября
34 Ироди­он или Родион 21 апреля и 23 ноября
35 Агав 21 апреля
36 Руф 21 апреля
37 Асинкрит 21 апреля
38 Флегонт 21 апреля
39 Ерм 21 марта, 18 ноября
40 Патров 18 ноября
41 Ермий 21 апреля, 13 июня
42 Лин 18 ноября
43 Гаий 18 ноября
44 Филолог 18 ноября
45 Лукий 23 сентября
46 Иасон 11 мая
47 Сосипатр 11 мая
48 Олимпан или Олимп 23 ноября
49 Тертий 4 июля, 12 ноября, 23 ноября
50 Ераст 23 ноября
51 Кварт 23 ноября
52 Евод 20 сентября
53 Ониси­фор 20 сентября и 21 декабря
54 Священ­но­му­че­ник Климент 8 декабря, 28 декабря, Сырная суббота
55 Сосфен 12 апреля, 21 декабря
56 Апеллий (Апеллес) 13 ноября
57 Тихик 21 декабря
58 Епафро­дит 12 апреля, 21 декабря
58 Карп 8 июня
59 Кодрат 4 октября
60 Марк, име­ну­е­мый Иоанном 10 октября
61 Зина, по прозванию Закон­ник 10 октября
62 Аристарх 28 апреля, 10 октября
63 Пуд 28 апреля
64 Трофим 28 апреля
65 Артема 12 ноября
66 Акила 27 июля
67 Форту­нат  
68 Ахаик  
69 Дионисий Ареопа­гит 16 октября
70 Симеон, име­ну­е­мый Нигер  
71 Кесарь 12 апреля, 21 декабря

     По гре­че­ским Ме­но­ло­ги­ям (Си­нак­сарь Ни­ко­ди­ма), к 70 апо­сто­лам при­чис­ля­ют­ся так­же Еввул и Ним­фан.

     В IX ве­ке Пра­во­слав­ная Цер­ковь при­ня­ла от Иоси­фа Пес­но­пис­ца ка­нон на день Со­бо­ра 70-ти апо­сто­лов Хри­сто­вых.

     Осо­бо Цер­ковь по­чи­та­ет и вос­хва­ля­ет 70 апо­сто­лов за то, что они на­учи­ли по­чи­тать Тро­и­цу Еди­но­сущ­ную и Нераз­дель­ную. 

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-sobor-70-ti-apostolov

16 января - день памяти пророка Малахии

     Свя­той про­рок Ма­ла­хия жил за 400 лет до Рож­де­ства Хри­сто­ва, во вре­ме­на воз­вра­ще­ния иуде­ев из пле­на ва­ви­лон­ско­го. Ма­ла­хия был по­след­ним из вет­хо­за­вет­ных про­ро­ков, по­это­му свя­тые от­цы на­зы­ва­ют его «пе­ча­тью про­ро­ков». Яв­ля­ясь об­раз­цом ду­шев­ной доб­ро­ты и бла­го­че­стия, он при­во­дил в удив­ле­ние на­род и был на­зван Ма­ла­хи­ей, то есть Ан­ге­лом, или вест­ни­ком. В ка­нон Свя­щен­ных книг вхо­дит его про­ро­че­ская кни­га, в ко­то­рой он об­ли­чал иуде­ев, пред­ска­зы­вая при­ше­ствие Иису­са Хри­ста и Его Пред­те­чи и по­след­ний Суд (Мал.3:1-5, 4:1-6).

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-malahija

15 января - второе обретение мощей преподобного Серафима Саровского, чудотворца

     В январе 1991 г., в запасниках Музея истории религии и атеизма, который располагался в здании Казанского собора в Ленинграде, неожиданно для всех были найдены мощи преподобного Серафима Саровского - одного из самых почитаемых русских православных святых.

Преподобный Серафим Саровский был прославлен Русской Православной Церковью в лике святых летом 1903 г. при деятельном участии и даже по настоянию св. царя Николая II, лично весьма почитавшего Саровского старца. К моменту прославления почитание преподобного Серафима уже было широко распространено по всей России. Сведения о случаях его благодатной помощи, рассказы о его чудотворениях, воспоминания лично его знавших людей, душеполезные поучения старца - всё это передавалось в православном народе от поколения к поколению, сохранялось для потомков и сообщалось церковному священноначалию. Известно было и предсказание преподобного Серафима о том, что его мощи будут найдены, а затем в годину гонений за христианскую веру снова будут утрачены, как впоследствии в точности и произошло.

     Вскоре после октябрьского переворота большевиками было воздвигнуто неслыханное гонение не только Православие, причём началось это гонение не столько с живых свидетелей православной веры, сколько с уже почивших её исповедников, прославленных во святых. Была развязана кощунственная кампания по вскрытию и изъятию святых мощей. Специальные комиссии, в которые для видимости соблюдения законности включали представителей духовенства, вскрывали раки со св. мощами, составляли протоколы об их освидетельствовании, а затем увозили св. мощи в неизвестном направлении.

     Немалое смущение верующих, возникавшее при виде такого безнаказанного святотатства, было непередаваемо. Утешать могло только то, что, как свидетельствовал один из очевидцев тех событий профессор И.М. Андреев, "издевательства над мощами святых нельзя рассматривать иначе, как соучастие святых в общенародных страданиях и пытках: страдает весь русский народ, и с ним страдают русские святые". Правоту этих слов подтверждали неоднократные явления русских святых почитавшим их православным людям со словами утешения, ободрения и благословения на подвиг верности Христу.

     Иногда частицы св. мощей благочестивым православным христианам удавалось укрывать в своих домах, некоторые из св. мощей тайно сохраняли священнослужители, но большинство было предано поруганию.

     Так случилось и с мощами преподобного Серафима, которые тоже, как он сам предсказал, канули в неизвестность. Документально подтверждёнными были только два факта: 17 декабря 1920 г. мощи, хранившиеся в Дивеевском монастыре под Арзамасом, были вскрыты, а 16 августа 1921 г. закрыты и увезены. Известно было и другое: в конце 1920-х гг. мощи преп. Серафима выставлялись для обозрения в московском Страстном монастыре, где в то время был организован антирелигиозный музей. Мощи, вероятно, находились там до 1934 г., когда Страстной монастырь был взорван.

     Последующая история стала проясняться только в 1990 г. и наиболее полно эту историю передаёт Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II в слове, сказанном им в Троицком соборе Александро-Невской лавры 12 января 1991 г., на следующий день после подписания протокола о передаче св. мощей преподобного Серафима Саровского Русской Православной Церкви.

     "Уже при первой встрече с директором Музея истории религии, - говорил Патриарх Алексий II, - мы договорились о том, что мощи, как православные святыни, должны быть возвращены Церкви.

     Первая святыня, которая была возвращена, - мощи святого благоверного князя Александра Невского. Вскоре были переданы Церкви и мощи преподобных Зосимы, Савватия и Германа Соловецких. Считалось, что никаких других мощей в музее нет, но в связи с намеченным переездом из Казанского собора сотрудники музея заново проверяли запасники и в помещении, где хранились гобелены, обнаружили зашитые в рогожу мощи. Когда их вскрыли, то на перчаточке прочитали надпись: "Преподобный отче Серафиме, моли Бога о нас!" Чьи это мощи? Кроме надписи на перчатке, никакой другой информации не было: ни номера, ни описания.

     История же изъятия мощей преподобного Серафима такова. Из Сарова они были доставлены в Арзамас, из Арзамаса - в Донской монастырь. Далее след теряется", - продолжает Святейший Патриарх.

Вспоминая, как трудно было верующему народу смириться с тем, что мощи утрачены, Патриарх Алексий II свидетельствует: "Во многих местах находили какие-то предметы, которые приписывались преподобному: его топорик, части одежды, мантии, рукавички".

     Патриарх Алексий II начал поиски акта о вскрытии мощей преп. Серафима, который вскоре был найден. "И, сопоставив два акта - о канонизации в 1903 году и о вскрытии в 1920 году, - говорит Святейший Патриарх, - я направил в Ленинград двух архипастырей - епископов Тамбовского и Мичуринского Евгения и Истринского Арсения, которые исследовали мощи... Архипастыри, которые производили осмотр, свидетельствовали о чувстве благодатности и благоухании мощей, которые им пришлось обследовать. После сопоставления появилась уверенность, что это действительно мощи преподобного Серафима. До передачи оставалось одиннадцать дней. Была изготовлена рака, в которую мощи были переложены накануне возвращения их Русской Православной Церкви".

     Мощи преп. Серафима Саровского были перенесены в Москву и установлены в Богоявленском кафедральном соборе для поклонения. Из этого собора, куда в течение нескольких месяцев безостановочно шли и шли православные верующие, началось продолжительное странствие св. мощей по городам и весям - по пути из Москвы в Дивеево. Этот своеобразный всероссийский "крестный ход на колёсах" (мощи перевозили в микроавтобусе, за которым неотступно следовал автомобиль Патриарха) останавливался в городах и монастырях по пути следования, где Патриарх служил Литургию и совершались бесчисленные акафисты преподобному Серафиму. 1 августа 1991 г., в день памяти преп. Серафима Саровского, его св. мощи были возвращены в Дивеевский монастырь, основанный преп. Серафимом. Это было одним из самых ярких чудес русской церковной истории XX века.

     Информация взята с http://www.pravoslavie.ru/archiv/moshiserafima.htm

14 января - По плоти обрезание Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа

     Обрезание в качестве обряда посвящения Божеству существовало у многих народов, в том числе и у египтян. В еврейском понимании кровь священна, так как «кровь есть душа», кровь, текущая из органа, дающего жизнь, означает посвящение Богу жизни, принятой как дар. У израильтян этот обряд стал знаменовать вступление в союз-завет Авраама и избранного народа с Богом и должен был напоминать народу о вытекающих из этого обязательствах.

     Православная Церковь отмечает 14 января праздник Обрезания Господня. Во всех храмах в этот день пройдут праздничные богослужения.

     Евангельское предание гласит, что на восьмой день после Рождения Иисус Христос, по ветхозаветному закону, прошел обряд обрезания. Обряд был установлен для всех младенцев мужского пола в знак завета Бога с праотцом Авраамом и его потомками.

     При совершении этого обряда Божественному Младенцу было дано имя Иисус (Спаситель), произнесенное архангелом Гавриилом еще в день Благовещения Деве Марии.

     По толкованию отцов Церкви, Бог-Сын принял обрезание, чтобы показать людям пример неукоснительного исполнения Божественных установлений и чтобы никто впоследствии не мог усомниться в том, что Он был истинным Человеком, а не носителем призрачной плоти, как учили некоторые еретики.

     В Новом Завете обряд обрезания уступил место таинству Крещения, прообразом которого он и являлся.

     Свидетельства о праздновании Обрезания Господня в Восточной Церкви восходят к IV веку.

     Праздник Обрезания Господня продолжается один день и соединяется с празднованием памяти святого Василия Великого, архиепископа Кесарии Каппадокийской, отчего в народе он известен под именем Васильева дня.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/prazdnik-obrezanie-gospodne

13 января - день памяти праведных Иосифа Обручника, Давида царя и Иакова, брата Господня

     Свя­той Иосиф Об­руч­ник про­ис­хо­дил из ро­да ца­ря Да­ви­да. В пер­вом бра­ке у него бы­ло че­ты­ре сы­на и две до­че­ри. Ов­до­вев, свя­той Иосиф жил в стро­гом воз­дер­жа­нии. Вось­ми­де­ся­ти­лет­ним стар­цем он был из­бран пер­во­свя­щен­ни­ка­ми хра­ни­те­лем дев­ства Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы, дав­шей обет без­бра­чия. О во­пло­ще­нии через Нее Сы­на Бо­жия ему воз­ве­стил Ан­гел. Свя­той Иосиф при­сут­ство­вал при по­кло­не­нии пас­ты­рей Но­во­рож­ден­но­му Бо­гом­ла­ден­цу и при по­кло­не­нии Ему волх­вов. По ука­за­нию Ан­ге­ла он бе­жал с Ма­те­рью Бо­жи­ей и Бо­гом­ла­ден­цем Иису­сом в Еги­пет, спа­сая Их от гне­ва ца­ря Иро­да. В Егип­те он жил с Де­вой Ма­ри­ей и Бо­гом­ла­ден­цем, за­ра­ба­ты­вая на Их про­пи­та­ние тру­дом плот­ни­ка. Скон­чал­ся свя­той Иосиф в воз­расте око­ло ста лет.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/saint/6396/1753/3885/group

12 января - день памяти святителя Макария, митрополита Московского

     Святитель Макарий — это аскет, молитвенник, богослов, иконописец, патриот Московской Руси, государственный деятель и дипломат, выдающийся представитель русской культуры, замечательный книжник своего времени, известный своими большими организаторскими способностями. Он трижды, все с большим успехом, предпринимал попытки собрать воедино всю духовную литературу того времени, пока эта грандиозная задача не была воплощена в его знаменитых Минеях Четьях.

     С его именем связано первое систематическое изложение истории — составление Степенной Книги, а так же начало новой страницы в истории русской книжности — учреждение книгопечатания на Руси. Современники называли Митрополита Макария чудным. Можно говорить, что именем Митрополита Макария может быть названо время середины XVI века. Он был канонизован в 1988 году на Соборе в дни празднования великого юбилея – Тысячелетия Крещения Руси. О Митрополите Макарии существует не малая разножанровая литература.

Главное книжное детище святителя Макария — это Минеи Четьи. В XIX веке при их издании Археографической Комиссией им было усвоено именование Великие Макарьевские Минеи Четьи. К сожалению, их издание прекратилось в 1917 году, не будучи доведенным до конца. Уже в наши дни была издана Майская Минея Успенской редакции. В процессе подготовки данного издания была выявлена недостающая Софийская майская Минея. Таким образом, это важное достижение нашего времени в вопросе изучения Макарьевского наследия.

     Информация взята с https://www.pravmir.ru/tserkov-chtit-pamyat-svyatitelya-makariya-mitropolita-moskovskogo-i-vseya-rusi/

10 января - день памяти мучеников 20 000, в Никомидии в церкви сожженных, и прочих, тамо же вне церкви пострадавших

     В на­ча­ле IV ве­ка им­пе­ра­тор Мак­си­ми­ан (284–305) при­ка­зал раз­ру­шать хри­сти­ан­ские хра­мы, сжи­гать бо­го­слу­жеб­ные кни­ги и ли­шать всех хри­сти­ан граж­дан­ских прав и долж­но­стей. В это вре­мя епи­ско­пом го­ро­да Ни­ко­ми­дии был свя­той Ки­рилл, ко­то­рый про­по­ве­дью и жиз­нью спо­соб­ство­вал рас­про­стра­не­нию хри­сти­ан­ской ве­ры, так что мно­гие из са­нов­ни­ков им­пе­ра­то­ра бы­ли тай­ны­ми хри­сти­а­на­ми.

     Во двор­це им­пе­ра­то­ра жи­ла язы­че­ская жри­ца Дом­на. В от­сут­ствие Мак­си­ми­а­на она про­чла Де­я­ния апо­сто­лов и По­сла­ния апо­сто­ла Пав­ла. Серд­це ее за­го­ре­лось же­ла­ни­ем по­зна­ко­мить­ся с хри­сти­ан­ским уче­ни­ем. При со­дей­ствии неко­ей юной хри­сти­ан­ки Дом­на тай­но при­шла к епи­ско­пу Ки­рил­лу в со­про­вож­де­нии вер­но­го слу­ги, ев­ну­ха Ин­ди­са. Свя­той Ки­рилл огла­сил их, а за­тем оба при­ня­ли Свя­тое Кре­ще­ние. Дом­на ста­ла по­мо­гать бед­ным: она раз­да­ла свои дра­го­цен­но­сти при по­мо­щи Ин­ди­са, раз­да­ва­ла она и пи­щу с цар­ской тра­пезы. Узнав о необыч­ном об­ра­зе жиз­ни Дом­ны и Ин­ди­са, на­чаль­ник ев­ну­хов, ве­да­ю­щий цар­ским сто­лом, за­то­чил обо­их и мо­рил их го­ло­дом, но они по­лу­ча­ли под­креп­ле­ние от Ан­ге­лов и не по­стра­да­ли. Чтобы боль­ше не жить вме­сте с языч­ни­ка­ми, свя­тая Дом­на при­тво­ри­лась безум­ной. То­гда ее и Ин­ди­са уда­ли­ли из двор­ца, и она по­се­ли­лась в де­ви­чьем мо­на­сты­ре у игу­ме­нии Ага­фии. Вско­ре игу­ме­нья оде­ла ее в муж­скую одеж­ду, остриг­ла ей во­ло­сы и от­пу­сти­ла из мо­на­сты­ря.

     Тем вре­ме­нем им­пе­ра­тор вер­нул­ся и при­ка­зал по­всю­ду разыс­ки­вать быв­шую жри­цу Домну. Сна­ря­жен­ные для это­го во­и­ны до­стиг­ли оби­те­ли и ра­зо­ри­ли ее. Сест­ры бы­ли бро­ше­ны в тем­ни­цы, пре­да­ны на му­че­ния и по­ру­га­ние, но ни од­на из них не под­верг­лась осквер­не­нию. От­дан­ная в пуб­лич­ный дом, свя­тая Фе­о­фи­ла по­мо­щью Ан­ге­ла Гос­под­ня и там со­хра­ни­ла дев­ство: Ан­гел вы­вел ее из блу­ди­ли­ща. Од­на­жды им­пе­ра­тор устро­ил на го­род­ской пло­ща­ди жерт­во­при­но­ше­ние язы­че­ским бо­гам. Ко­гда на­ча­лось окроп­ле­ние тол­пы кро­вью жерт­вен­ных жи­вот­ных, хри­сти­ане ста­ли ухо­дить с пло­ща­ди. Ви­дя это, им­пе­ра­тор раз­гне­вал­ся, но не дал во­ли сво­им чув­ствам, ибо вне­зап­но по­ко­ле­ба­лась зем­ля. Через неко­то­рое вре­мя Мак­си­ми­ан во­шел в цер­ковь и при­ка­зал от­речь­ся от Хри­ста; за от­каз он обе­щал сжечь цер­ковь и умерт­вить хри­сти­ан. Хри­сти­ан­ский пре­сви­тер Гли­ке­рий от­ве­тил ему, что хри­сти­ане ни­ко­гда не от­ре­кут­ся от сво­ей ве­ры, ка­кие бы му­че­ния им ни гро­зи­ли. Сдер­жи­вая гнев, царь вы­шел из церк­ви, а через неко­то­рое вре­мя ве­лел при­ве­сти пре­сви­те­ра Гли­ке­рия на суд. Па­ла­чи ис­тя­за­ли му­че­ни­ка, ко­то­рый не пе­ре­ста­вал мо­лить­ся и при­зы­вать Имя Гос­по­да. Бу­дучи не в си­лах скло­нить свя­то­го Гли­ке­рия к от­ре­че­нию, Мак­си­ми­ан при­ка­зал его сжечь.

     В празд­ник Рож­де­ства Хри­сто­ва 302 го­да, ко­гда в Ни­ко­ми­дий­ской со­бор­ной церк­ви со­бра­лось око­ло 20 000 хри­сти­ан, им­пе­ра­тор по­слал в храм гла­ша­тая, ко­то­рый пе­ре­дал его по­ве­ле­ние всем хри­сти­а­нам вый­ти из церк­ви и при­не­сти жерт­ву идо­лам, в про­тив­ном слу­чае он угро­жал сжечь храм вме­сте с мо­ля­щи­ми­ся. Од­на­ко все при­сут­ство­вав­шие по­кло­нить­ся идо­лам от­ка­за­лись. По­ка му­чи­те­ли го­то­ви­лись под­жечь цер­ковь, со­вер­шав­ший бо­го­слу­же­ние епи­скоп Ан­фим (па­мять 3 сен­тяб­ря) кре­стил всех огла­шен­ных и всех при­ча­стил Свя­тых Тайн. Все 20 000 мо­ля­щих­ся скон­ча­лись в огне. Сре­ди них на­хо­ди­лись игу­ме­нья Ага­фия и чу­дом спас­ша­я­ся из при­то­на свя­тая Фе­о­фи­ла. Епи­ско­пу Ан­фи­му уда­лось скрыть­ся.

     Мак­си­ми­ан счи­тал, что он уни­что­жил всех хри­сти­ан Ни­ко­ми­дии, но вско­ре узнал, что их еще мно­го, что все они по-преж­не­му ис­по­ве­ду­ют свою ве­ру и го­то­вы уме­реть за Хри­ста. Им­пе­ра­тор за­ду­мал с ни­ми рас­пра­вить­ся. По его при­ка­зу схва­ти­ли пол­ко­вод­ца Зи­но­на, все­на­род­но об­ли­чив­ше­го ца­ря за нече­стие и же­сто­кость. Зи­нон был же­сто­ко из­бит и, на­ко­нец, обез­глав­лен. За­клю­чи­ли в тем­ни­цу ев­ну­ха Ин­ди­са, идоль­ско­го жре­ца, за от­каз участ­во­вать в язы­че­ском празд­не­стве.

     Меж­ду тем свя­тая Дом­на укры­ва­лась в пе­ще­ре и пи­та­лась рас­те­ни­я­ми. Го­не­ние на хри­сти­ан про­дол­жа­лось. Бы­ли бро­ше­ны в тем­ни­цу на­мест­ник Ита­лии До­ро­фей, Мар­до­ний, Ми­гдоний диа­кон и несколь­ко са­нов­ни­ков. Епи­скоп Ан­фим укреп­лял их, по­сы­лая к ним по­сла­ния. Од­но из по­сла­ний бы­ло пе­ре­хва­че­но у диа­ко­на Фе­о­фи­ла. До­мо­га­ясь узнать о епи­ско­пе, его под­верг­ли пыт­кам, но свя­той му­че­ник вы­дер­жал все му­ки, не от­крыв ни­че­го. То­гда вме­сте с ним каз­ни­ли и тех, к ко­му об­ра­щал­ся епи­скоп в по­сла­нии.

     Ко­гда свя­тая Дом­на вер­ну­лась в го­род, она дол­го пла­ка­ла на по­жа­ри­ще, со­жа­лея, что не спо­до­би­лась уме­реть со сво­и­ми сест­ра­ми. За­тем она по­шла на бе­рег мо­ря. В это вре­мя ры­ба­ки вы­тя­ну­ли се­тя­ми из во­ды те­ла му­че­ни­ков Ин­ди­са, Гор­го­ния и Пет­ра. Все еще оде­тая в муж­скую одеж­ду, свя­тая Дом­на по­мо­га­ла ры­ба­кам та­щить се­ти, и они оста­ви­ли ей те­ла му­че­ни­ков. С бла­го­го­ве­ни­ем гля­де­ла она на свя­тые остан­ки; осо­бен­но ее ра­до­ва­ло, что она уви­де­ла те­ло сво­е­го ду­хов­но­го дру­га – му­че­ни­ка Ин­ди­са. И по­сле по­гре­бе­ния она не от­хо­ди­ла от до­ро­гих ее серд­цу мо­гил, еже­днев­но со­вер­шая пе­ред ни­ми каж­де­ние. Ко­гда им­пе­ра­то­ру рас­ска­за­ли о неиз­вест­ном юно­ше, ко­то­рый воз­да­ет по­че­сти мо­ги­лам каз­нен­ных хри­сти­ан, тот при­ка­зал от­ру­бить это­му юно­ше го­ло­ву. Вме­сте с Дом­ной был каз­нен и свя­той му­че­ник Ев­фи­мий.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/saint/2721/2289/group

9 января - день памяти апостола первомученика и архидиакона Стефана

     Свя­той Сте­фан про­ис­хо­дил из ев­ре­ев, жив­ших за гра­ни­цей, т. е. вне Свя­той Зем­ли. Та­кие евреи на­зы­ва­лись эл­ли­ни­ста­ми, так как в них чув­ство­ва­лось вли­я­ние гре­че­ской куль­ту­ры, до­ми­ни­ро­вав­шей в Рим­ской им­пе­рии. По­сле со­ше­ствия Свя­то­го Ду­ха на апо­сто­лов Цер­ковь ста­ла быст­ро рас­ти, и воз­ник­ла необ­хо­ди­мость за­бо­тить­ся о си­ро­тах, вдо­вах и бед­ных во­об­ще, при­няв­ших Кре­ще­ние. Апо­сто­лы пред­ло­жи­ли хри­сти­а­нам вы­де­лить семь до­стой­ных му­жей для опе­ки нуж­да­ю­щих­ся. По­свя­тив этих семь че­ло­век в диа­ко­ны (что зна­чит по­мощ­ни­ки, слу­жи­те­ли), апо­сто­лы сде­ла­ли их сво­и­ми бли­жай­ши­ми по­мощ­ни­ка­ми. Сре­ди диа­ко­нов вы­де­лял­ся сво­ей креп­кой ве­рой и да­ром сло­ва мо­ло­дой Сте­фан, на­зы­ва­е­мый ар­хи­ди­а­ко­ном, т. е. пер­вым диа­ко­ном. В ско­ром вре­ме­ни диа­ко­ны, кро­ме по­мо­щи бед­ным, ста­ли при­ни­мать бли­жай­шее уча­стие в мо­лит­вах и бо­го­слу­же­ни­ях.

     Сте­фан про­по­ве­до­вал в Иеру­са­ли­ме сло­во Бо­жие, под­креп­ляя ис­тин­ность сво­их слов зна­ме­ни­я­ми и чу­де­са­ми. Успех его был очень боль­шой, и это воз­бу­ди­ло про­тив него нена­висть рев­ни­те­лей за­ко­на Мо­и­сея – фа­ри­се­ев. Они схва­ти­ли его и по­влек­ли в си­нед­ри­он – выс­шее су­ди­ли­ще у ев­ре­ев. Здесь фа­ри­сеи пред­ста­ви­ли лож­ных сви­де­те­лей, ко­то­рые утвер­жда­ли, что он в сво­их про­по­ве­дях оскорб­ля­ет Бо­га и про­ро­ка Мо­и­сея. В свое оправ­да­ние свя­той Сте­фан из­ло­жил пе­ред си­нед­ри­о­ном ис­то­рию ев­рей­ско­го на­ро­да, по­ка­зы­вая на яр­ких при­ме­рах, как евреи все­гда про­ти­ви­лись Бо­гу и уби­ва­ли по­слан­ных Им про­ро­ков. Чле­ны си­нед­ри­о­на слу­шая его, все бо­лее раз­го­ра­лись гне­вом.

     В это вре­мя Сте­фан уви­дел, как над ним рас­кры­лось Небо, и он вос­клик­нул: «Я ви­жу небе­са от­вер­стые и Сы­на Че­ло­ве­че­ско­го, сто­я­ще­го одес­ную Бо­га» (Деян.7:56). Услы­шав это, чле­ны си­нед­ри­о­на при­шли в ве­ли­кую ярость. За­ты­кая свои уши, они бро­си­лись на Сте­фа­на и по­влек­ли его за го­род. Здесь, как за­кон по­веле­вал, сви­де­те­ли, пер­вые об­ви­нив­шие Сте­фа­на, пер­вы­ми ста­ли по­би­вать его кам­ня­ми. При этом при­сут­ство­вал юно­ша, име­нем Савл, ко­то­ро­му бы­ло по­ру­че­но сте­речь одеж­ды по­би­ва­ю­щих кам­ня­ми. Он одоб­рял уби­е­ние Сте­фа­на. Па­дая под гра­дом кам­ней, Сте­фан вос­клик­нул: «Гос­по­ди Иису­се! Не вме­ни им гре­ха се­го и при­ми дух мой». Со­бы­тие это и речь Сте­фа­на в си­нед­ри­оне опи­сал еван­ге­лист Лу­ка в кни­ге Де­я­ний апо­сто­лов, гла­вы 6-8.

     Так ар­хи­ди­а­кон Сте­фан стал пер­вым му­че­ни­ком за Хри­ста в 34 го­ду по­сле Р.X. По­сле это­го на­ча­лось в Иеру­са­ли­ме пре­сле­до­ва­ние хри­сти­ан, от ко­то­ро­го они вы­нуж­де­ны бы­ли бе­жать в раз­ные ча­сти Свя­той Зем­ли и в со­сед­ние стра­ны. Так хри­сти­ан­ская ве­ра ста­ла рас­про­стра­нять­ся в раз­ных ча­стях Рим­ской им­пе­рии. Кровь пер­во­му­че­ни­ка Сте­фа­на не про­ли­лась да­ром. В ско­ром вре­ме­ни Савл, одоб­ряв­ший это убий­ство, уве­ро­вал, кре­стил­ся и стал зна­ме­ни­тым Пав­лом – од­ним из са­мых успеш­ных про­по­вед­ни­ков Еван­ге­лия. Мно­го лет спу­стя Па­вел, по­се­тив Иеру­са­лим, был то­же схва­чен разъ­ярен­ной тол­пой иуде­ев, хо­тев­ших по­бить его кам­ня­ми. В сво­ей бе­се­де с ни­ми он вспом­нил о невин­ной смер­ти Сте­фа­на и о сво­ем уча­стии в ней (Деян.22).

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/sv-stefan-pervomuchenik

7 января - Рождество Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа

     Праздник Рождества Христова по величию воспоминаемого события празднуется торжественнее всех праздников, за исключением Пасхи. Святой Иоанн Златоуст называет праздник Рождества Христова «честнейшим и важнейшим всех праздников», «материю всех праздников». Радость этого события так велика, что Церковь издревле постановила весь день праздника сопровождать церковным звоном.

     Торжественное прославление Рождества Христова после Богослужения в храмах переносится в жилища верующих.

     Во многих семьях к празднику Рождества устанавливают елки. Этот обычай основывается как на словах пророка Исаии о Спасителе: «И произойдет отрасль от корня Иессеева, и ветвь произрастет от корня его» (Ис.11:1), так и на словах церковного песнопения в честь события Рождества Христова: «Христе – отрасль от корня Иессеева и цвет от него произрос Ты от Девы».

     Украшение срубленных веток елок свечами, огнями и сладостями показывает, что наша природа – бесплодная и безжизненная ветвь, только во Иисусе Христе – источнике жизни, света и радости – может принести духовные плоды: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, веру, кротость, воздержание (см.: Гал.5:22-23).

Поздравления с Рождеством, тем отличаются от поздравлений с Пасхой, нет обязательной, освященной веками формулы, с которой бы оно начиналось. Это могут быть слова ирмоса из первой рождественской песни «Христос раждается, славите!»:

ХРИСТОС РАЖДАЕТСЯ, СЛАВИТЕ! 

 

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/p-pozdravlenija-s-rozhdestvom-hristovym

 

6 января - На­ве­че­рие Рож­де­ства Хри­сто­ва

     6 ян­ва­ря – На­ве­че­рие Рож­де­ства Хри­сто­ва, или Рож­де­ствен­ский со­чель­ник, – по­след­ний день Рож­де­ствен­ско­го по­ста, ка­нун Рож­де­ства Хри­сто­ва. В этот день пра­во­слав­ные хри­сти­ане осо­бен­но го­то­вят­ся к на­сту­па­ю­ще­му празд­ни­ку, весь день на­пол­нен осо­бым празд­нич­ным на­стро­е­ни­ем. Утром в Со­чель­ник по окон­ча­нии Ли­тур­гии и сле­ду­ю­щей за ней ве­чер­ней в центр хра­ма вы­но­сит­ся све­ча и свя­щен­ни­ки по­ют пе­ред ней тро­парь Рож­де­ству Хри­сто­ву. Служ­бы и пост Со­чель­ни­ка име­ют ряд осо­бен­но­стей, по­это­му имен­но в эти дни на наш сайт при­хо­дит мно­же­ство во­про­сов о том, как пра­виль­но про­ве­сти Со­чель­ник. От­ве­тить на эти во­про­сы мы по­про­си­ли иерея Алек­сандра Илья­шен­ко.

     – Отец Алек­сандр, са­мый ча­сто за­да­ва­е­мый на­ши­ми чи­та­те­ля­ми во­прос – как пра­виль­но по­стить­ся в Со­чель­ник, до ка­ко­го вре­ме­ни нуж­но воз­дер­жи­вать­ся от вку­ше­ния пи­щи? Что зна­чит «пост до пер­вой звез­ды»? Оди­на­ко­ва ли ме­ра воз­дер­жа­ния для ра­бо­та­ю­щих и нера­бо­та­ю­щих в этот день? Сколь­ко длит­ся пост до при­ча­стия?

Со­чель­ник

     Са­мо на­зва­ние про­ис­хо­дит, как по­ла­га­ют, от сло­ва «со­чи­во» (то же, что «ко­ли­во» – ва­ре­ные зер­на ри­са или пше­ни­цы). Вку­шать «со­чи­во», или «ко­ли­во», по­ло­же­но в ка­нун празд­ни­ка толь­ко по­сле ли­тур­гии, ко­то­рая со­еди­ня­ет­ся с ве­чер­ней. Та­ким об­ра­зом, часть Со­чель­ни­ка 24 де­каб­ря про­хо­дит в пол­ном неяде­нии.

     Тра­ди­ция не вку­шать пи­щи до пер­вой ве­чер­ней звез­ды, свя­за­на с вос­по­ми­на­ни­ем яв­ле­нии звез­ды на Во­сто­ке (Мф.2:2), воз­ве­стив­шей о рож­де­нии Хри­ста, од­на­ко уста­вом эта тра­ди­ция не пред­пи­са­на.

     Дей­стви­тель­но, Ти­пи­кон пред­пи­сы­ва­ет пост до кон­ца ве­чер­ни. Од­на­ко служ­ба ве­чер­ни со­еди­ня­ет­ся с Ли­тур­ги­ей, слу­жит­ся утром, по­это­му и по­стим­ся мы до то­го мо­мен­та, ко­гда в центр хра­ма вы­но­сит­ся све­ча и пе­ред све­чой по­ет­ся тро­парь Рож­де­ству Хри­сто­ву.

     Оче­вид­но, что на­хо­дя­щи­е­ся в хра­ме лю­ди по­стят­ся, мно­гие в этот день при­ча­ща­ют­ся. Хо­ро­шо, ес­ли и те, кто не мо­гут быть на служ­бе в хра­ме, кто ра­бо­та­ет, по­чтят этот день бо­лее стро­гим по­стом. Мы пом­ним, что, по рус­ской по­сло­ви­це «Сы­тое брю­хо к мо­лит­ве глу­хо». По­это­му и бо­лее стро­гий пост го­то­вит нас к гря­ду­щей ра­до­сти празд­ни­ка.

     Те, кто при­ча­ща­ют­ся на ноч­ной Ли­тур­гии, по цер­ков­ной тра­ди­ции, вку­ша­ют пи­щу в по­след­ний раз не ме­нее, чем за шесть ча­сов до вре­ме­ни При­ча­стия, или при­мер­но с 6 ча­сов ве­че­ра. И здесь де­ло не в кон­крет­ном ко­ли­че­стве ча­сов, что 6 или 8 ча­сов нуж­но про­по­стить­ся и ни ми­ну­той мень­ше, а в том, что уста­нав­ли­ва­ет­ся некая гра­ни­ца, ме­ра воз­дер­жа­ния, по­мо­га­ю­щая и нам со­блю­сти ме­ру.

     – Ба­тюш­ка, мно­го во­про­сов при­хо­дит от лю­дей боль­ных, ко­то­рые не мо­гут со­блю­дать пост, спра­ши­ва­ют, как им по­сту­пить?

     Боль­ные лю­ди, ко­неч­но, долж­ны со­блю­дать пост в той ме­ре, в ка­кой это со­гла­су­ет­ся с при­е­мом ле­карств и с пред­пи­са­ни­я­ми вра­чей. Речь идет не о том, чтобы немощ­но­го че­ло­ве­ка уло­жить в боль­ни­цу, а в том, чтобы укре­пить че­ло­ве­ка ду­хов­но. Бо­лезнь – это уже тя­же­лый пост и по­двиг. И здесь че­ло­век уже дол­жен ста­рать­ся опре­де­лить ме­ру по­ста по сво­им си­лам. Лю­бую вещь мож­но до­ве­сти до аб­сур­да. На­при­мер, пред­ставь­те се­бе, что свя­щен­ник, ко­то­рый при­дет при­ча­стить уми­ра­ю­ще­го че­ло­ве­ка, станет спра­ши­вать, ко­гда че­ло­век по­след­ний раз ел?!

     – Как пра­ви­ло ве­ру­ю­щие ста­ра­ют­ся встре­тить Рож­де­ство Хри­сто­во на ноч­ной празд­нич­ной ли­тур­гии. Но во мно­гих хра­мах слу­жит­ся еще и все­нощ­ная и Ли­тур­гия в обыч­ное вре­мя – 5 ве­че­ра и утром. В свя­зи с этим ча­сто спра­ши­ва­ют, не грех ли мо­ло­до­му че­ло­ве­ку, не немощ­но­му, без де­тей, пой­ти на служ­бу не но­чью, а утром?

     По­се­тить ноч­ную служ­бу или утрен­нюю – это нуж­но смот­реть по си­лам. Встре­тить празд­ник но­чью – ко­неч­но, это осо­бая ра­дость: и ду­хов­ная, и ду­шев­ная. Та­ких служб в го­ду очень ма­ло, в боль­шин­стве при­ход­ских хра­мов ноч­ные ли­тур­гии слу­жат­ся толь­ко на Рож­де­ство и Пас­ху – осо­бо тор­же­ствен­ные служ­бы по тра­ди­ции со­вер­ша­ют­ся но­чью. А вот на­при­мер, на Афоне вос­крес­ные все­нощ­ные бде­ния слу­жат­ся но­чью. И все рав­но та­ких служб не так мно­го, чуть бо­лее 60 за год. Цер­ковь так уста­нав­ли­ва­ет, учи­ты­вая че­ло­ве­че­ские воз­мож­но­сти: чис­ло ноч­ных бде­ний в го­ду огра­ни­че­но.

     Тор­же­ствен­ные ноч­ные служ­бы спо­соб­ству­ют бо­лее глу­бо­ко­му мо­лит­вен­но­му пе­ре­жи­ва­ния и вос­при­я­тию Празд­ни­ка.

     – За­кон­чи­лась празд­нич­ная Ли­тур­гия, на­чи­на­ет­ся празд­нич­ное за­сто­лье. И здесь два во­про­са нам за­да­ют. Пер­вый – мож­но ли празд­но­вать Рож­де­ство сна­ча­ла в при­хо­де, а не сра­зу устра­и­вать се­мей­ное тор­же­ство?

     Ко­неч­но, хо­ро­шо празд­но­вать вме­сте с близ­ки­ми, дру­зья­ми, се­мьей, хо­ро­шо раз­де­лить да­ро­ван­ную нам в празд­ни­ке ра­дость с ближ­ни­ми. Ес­ли при­хо­жане мо­гут объ­еди­нить­ся и, по­мо­лив­шись вме­сте в хра­ме, мо­гут сесть вме­сте за празд­нич­ный стол – это очень хо­ро­шо. Та­кое сов­мест­ное про­ве­де­ние празд­ни­ка объ­еди­ня­ет, да­ет по­де­лить­ся ра­до­стью друг с дру­гом. Со­би­ра­ют­ся и се­мьи, и дру­зья.

     – Вто­рой во­прос свя­зан с тем, что на Рож­де­ствен­ской Ли­тур­гии мно­гие при­ча­ща­ют­ся. И лю­ди ис­пы­ты­ва­ют неко­то­рое сму­ще­ние: ты толь­ко что при­ча­стил­ся, в кни­гах свя­тых от­цов на­пи­са­но о том, что для удер­жа­ния бла­го­да­ти нуж­но ста­рать­ся огра­дить се­бя от раз­го­во­ров, тем бо­лее сме­ха, и по­ста­рать­ся про­ве­сти вре­мя по­сле при­ча­стия в мо­лит­ве. А тут празд­нич­ное за­сто­лье, пусть да­же и с бра­тья­ми и сест­ра­ми во Хри­сте…Лю­ди бо­ят­ся по­те­рять мо­лит­вен­ный на­строй..

     Те пра­ви­ла, ко­то­рые от­цы – пу­стын­ни­ки пред­ла­га­ли мо­на­ше­ству­ю­щим, нель­зя в пол­ной ме­ре пе­ре­но­сить на мир­скую жизнь, тем бо­лее нель­зя пе­ре­но­сить их на боль­шие празд­ни­ки. Речь идет о по­движ­ни­ках – ас­ке­тах, осо­бен­но бо­га­то на­де­лен­ных бла­го­дат­ны­ми да­ра­ми Бо­жи­и­ми. Для них внеш­няя часть вто­ро­сте­пен­на. Ко­неч­но, ду­хов­ная жизнь сто­ит на пер­вом ме­сте и для ми­рян, но мы не мо­жем здесь про­ве­сти та­кую же чет­кую грань меж­ду ду­хов­ным и зем­ным.

     Апо­стол Па­вел за­по­ве­до­вал нам «Все­гда ра­дуй­тесь. Непре­стан­но мо­ли­тесь. За все бла­го­да­ри­те Гос­по­да» (1Фес.5:16-18). Ес­ли мы встре­ча­ем празд­ник с ра­до­стью, мо­лит­вой и бла­го­дар­но­стью Бо­гу, то мы ис­пол­ня­ем апо­столь­ский за­вет.

     Ко­неч­но, этот во­прос нуж­но рас­смат­ри­вать ин­ди­ви­ду­аль­но. Ко­неч­но, ес­ли че­ло­век чув­ству­ет, что за шум­ным тор­же­ством он те­ря­ет бла­го­дат­ный на­строй, то, воз­мож­но, ему сто­ит нена­дол­го сесть за сто­л, а уй­ти рань­ше, со­хра­нив ду­хов­ную ра­дость.

     – Отец Алек­сандр, а не сто­ит ли здесь раз­гра­ни­чить нам са­мим в се­бе два со­сто­я­ние – ко­гда мы дей­стви­тель­но бо­им­ся рас­плес­кать по­лу­чен­ное в хра­ме чув­ство, и ко­гда сво­им от­ка­зом от уча­стия в празд­ни­ке мы мо­жем огор­чить ближ­них, и неред­ко от­ка­зы­ва­ем­ся от сов­мест­ной ра­до­сти с немир­ным серд­цем. Род­ствен­ни­ки сми­ри­лись с тем, что их рев­ност­ный член се­мьи на­от­рез от­ка­зал­ся встре­тить с ни­ми но­вый год, ка­за­лось бы, пост за­кон­чил­ся, че­ло­век дол­жен бы «вер­нуть­ся» к се­мье, раз­де­лить вме­сте ра­дость празд­ни­ка, а он опять хло­па­ет дверь и го­во­рит «Ка­кое «по­си­ди с на­ми», у ме­ня празд­ник ве­ли­кий, та­кая бла­го­дать, по­те­ряю с ва­ми весь мо­лит­вен­ный на­строй!!»

     Сво­е­му мо­лит­вен­но­му со­сто­я­нию в та­ком слу­чае че­ло­век ед­ва ли по­вре­дит, так как по­доб­ное по­ве­де­ние го­во­рит о том, что че­ло­век в нем не пре­бы­ва­ет. Со­сто­я­ние со­зер­ца­ния, мо­лит­вен­но­сти все­гда свя­за­но с при­ли­вом ду­хов­ной ра­до­сти, бла­го­да­ти, ко­то­рую Гос­подь щед­ро из­ли­ва­ет на сво­их ра­бов. А та­кое от­но­ше­ние к ближ­ним боль­ше по­хо­же на хан­же­ство и фа­ри­сей­ство.

     – Обя­за­тель­но ли по­се­ще­ние ве­чер­ней служ­бы в сам день празд­ни­ка – ве­чер празд­ни­ка Рож­де­ства?

     – Это каж­дый дол­жен ре­шить для се­бя сам. По­сле ноч­ной служ­бы нуж­но вос­ста­но­вить си­лы. Не все, из-за воз­рас­та, здо­ро­вья и ду­хов­но­го уров­ня спо­соб­ны пой­ти в храм и при­нять уча­стие в служ­бе. Но нуж­но пом­нить, что Гос­подь воз­на­граж­да­ет за каж­дое уси­лие, ко­то­рое ра­ди него че­ло­век де­ла­ет.

     Ве­чер­няя служ­ба в ве­ли­кие празд­ни­ки этот день недлин­ная, осо­бен­но оду­хо­тво­рен­ная, тор­же­ствен­ная и ра­дост­ная, на ней воз­гла­ша­ет­ся Ве­ли­кий Про­ки­мен, по­это­му, ко­неч­но, хо­ро­шо, ес­ли по­лу­чит­ся ее по­се­тить.

     Информация взята с https://azbyka.ru/days/prazdnik-navecherie-rozhdestva-hristova-rozhdestvenskij-sochelnik

Боковая панель

Расписание богослужений.